Несмотря на то, что он является профессором хорватского языка и литературы, а также сравнительного литературоведения, Здравко Гавран — человек, который любит размышлять о политике. Политика — его страсть и одна из основных сфер его интересов. На протяжении уже трех десятилетий Здравко Гавран занимается политикой профессионально, в том числе, в качестве публициста и литератора (он автор девяти книг и переводчик еще большего числа), журналиста и чиновника. В начале 90-х годов Здравко Гавран был советником президента Туджмана по политическому анализу СМИ, а в течение последних 23 лет он занимается в основном хорватской внешней политикой и международными отношениями в качестве высокопоставленного дипломата (полномочный министр) в хорватском МИД. Именно там последние шесть лет он работает в качестве аналитика по вопросам международных отношений. Здравко Гавран провел десятки исследований, посвященных событиям в разных частях света и разным аспектам, изменениям, процессам и тенденциям в Европе, на Ближнем Востоке и в других регионах мира.

Он подчеркивает, что все сказанное в настоящем интервью является его личным мнением, а не официальной позицией МИД, поэтому его ответы, как он сам шутит, «когда-нибудь могут быть обращены исключительно против него самого».

Hkv.hr: Мы являемся свидетелями серьезных политических потрясений, вооруженных конфликтов и формирования новых союзов. При этом все более очевиден тот факт, что больше не существует ни одного сильного центра или союза, который всецело влиял бы и направлял мировые события по своему усмотрению. Скорее мы видим, как друг другу противопоставляются равносильные (или неравносильные) державы и союзы. Мир как будто утратил даже ту минимальную степень единства, гарантом которого была и должна быть Организация Объединенных Наций, прежде всего Совет безопасности. То единство поддерживалось молчаливым согласием мировой общественности с доминантной ролью США и его союзников. Движемся ли мы теперь к многополярному миру, точнее к распаду прежнего «мирового порядка»?

Здравко Гавран: «Многополярный мир» —это термин новейшей российской доктрины внешней политики и безопасности. Оперируя этим термином, Россия хочет сказать, что мир 21 века больше не является и не может являться ни «биполярным» (Запад или НАТО против коммунистического блока, который распался), ни «однополярным», то есть сами США или вместе с их европейскими и другими союзниками не могут больше доминировать, быть гегемонами и тому подобное. Россия хочет сказать, что за последнее время другие державы восстановили или укрепили свои экономические, политические и военные силы. Прежде всего, речь идет о России и Китае как о сверхдержавах, а также о ряде региональных держав, таких как Индия, Пакистан, Япония, Иран и Турция. Свою роль играют и уже существующие, и потенциально возможные региональные союзы (европейские, арабские, тихоокеанские, африканские, латиноамериканские и так далее). Идея «многополярности», какой бы новой, а, по мнению некоторых, и оригинальной, она ни казалась, по сути своей продолжает старый тезис, выдвинутый лет 20 назад консервативным американским политическим теоретиком Хантингтоном. Он высказал идею о необходимости распада глобального порядка, сформировавшегося после Второй мировой войны с началом «конфликта/столкновения цивилизаций/культур/мировоззрений», и о «переустройстве мирового порядка» еще в 1996 году в своей, теперь уже знаменитой, книге «Столкновение цивилизаций и преобразование мирового порядка». Он предсказывал, что войны в будущем будут вести между собой вот таким образом сгруппированные государства.

С другой стороны, с 1945 года до наших дней, а в особенности в последние три десятилетия, мир существенно изменился в экономическом, демографическом и других аспектах. Некоторые страны из того множества, которое раньше называли третьим миром или «развивающимися странами», в том числе Китай, а также Индия, Индонезия, Бразилия, Мексика, Нигерия, окрепли во всех отношениях. На международном жаргоне эти набирающие мощь государства называют «emerging nations». Под этим надо понимать страны с быстро растущей экономикой, которые претендуют на значительно большую роль в международных отношениях, нежели та, которую они играли во второй половине 20 века. Первую фазу символизировали объединения наиболее развитых государств, такие как Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) и Большая семерка. Вторую — Большая двадцатка, БРИКС (на которую приходится более 40 процентов мирового населения) и так далее.

Вместе с тем идеи, которые до недавнего времени весьма агрессивно продвигали США и западники, такие как мультикультурализм, демократизация, «экспорт демократии», то есть идеи переустройства всего мира в соответствии с западными стандартами, в последние годы стали казаться все более утопичными. Все больше тех, кто оказывает подобным устремлениям открытое сопротивление, упирая на суверенитет и легитимность различных моделей правления. Речь, например, о китайской модели, сочетающей в себе рыночный капитализм, этатизм и ограничение демократии в рамках однопартийной («коммунистической») системы.

Итак, движемся ли мы к «многополярному» миру и распаду «мирового порядка»? Несомненно, да. Однако трудно сказать, как будет выглядеть этот мир с геополитической доминантой; какие блоки сформируются, а какие распадутся; где будут проходить границы между новыми блоками и зонами влияния; сколько времени потребуется, чтобы новые «демаркационные линии» устоялись; какую конкуренцию это вызовет, сколько спровоцирует торговых войн, конфликтов, внутренних переломов и идеологических противостояний; какие народы и государства выиграют, а какие проиграют; будут ли завоевательные войны и массовая миграция; пойдет ли кто-то на вторжения с целью расширения собственного жизненного пространства и так далее.

Нужно отметить, что в игре масса факторов и аспектов, начиная геополитическими и геоэкономическими, через демографические и культурно-религиозные вплоть до энергетических, экологических, климатических и медицинских (засухи, недостаток пищи и питьевой воды и связанная с этим миграция, потенциальные «войны за воду» и плодородные земли, а также природные катастрофы, эпидемии и пандемии и так далее). Немаловажны и научно-технические факторы (третья технологическо-информационная революция и кибер-войны, быстро развивающийся искусственный интеллект, роботизация; влияние всего этого на жизнь людей и их психологическое здоровье, среду обитания, жизнь растений и животных и так далее).

— На европейском континенте растет напряженность, вызванная не только внутренними противоречиями, но и конфликтом западных стран с Россией, а теперь еще и с Турцией. Откуда эта напряженность?

— Недопонимание и затягивание узлов в отношениях между главными западными силами, Евросоюзом и НАТО, с одной стороны, и Россией, с другой (так продолжается уже несколько лет), имеет глубокие и в основном трудно выявляемые причины. Все это тревожно, хотя не обязательно фатально. Что привело к нынешнему положению дел, лучше всего проследить на конкретных примерах, иначе мы погрязнем в предположениях и спекуляциях.

Во времена президентства Бориса Ельцина (1991 — 2000 годы) случились большие перемены, было покончено с советскими реакционно-коммунистическими силами, произошла демократизация России. Она повернулась к Западу. В тот период «дикой» приватизации и капитализации поднялись олигархи, которые выжимали из страны все соки и отправляли за рубеж огромные деньги, нажитые на российских природных ресурсах. Путин (премьер, затем президент с 2000 года, затем опять премьер, затем опять президент до настоящего момента) решил, заручившись поддержкой кадров из своего бывшего КГБ и КП, или «взять под контроль» этих олигархов, или их «уничтожить». Так началась «сеча князей» (олигархов), в которой одни «сдались», а другим дали срок и посадили.

Самый известный из них — Михаил Ходорковский, который с 2005 по 2013 годы отбывал наказание в российской тюрьме, а затем под давлением Запада был освобожден и переехал в Англию. В то же время другой российский богатей, Березовский, встал в оппозицию к Путину (перед этим он поддержал его на выборах) и укрылся на время в Англии, чтобы избежать наказания. Однако судебным путем Березовского лишили его бизнес-империи, которую он получил или создал во время приватизации. Березовский умер при до конца невыясненных обстоятельствах в 2013 году (все выглядело так, как будто он повесился).

Еще в конце 2006 года смерть бывшего российского агента/перебежчика Литвиненко в Лондоне взбудоражила мировую медиа- и дипломатическую общественность. Утверждалось, что его, вероятно, отравили радиоактивным изотопом полония 210, добавленным в чай. После того как Москва отвергла весьма дерзкие требования Лондона, который хотел юридической помощи, чтобы размотать клубок и найти виновных в самой России, началась дипломатическая война между Лондоном и Москвой. Сторону Лондона, разумеется, приняли Вашингтон и члены НАТО, а также Европейский союз…

— Вы хотите сказать, что те события существенно повлияли на все последующие?

— Да, на видимом уровне так оно и было. Дипломатическо-разведывательная война стала лишь преамбулой к ухудшению отношений между Западом и Москвой. Например, были прерваны регулярные встречи на высоком уровне между представителями Европейского союза и России, усилилась пропагандистская война. Западные силы и Сорос увеличили финансовую и другого рода поддержку российской оппозиции, стремясь к тому, чтобы к власти в Москве пришли какие-нибудь другие партии. Однако Путину удалось их нейтрализовать и победить. Все эти многолетние усилия достигли кульминации в Киеве в виде массовых протестов с участием снайперов. Скрытно были причастны к тем событиям разные иностранные спецслужбы и специалисты. До Майдана президент Украины Янукович решил отказаться от уже согласованного договора об особых отношениях с Европейским союзом. Подобный договор ЕС попытался или сумел заключить с несколькими странами так называемого «Восточного партнерства». Этот договор нарушал большую часть существовавших на тот момент отношений между Украиной и Россией в области свободной торговли и экономического сотрудничества.

На отказ Януковича, точнее на затягивание процесса подписания договора, организаторы массовых протестов отреагировали незамедлительно уже в декабре 2013 года. Выступления привели к тому, что в феврале 2014 года Янукович был свергнут. Это, в свою очередь, вылилось в отделение Крыма и вооруженный мятеж на Донбассе, который привел к созданию двух «государств»-изгоев на территории Донецкой и Луганской области. Кстати, там проживало до 55 процентов (этнических) украинцев, и были сильны пророссийские политические настроения.

Косово как оправдание аннексии Крыма

— То есть вы утверждаете, что западные силы существенно повлияли на развитие событий на Украине?

— Да. Они действовали, плохо осознавая возможные опасные последствия и нежелательные результаты. Западным СМИ удалось выяснить, что Европейский союз и США вложили в свержение пророссийского президента на Украине пять миллиардов долларов. Также было установлено, что сам Янукович вместе со своими политическими и деловыми соратниками украл из украинского бюджета, по некоторым оценкам, более 70 миллиардов долларов. В марте 2015 года в Крым вошли (правда, без знаков отличия) российские войска, а в апреле состоялся соответствующий референдум. В результате Крым, который с 1954 года принадлежал («административно») Украине, якобы по воле большинства избирателей (?) был присоединен к Российской Федерации.

Но в международных отношениях за все, что «ломается через колено», приходится платить, и последующее развитие событий это подтвердило. Односторонним отделением Косово от Сербии, произошедшим под покровительством США в обход ООН и международного права, Москва воспользовалась как прецедентом для оправдания аннексии Крыма. Затем на Донбассе поднялся мятеж и началась кровавая гражданская война (по сути опосредованная война), которая в результате огромных усилий завершилась хрупким перемирием и Минскими договоренностями. Эти соглашения позволили установить шаткий мир, который сродни нашим «перемириям» в Хорватии в 1991 — 1995 годах, но не более того. Украинский узел еще только предстоит распутать. Украина остается очагом напряженности, который может повлиять и на свой регион, и на континент в целом, привести к конфронтации и перераспределению сил. ОБСЕ выступает посредником непосредственно на месте и следит за соблюдением перемирия, однако физически не может его гарантировать.

С тех пор США, ЕС и многие другие страны оказывают давление на Россию дипломатическими средствами и санкциями, но Москва так и не уступила. Ситуация на Украине остается крайне тяжелой и во многом хаотичной. После определенных российских уступок санкции стагнировали, однако Трамп и США недавно опять их ужесточили.

Если ко всему этому добавить инцидент, который произошел в этом году, с (мнимым) отравлением химическим ядом в Англии, в котором Лондон обвинил путинские спецслужбы и даже назвал имена и фамилии двоих виновными агентов, то становится понятно: некоторые силы по-прежнему нисколько не заинтересованы в улучшении отношений между Россией и Западом. Я говорю о мнимом отравлении бывшего российского военного разведчика, который, будучи двойным агентом британской спецслужбы МИ-6, раскрыл имена нескольких российских агентов в Великобритании. Поэтому в 2006 году в России за измену его приговорили к заключению, а уже в 2010 году обменяли в ходе самого масштабного с момента окончания холодной войны обмена разоблаченными шпионами между Россией и Западом. Таким образом, играми разведок пользуются определенные политики, но и сама политика становится результатом разборок спецслужб, и все это неотъемлемая часть тех историй, которые скорее используются для манипулирования нами, нежели являются истинными причинами ухудшения отношений.

— Вы привели некоторые примеры, которые подтверждают, насколько ухудшились отношения. Вы также пролили свет на глубинные, затуманенные и совершенно невидные уровни, на которых происходили некоторые переломные события. Вы, конечно, можете привести еще много примеров. Но что вы можете рассказать нам о глубинных геополитических целях всех этих событий?

— Вообще в этом интервью я, особенно учитывая мою работу в хорватском МИД, высказываю исключительно свое частное мнение, и я не склонен необдуманно и машинально объяснять глубинные причины или (не)заметные цели определенных процессов. Но многие, в том числе те, кто не отличается обширными знаниями, на самом деле хотят, чтобы им «все» разъяснили, вернее, разъяснили им то, что их интересует. Разумеется, некоторые базовые факторы и их причины видны всем даже «невооруженным глазом». Тем не менее всякая серьезная национальная политика, а в особенности политика сильных государств и негосударственных субъектов, в комплексных современных условиях не однобока и не однозначна и вообще сложна для понимания «простых смертных». Хотя многие уверены в обратном и полагают, что все понимают.

В связи с этим я хотел бы напомнить: самые глубинные «стратегические» цели скрываются лучше всего и с их помощью наиболее успешно манипулируют общественностью. «Гибридная война», которую раньше называли «пропагандистской» и которая сейчас расширилась за счет кибер-пространства и разных других средств, изобретенных современными учеными, инженерами и программистами, прежде всего в военном секторе, нужна в первую очередь для того, чтобы скрыть глубинные причины определенных действий. Для этого акцент делается на том, что мы видим на первом плане. Нам пускают пыль в глаза. Иногда главная причина политическая, иногда — экономическая, военная или имеет отношение к безопасности. Иногда речь идет о частных интересах (коррупция, подкуп, личное обогащение или сохранение богатства). Иногда государства или другие международные субъекты обслуживают интересы корпораций или невидимых центров власти. Конечно, также свою роль играет война за контроль над энергоносителями и природными ресурсами…

Иногда очевидны феномены, связанные с некоторыми другими причинами — такими причинами, которые вообще непосредственно не касаются того региона, где ведутся дипломатические и реальные бои, а касаются использования этих регионов или противоречий в совершенно других (экзогенных) целях.

Очередная потенциальная миграционная бомба

— Хорошо. Это мне понятно, и тем не менее, что касается отношений с Россией, не все же покрыто такой уж тайной, чтобы нельзя было осветить хотя бы основные причины и возможные последствия…

— Вы правы. Есть некоторые объяснения, и я могу их озвучить. Не будем заходить слишком далеко и останемся в рамках конкретных известных нам вещей и того, что мы знаем из пыльных архивов. В недавно обнародованных беседах президентов Ельцина и Клинтона, о которых писал прекрасный специалист по геополитике Зоран Метер на портале geopolitika.news (вы недавно с ним беседовали), Ельцин заверял Клинтона, что его наследник Путин (тогда только назначенный премьер-министром, а вскоре ставший исполняющим обязанности президента Российской Федерации) будет высококлассным государственником и укрепит демократию и добрые отношения с Западом. В то время и в последующие годы Запад настаивал на том, чтобы Россия, как и многие другие, переняла и в максимальной мере приняла западные демократические стандарты, ценности и критерии, включая уравнение гомосексуалистов в правах с гетеросексуалами. Мы помним, что Хорватия тоже подверглась сильному давлению в связи с этими требованиями Запада, на которых он продолжает настаивать и сегодня. Тем не менее Запад осознает, что некоторые государства, в том числе члены ЕС и НАТО, противились или продолжают противиться официальной доктрине и политике, если не сказать новой «догматике», либерально-демократического Запада.

Итак, оказалось, что Путин, хотя он и продемонстрировал добрую волю, не хочет или не может плясать под дудку США и Великобритании в том, что для него, точнее для России, жизненно важно. Западные державы (не все, а некоторые — неохотно) разными способами пытались ослабить власть Путина и поспособствовать его свержению. Однако успеха не добились. Последней серьезной попыткой стали санкции, которые должны были финансово сломить Россию, спровоцировать экономический коллапс, социальный хаос и, как результат, привести к свержению Путина. Этого не произошло. Путин только укрепил свою власть, несмотря на объективно ухудшающуюся обстановку. Наиболее опасным для него был период низких цен на нефть, но и он уже в прошлом.

Вместе с тем существенно возросла (это как-то пропустили западные спецслужбы) оперативная боеспособность российской армии, которую после распада Советского Союза долгое время считали свалкой старого металлолома и рассадником бюрократических и коррумпированных кадров. Российские вооруженные силы располагали весьма скромными бюджетными средствами, были разорены в техническом и организационном плане и не могли противостоять на поле боя Западу. В первые годы сирийского конфликта Москва отступала, столкнувшись с западной самоуверенностью и решимостью в отношении Сирии.

Вот каким было соотношение военных сил, если, конечно, не принимать во внимание ядерное оружие. Однако разумно было бы предполагать, что только безумец решил бы к нему прибегнуть. Таким образом, ядерная война как вариант полностью исключается. Правда, конечно, врага, который располагает ядерным оружием, принято остерегаться (пример — Северная Корея, а также Израиль, Пакистан, Индия и другие страны) и не провоцировать, чтобы он в крайнем случае не воспользовался своим ядерным арсеналом.

Таким образом, без лишней огласки и вдали от глаз западных агентов российские вооруженные силы были восстановлены и модернизированы. В последние два года в Сирии Россия продемонстрировала новый уровень боеспособности своей армии, ее высочайший уровень технической оснащенности и скоординированности. Кроме того, Москва продемонстрировала дипломатическую ловкость, оставаясь при этом конструктивной в отношениях с Западом и другими субъектами, в том числе, например, Афганистаном, и в борьбе с терроризмом. В результате Асад, который, казалось бы, вот-вот потерпит поражение и лишится власти (еще в 2011 году все западные силы с ним «распрощались» и оспаривали его легитимность), коренным образом переломил ход войны, воспользовавшись помощью России, Ирана и «Хезболлы». Асад вернул многие утраченные регионы, кроме Идлиба и областей на северо-востоке, которые контролируются курдами, чей вопрос еще не решен. Асад вышел победителем. США утратили свою доминирующую позицию. Для Ближнего Востока все это совершенно ново.

Теперь сирийская армия собирается с силами, чтобы занять регион Идлиб на северо-западе у турецкой границы. Вокруг Сирии и в Средиземноморье сконцентрированы американские и российские ракетные и другие вооружения. Все это вызывает большие опасения. В этом относительно небольшом регионе находится около трех с половиной миллионов человек, преимущественно беженцев из других районов Сирии. Им грозит масштабная гуманитарная катастрофа, и возможен взрыв очередной миграционной бомбы. Российские военные учения, проведенные в период с первого по восьмое сентября в восточной части Средиземноморского региона, также очень нас беспокоят. В них участвовало 26 кораблей Северного, Балтийского и Черноморского флота, а также Каспийской флотилии. Они вооружены, в том числе, крылатыми ракетами «Калибр». Кроме того, первого сентября в Средиземное море через Гибралтар вошла американская атомная подводная лодка Newport News, вооруженная крылатыми ракетами «Томагавк». При этом своего урегулирования ожидают опасно обострившиеся израильско-иранские, израильско-сирийские, американо-иранские и арабско-иранские отношения…

— Похоже, из Европы мы переместились на Ближний Восток…

— Да, ведь одно связано со вторым, как и с третьим (Тихоокеанским регионом) и с четвертым (Африкой), а кроме того, демонстрация силы и (пере)распределение сил на Ближнем Востоке влияют на европейские и вообще международные отношения.

Поэтому мы должны вспомнить, что предшествовало гражданской сирийской войне, которая очень быстро превратилась в региональную и опосредованную. Ей предшествовала так называемая арабская весна. Эта почти единая волна поднялась в декабре 2010 года в Тунисе (то есть за четыре года до очередной «оранжевой революции» на Украине), а затем «разлилась» на Ближнем востоке, прокатившись по Ливии и Египту. К тем событиям были прикованы взоры всех сторонников Запада и людей демократической ориентации. Они очень (и наивно) надеялись, что исламско-автократические режимы падут и что в Северной Африке и на Ближнем Востоке, то есть в арабско-исламском мире, будут созданы демократические системы по западному образцу и желанию, а также в соответствии с (плохо скрываемыми) западными интересами.

Вспомним эйфорию, которая царила в те дни и которую впоследствии все СМИ предали забвению, поскольку произошло прямо противоположное тому, на что все надеялись… Радикальный исламизм только окреп, а автократы, старые и новые, снова встали у власти. Ливия превратилась в хаотическое государство, в котором несколько группировок борется за власть. Самопровозглашенное «Исламское государство Сирии и Леванты» (так в оригинале — прим. перев.), то есть ИГИЛ (запрещенная в России организация — прим. ред.) нанесло Сирии и Ираку большой ущерб, погубило множество людей, спровоцировало миграцию. Добровольцы со всех концов света, где проповедуют ислам, мобилизовались и отправились воевать туда на стороне самопровозглашенного «халифата» (за прошедшее с тех пор время многие джихадисты, в том числе с семьями, вернулись к себе на родину или переместились в другие регионы)… Стихийный и массовый прилив мигрантов из Азии и Африки, а теперь еще и из Латинской Америки, настолько потряс граждан Европейского союза и вызвал такие политические изменения, что Евросоюз столкнулся, пожалуй, с самой серьезной за все время своего существования «проверкой на (внутреннюю и внешнюю) прочность».

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.