В начале февраля истечет 60-дневный срок, который Вашингтон дал Москве для сохранения совместного Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности (ДРСМД). Если Россия не вернется к полному соблюдению всех условий, США выйдут из договора. Эксперт Петр Сухи из университета Масарика считает, что дальнейший контроль над вооружениями окажется под угрозой.

«Иднес»: Насколько опасен отказ от Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности?

Петр Сухи: Учитывая, что договор РСМД и установленный им порядок существовал 30 лет, то, несомненно, отказ от него — это самый серьезный вызов для безопасности. Все зависит от того, что будет происходить, если договор действительно уйдет в прошлое.

— Даст ли это старт очередной гонке вооружений?

— Трудно предсказывать, что будет происходить на Западе, поскольку прозападным странам сложнее, чем России, решиться на какие-либо шаги, направленные на разработку новых ракет и модернизации арсенала.

Обсуждения, касающиеся возможной модернизации, бесспорно, вызовут много споров в отдельных странах-членах НАТО. Я берусь предположить, что Россия, как было и тогда, когда велась дискуссия о системе ПРО в Центральной Европе или о ракетах средней дальности в 80-е годы, предпримет большие усилия, чтобы повлиять на эти обсуждения.

— Как?

— Она, конечно, прибегнет к операциям влияния, чтобы как можно больше осложнить модернизацию и, прежде всего, вероятное размещение новых носителей. Однако Североатлантический альянс уже заявил, что даже в случае отказа от ДРСМД не планирует никаких скоропалительных шагов на европейском континенте, в частности, размещение новых ракет.

— А как поведут себя другие страны, такие как Китай, Иран или Пакистан, которые и не были связаны подобным договором?

— Дело в том, что, вне зависимости от ДРСМД, который ограничивал размещение систем США и России, другие страны в последние 30 лет очень активно занимались разработкой носителей именно этого класса, и их численность только росла.

— Не могут ли другие страны воспринять отказ от договора между двумя крупнейшими ядерными державами как сигнал, разрешающий им собственное ядерное оружие?

— В будущем нельзя исключить, что неофициальный ядерный клуб пополнится новыми государствами. В Японии и Южной Корее иногда звучат призывы к разработкам собственного ядерного оружия. И тем не менее я берусь утверждать, что к этому призывают слабые и даже маргинальные группы. Если же ядерное оружие получит Иран, то это точно заставит некоторые государства — например, Саудовскую Аравию — бросить все силы на то, чтобы обзавестись собственным ядерным арсеналом.

— Что касается Японии и Южной Кореи: не было бы с их стороны это решение весьма значительным, учитывая их давние тесные связи с США?

— Я думаю, что на решение некоторых стран может повлиять их уверенность или неуверенность в тех гарантиях безопасности, которые дают Соединенные Штаты, и в надежности так называемого расширенного сдерживания. Такие страны, как Япония и Южная Корея, а также Саудовская Аравия, являются подписантами договора о нераспространении ядерного оружия. Им пришлось бы нарушить договор или выйти из него.

С другой стороны, они могут воспользоваться этой темой для определенного давления на Соединенные Штаты, чтобы они пересмотрели некоторые свои шаги в отношении этих стран, в том числе в области торговли.

— А возможна ли новая версия договора РСМД, расширенного за счет других стран, прежде всего Китая?

— Отказ от ДРСМД — это одно из последствий ухудшения отношений между Западом и Россией. Без оптимизации взаимоотношений договор в краткосрочной перспективе нельзя будет заменить каким-то новым актуальным документом. С этим связан растущий скепсис по поводу того, будет ли вообще процесс контроля над вооружениями продолжен.