Путин в очередной раз посетил с визитом Китай. Это была уже 25-я встреча двух лидеров на высшем уровне. Владимира Владимировича принимали с почестями: он стал первым иностранцем, получившим почетный китайский орден, за который он отблагодарил своим подарком — баней из 200-летнего алтайского кедра. Российские СМИ рассыпаются в восторгах по поводу состояния взаимных отношений. Бывший министр иностранных дел Иванов написал в «Российской газете», что ЕС и США в долгосрочной перспективе утратят ведущую роль на международной арене, поскольку их раздирают внутренние споры. Задавать тон в международных играх будут Китай и Россия, которые обладают устойчивой политической системой и консолидированным обществом, поддерживающим своих лидеров.


Проблема, однако, заключается в том, что все звучащие из Москвы заявления о союзе и «стратегическом партнерстве» с китайцами — это лишь российские мечты, пропагандистский трюк, а, возможно, и желание скрыть реальность за красивыми лозунгами, ведь действительность выглядит иначе. Взглянем на нее внимательнее.


Конечно, никто не ставит под сомнение тот факт, что лидеры двух стран часто встречаются, относятся друг к другу с симпатией и хотят вести сотрудничество (которое не ограничивается экономической сферой).


В апреле в Москву приезжал китайский министр обороны Вэй Фэнхэ, который заявил после своего визита газете «Саус Чайна Морнинг пост»: «Я посетил Россию в качестве нового главы оборонного ведомства, чтобы показать миру, что наши отношения вышли на новый уровень, а наши вооруженные силы нацелены на укрепление стратегического сотрудничества». «Пусть американцы знают о наших тесных связях», — добавил он. Это дополнение ясно показывает, какие цели преследует китайская политика. Пекину нужны такие двусторонние отношения и такая форма международных договоров, которые смогут усилить его позицию. В данном случае речь идет о создании противовеса сотрудничеству между Вашингтоном и Тайванем, а также о ситуации в Южно-Китайском море после решения Трампа о продаже Тайбэю новой партии вооружений.


«Тесные связи» между Россией и Китаем вовсе не означают, что Пекин согласен предоставить особый статус российским инициативам в тех районах, которые он считает ключевыми с точки зрения своих национальных интересов, а тем более вступить в союз, в котором одна сторона должна поддерживать другую вне зависимости от того, извлекает ли она из этого непосредственную выгоду. В этом убедился концерн «Роснефть», который вел работы на вьетнамском шельфе в Южно-Китайском море. Россияне бурили там скважины начиная с 2016 года, но в мае этого года китайский МИД сделал специальное заявление, в котором призвал компанию отказаться от этого проекта. Китайское внешнеполитическое ведомство, в частности, подчеркивало, что «ни одно государство, организация или физическое лицо не имеют права заниматься разведкой или разработкой месторождений в территориальных водах Китая».


Дело в том, что территория, о которой идет речь, стала предметом спора между Китаем и Вьетнамом. Китайцы, невзирая на состояние отношений с россиянами, считают ее своей сферой влияния, в которой последнее слово должно остаться за ними. Возможно, поэтому Москва не собирается восстанавливать свое военное присутствие во Вьетнаме и заново открывать базу в бухте Камрань, хотя в России звучат голоса с призывами к властям предпринять шаги такого рода, а министерство обороны вело подготовительные работы в этом направлении. Возвращаясь к Роснефти, следует отметить, что, как полагают аналитики, именно Пекин заблокировал сделку китайской энергетической компании «Хуасинь» (CEFC), которая намеревалась купить 14,6% акций российского топливного гиганта.


Китай давно, еще со времен Дэн Сяопина, проводит политику, опирающуюся на формирование двусторонних отношений, но избегает при этом создания союзов. Си Цзиньпин прямо заявил об этом на прошедшем в начале апреля Боаоском азиатском форуме. В своем выступлении он говорил о том, что пора отказаться от блокового мышления и начать строить взаимовыгодные двусторонние отношения. В этом и заключается принципиальное отличие между тем, как видят отношения с Китаем россияне, и тем, как на контакты с Россией смотрят в Пекине. Москва планирует создать некий «евразийский блок», который, по ее задумке, станет противовесом Западу, а китайцев интересуют их собственные дела, а не проблемы партнеров. Кроме того, они не собираются «во имя дружбы» отказываться от своих преимуществ или возможности вести дела с любой страной.


Это отчетливо видно на примере того, как развивается экономическое сотрудничество между Москвой и Пекином. Если ориентироваться на официальные сообщения, можно решить, что дела обстоят прекрасно, а перспективы открываются исключительно радужные. В этом году объем товарооборота между двумя странами может составить 100 миллиардов долларов, а планы выглядят еще более оптимистичными: министр экономического развития Максим Орешкин недавно заявил, что к 2020 году он достигнет 200 миллиардов долларов. Лишь более внимательный анализ позволяет увидеть, как на самом деле выглядит российский «экономический разворот на Восток», и что стоит за всеми заявлениями.


Российский совет по международным делам (организация, связанная с правительством) опубликовал недавно доклад, посвященный «модели» российско-китайского диалога. Пользуясь официальными статистическими данными, его авторы доказывают, что в 2017 году Китай стал для России самым крупным торговым партнером (14,9% товарооборота). Если мы, однако, взглянем на ситуацию с китайской перспективы, мы увидим, что доля РФ во внешнеторговом обороте Поднебесной составила 2% (десятое место). Показательна также структура товарооборота. Россияне продают китайцам в основном сырье: в первую очередь нефть и газ. Если сравнить 2017 и 2016 годы, можно отметить, что объем экспорта российских углеводородов и каменного угля увеличился как по стоимости (из-за роста цен на мировых рынках), так и в процентном отношении (на 23,7%). Если в 2016 году на энергоресурсы приходилось 59% объема российского экспорта в Китай, то в 2017 году эта цифра составила 66,2%. При этом доля России в китайском импорте энергоносителей составила 11%, то есть о какой-то зависимости или доминирующем положении россиян на китайском рынке говорить не приходится.

 

 

Нефтеперекачивающая станция №21 ОАО "АК "Транснефть" в Сковородино, где сегодня состоялось открытие российского участка нефтепровода "Россия - Китай"

Это, однако, еще не все. Второе место в российском экспорте в Китай занимают пиломатериалы. Пекин охотно покупает древесину из подвергающихся безжалостной вырубке сибирских лесов. Доля этого товара в российском экспорте составила в 2017 году 10,85%. Если сложить цифры, можно увидеть, что 77% российского экспорта в Китай — это необработанное сырье. Сложно не согласиться с российскими экспертами, которые говорят, что «возвращение России на Восток» означает на деле превращение страны в сырьевую базу китайской экономики. Если добавить к этому экспорт цветных металлов (4,52%) и продовольственных товаров, в основном пшеницы (5,12%), картина с российской точки зрения становится еще менее благоприятной. Не оставляют иллюзий и данные, касающиеся российского экспорта машин и оборудования: в структуре товарооборота с Китаем — это всего 1,86%.


Как выглядит российский импорт из Китая? Россияне покупают там машины, оборудование и транспортные средства (в 2017 году рост составил в этой области 46,6%). Кроме того, китайцы контролируют 50% российского рынка интернет-торговли, который увеличивается с каждым годом. С расширениям деятельности китайского гиганта «Алибаба» перед ними откроются еще более соблазнительные перспективы. Аналитики обращают внимание на то, что китайские прямые инвестиции остаются небольшими или даже символическими. В 2016 году их объем составил 1,29 миллиарда долларов, а за период 2012-2016 годов — 12,98 миллиарда долларов, при этом они преимущественно концентрировались в добывающем секторе (в том числе в золотодобыче).


Сейчас по случаю визита Путина появилось сообщение, что две страны договорились о постепенном отказе от торговых барьеров, а в будущем хотят создать зону свободной торговли. Скептики говорят, что это процесс займет много времени, поскольку на подготовку одной «дорожной карты» проекта понадобится как минимум два года. Сама идея, впрочем, появилась давно. Некоторое время назад ее активно продвигала китайская сторона, но на ее уговоры откликнулся только Казахстан. Россияне отнеслись к предложению с осторожностью: они опасались, что китайские поставщики подомнут под себя рынок в России, а российские производители не смогут конкурировать на сложном китайском. Что с тех пор изменилось?


Китайцы стали несколько охотнее предоставлять кредиты. Внешэкономбанк, которым с недавнего времени руководит бывший российский вице-премьер Шувалов, получил от китайских финансовых институтов кредит в размере 10 миллиардов долларов. Банк, как сообщает российское правительство, станет основной структурой, которая будет обеспечивать средствами смелые инфраструктурные проекты четвертого президентского срока Путина. Однако, как обращают внимание критики, речь идет не о прямых инвестициях, а о кредитах, то есть деньгах, которые придется возвращать с процентами. Средства пойдут в частности, на строительство железных и автомобильных дорог, благодаря которым Китай получит доступ к гораздо более привлекательному с его точки зрения рынку Западной Европы. Кто от этого в конечном итоге больше выиграет, вопрос риторический.


И, наконец, россияне с растущей тревогой наблюдают за тем, что происходит на Дальнем Востоке. Недавно СМИ сообщили, что один из локальных китайских банков отправил в российский отдел Азиатско-Тихоокеанского банка во Владивостоке 15 миллионов юаней наличными. Такой шаг понадобился потому, что все больше работающих там компаний (в том числе российских) и физических лиц переходят в расчетах на китайскую валюту. Пользоваться ей становится удобно, поскольку в регионе увеличивается количество китайцев, а, кроме того, она остается более стабильной, чем дешевеющий рубль. Это тоже одно из проявлений налаживания тесных экономических отношений между Россией и Китаем.


Российские эксперты убеждены, что через полтора десятка лет китайцы перегонят по ВВП Соединенные Штаты. Российские перспективы на будущее выглядят не так радужно. Даже самые оптимистичные прогнозы гласят, что в долгосрочной перспективе экономика России будет расти максимум на 3% в год. Значит, разрыв между двумя странами будет увеличиваться.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.