Оно насчитывает 300 миллионов верующих по всему миру, в том числе 100 миллионов в России. Достаточно плохо известное в западных обществах православие сегодня оказалось в центре геополитических конфликтов. Примерами тому служат аннексия Крыма и война в Донбассе, к которым терпимо относится Русская православная церковь в лице патриарха Кирилла. В результате между РПЦ и украинской церковью произошел раскол. Какую роль играет Московский патриархат Кирилла в антизападной стратегии Владимира Путина? Что связывает двух этих людей, которые так отстаивают консервативные идеи? Как велико влияние православия в российском обществе?

Русская православная церковь была объектом гонений при коммунизме, однако восстала из пепла за последние годы. Как бы то ни было, почти через 30 лет после распада СССР российское общество все еще не может найти себя. Оно стремится обрести идентичность и «больно», полагает историк Антуан Аржаковский (Antoine Arjakovsky), специалист по православной церкви и России. Возглавивший РПЦ в 2009 году патриарх Кирилл стремится утвердить собственную социальную модель и восстановить «Святую Русь» как противовес западной модели, которая зачастую становится объектом критики российской власти. Он поддерживает тесные связи с Владимиром Путиным и обязан своей «быстрой и блестящей карьерой КГБ», полагает Сесиль Вессье (Cécile Vaissié), преподаватель и эксперт по России и СССР. О личности Кирилла ведутся споры, в том числе и в православном мире. Так кто же этот человек, который, судя по всему, оказывает такое влияние на внутренние и внешние отношения России? Является ли он инструментом власти подобно тому, как было в сталинские времена, когда та пошла на примирение с православной церковью? Хотя такой подход и может показаться необходимым, действительно ли он легитимен, если в стране всего 6% населения называют себя действительно верующими, по данным Исследовательского центра Пью?

«Взаимовыгодная игра» Кирилла и Путина

Кирилл, безусловно, является политиком, поскольку был избран как духовный лидер, отмечает Антуан Аржаковский. Как говорится в документальном фильме «Боже, спаси Россию» Элис Коэн (Alice Cohen), он не раз появлялся рядом с влиятельными политиками вроде Барака Обамы и Махмуда Аббаса, а также не сторонится общества Владимира Путина, с которым проводит встречи примерно раз в месяц. Еще более тревожным моментом историк считает тот факт, что «он полностью солидарен с Кремлем и ни разу не осуждал репрессии и войны» после назначения на пост. Галина Аккерман напоминает, что «до того как стать патриархом он отвечал за международные отношения в Московском патриархате, что подразумевает тесные связи с властью и российскими спецслужбами». По ее словам, «его назначение «было бы невозможным без согласия верхушки власти, в том числе лично Владимира Путина».

Раз светское государство прописано в конституции страны, как получается, что религиозный деятель, даже такой высокопоставленный, оказался настолько близко к власти? Как отмечает Сесиль Вессье, российское светское государство не похоже на французское, особенно если вспомнить о введении уроков православия в школе. В конечном итоге «не понятно, пытается ли Кирилл использовать Путина, или Путин пользуется патриархом». В любом случае, «светское государство существует только на бумаге, и общественно-политические инициативы существуют с обеих сторон». Главный редактор сайта orthodoxie.com и бывший православный священник Кристоф Левалуа (Christophe Levalois) придерживается несколько иной позиции: «Церковь мирится с властью. Политическую власть назначает не она. Кроме того, с самых истоков христианства письмо апостола Павла гласит: "Всякая душа да будет покорна высшим властям". Линия поведения всегда заключалась именно в этом». Галина Аккерман все же настаивает, что «церковь предлагает власти нравственный авторитет и божественное благословление», а также «ведет взаимовыгодную игру с властью» по примеру осуждения «Пусси Райот» и игравшего в «Покемон Го» в церкви блогера. Судебные процессы были начаты церковью по обвинению в кощунстве.

Ответственность за гемолитические конфликты лежит на Путине

Антуан Аржаковский прожил 10 лет в России и внимательно следил за путем Кирилла. Он недоволен тем, что церковь не «просит прощения» у верующих за преступления коммунизма, в которых она сотрудничала с властью, и не «осуждает прошлое». Что еще хуже, сегодня церковь не осудила аннексию Крыма Россией и в некотором роде даже поддерживает ее. Галина Аккерман со своей стороны подчеркивает, что ответственность за конфликт «лежит в первую очередь на Путине», и напоминает, что «церковь и ее глава благословили танки и оружие, которые отправились в Сирию и Чечню».

Все это вызывает вопросы о дипломатической позиции РПЦ, тем более что в 2016 году православный храм распахнул двери на набережной Бранли в двух шагах от Эйфелевой башни. О настоящей задаче этого профинансированного Кремлем православного центра ведутся споры.

«Время для церкви течет иначе, чем для политической власти»

Кристоф Левалуа как бывший священник рассматривает ситуацию с большей отстраненностью: «Французы познакомились с российской культурой вовсе не после строительства центра». Широкая волна иммиграции после 1917 года оправдывает, по его мнению, присутствие храма. По его словам, «время для церкви течет иначе, чем для политической власти. Политическая власть ориентируется на краткосрочную и среднесрочную перспективу, тогда как церковь смотрит в более отдаленное будущее. Через десять лет Владимира Путина уже не будет во власти, но православная церковь останется и продолжит действовать».

Вывод Сесиль Вессье наводит на размышления. Она сожалеет о том, что такой влиятельный человек как Кирилл, который «мог бы нести послание братства и любви» как церковный деятель, сейчас, скорее, играет роль равняющегося на российскую власть геополитика. При этом он мог бы использовать свое влияние для других целей, в частности для помощи трети населения, которая живет за чертой бедности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.