Президент Дональд Трамп только что подписал новый закон о расширении федеральных полномочий Комитета по иностранным инвестициям в США (CFIUS) в области изучения и блокирования китайских и других иностранных инвестиций по соображениям национальной безопасности.

Ранее в этом месяце он подписал закон о бюджетных ассигнованиях на национальную оборону (NDAA) на финансовый 2019 год, в котором Россия и Китай обозначены как стратегические противники Америки. В документе также содержится ряд положений о шпионаже и военном сдерживании. Все это — наряду с последним раундом санкций Госдепартамента в отношении России за отравления в Великобритании — предпринимается в рамках осуществляемой в последнее время деятельности США по борьбе с усиливающимся иностранным вмешательством в дела западных демократий.

В новой стратегии национальной безопасности Белого дома, принятой в декабре 2017 года, признается, что США отстают в своей способности противодействовать новым наступательным стратегиям Китая и России. Более того, Запад (за исключением Австралии) серьезно озабочен влиянием России, но Коммунистическая партия Китая (КПК) разработала и расширила свою собственную тактику вмешательства, используя растущее экономическое влияние Китая и китайскую диаспору.

Чтобы противостоять вторжению этих ревизионистских авторитарных режимов, амбиции которых за последние пятнадцать лет выросли, демократическим государствам во всем мире необходимо будет выбрать новые стратегии для защиты своих открытых демократических и цифровых обществ. Но сначала они должны научиться видеть сходства и различия между китайскими и российскими кампаниями, проводимыми с целью оказания влияния.

Их сходство связано с историей ленинской партии, действиями «едиными фронтом», берущими начало в 1920-х годах, и обусловлено использованием диаспоры и экономического влияния. За пределами границ России проживают около 30 миллионов русскоязычных — в основном в странах, бывших ранее республиками Советского Союза. Однако русскоязычные живут и в Германии (от одного до четырех миллионов), Израиле (1,3 миллиона) и США (900 тысяч). Некоторых русскоговорящих жителей Украины, Грузии и Молдавии Россия «использовала» в качестве предлога для захвата территорий и насаждения идей сепаратизма.

Китайская диаспора насчитывает около 50 миллионов человек китайского происхождения, живущих в таких странах, как Австралия (1,2 миллиона), Канада (1,8 миллиона) и в большинстве стран Юго-Восточной и Северо-Восточной Азии. Численность американцев китайского происхождения приближаются к пяти миллионам.

Экономика — прежде всего

Невероятный рост экономической мощи Китая за последние 10-15 лет способствовал значительному повышению уровня доверия к КПК. Поэтому власти активно пытаются завоевывать друзей и подавлять противников среди своей диаспоры, а также налаживать отношения с представителями зарубежной политической и экономической элиты. Все это позволяет использовать в своих интересах и подрывать демократические принципы и традиции в странах Запада.

Что же касается методов влияния, ключевая разница заключается в том, что ВВП России (1,5 триллиона долларов в 2017 году) составляет примерно десятую часть ВВП Китая (12 триллионов долларов, что приближается к ВВП США, составляющему 19 триллионов долларов).

Путинская Россия в глобальном масштабе действует несоразмерно своим возможностям отчасти потому, что для оказания влияния она готова мобилизовать свои ограниченные ресурсы (экспорт газа, пропаганда, шпионаж и кибернетические возможности), а отчасти по причине наличия у нее ядерного оружия и потому, что на протяжении своей истории она была великой державой. Поскольку ее экономика уязвима, США и ЕС могут продолжать вводить санкции против России, чтобы ограничить возможности ее энергетического и промышленного секторов. Именно на это направлены новые (вступающие в силу 22 августа) санкции, введенные Госдепартаментом США против России за покушение на Скрипалей в Великобритании с использованием нервно-паралитического вещества. Эту же цель преследует и новый законопроект Сената, предусматривающий ужесточение санкций в отношении России за дальнейшее вмешательство в выборы в США. Однако осуществлять аналогичное экономическое сдерживание в отношении Китая будет труднее (хотя Трамп, затеявший с ним тарифную войну, думает иначе).

При разработке стратегий по обузданию Кремля и Пекина следует признать, что оба авторитарных лидера пользуются широкой общественной поддержкой — и не в последнюю очередь из-за стремления расширить свое влияние в мире в качестве великих держав и «цивилизационных государств». При этом одна из этих стран тщетно пытается возродить былую славу, а другая стремится приобрести глобальное влияние, соизмеримое с ее экономическим статусом.

Как реагировать

Принятие закона о модернизации системы анализа рисков иностранных инвестиций, который расширит полномочия CFIUS, в условиях гибридной экономической войны может стать для США важным инструментом и примером для европейцев. Хотя пересмотренный закон CFIUS в основном ориентирован на Китай и передачу интеллектуальной собственности и технологий, его общие положения должны также применяться и в отношении российских инвестиций в США, таких как «Газпром Маркетинг энд Трейдинг» (Gazprom Marketing and Trading) в Хьюстоне.

Необходимо проводить более масштабные исследования и координировать политику, и поэтому в США следует создать глобальный центр по противодействию гибридным угрозам. Хорошим началом является Центр глобального взаимодействия при Госдепартаменте, но пока его деятельность в основном связана с проблемами дезинформации. Еще одним примером является Европейский центр по противодействию гибридным угрозам, созданный в Хельсинки государствами-членами ЕС и НАТО, однако необходимо расширить сферу его деятельности с учетом методов, применяемых Китаем.

США и Европа могли бы воспользоваться опытом Австралии, где в июне был принят новый закон об иностранном вмешательстве. В этом законе признаются незаконными новые методы иностранного влияния и шпионские операции — в основном со стороны Китая. В законах расширено определение понятия «шпионаж» за рамки обычных видов шпионажа с тем, чтобы он, закон, распространялся на такие виды деятельности, как организация иностранным государством действий по подавлению законных протестов, организованных его критиками, и вмешательство подконтрольных ему лиц или посредников в демократические выборы.

Угрозой национальной безопасности (а также угрозой криминального характера) все чаще становятся недостаточное регулирование и недостаточная прозрачность трансграничных финансовых потоков. Необходимо значительно расширить возможности Сети Министерства Финансов США по борьбе с финансовыми преступлениями в осуществлении ее правоохранительной деятельности.

Меры по противодействию российскому экспорту коррупции и отмыванию денег также должны применяться и к действиям Китая, предпринимаемым с целью оказания экономического влияния.

Поскольку теперь Си Цзиньпин, возможно, будет править страной пожизненно, а Владимир Путин только что был переизбран на четвертый президентский срок, их повестки дня «переживут» стратегии любых западных лидеров. Чтобы защитить демократические ценности от нового авторитаризма в глобализирующемся цифровом мире, необходимо, чтобы в Вашингтоне, Брюсселе, Канберре и везде думали стратегически, на перспективу.

Для мировых демократий наступила новая эра политической войны. Поэтому необходимо срочно разрабатывать инновационные стратегии обороны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.