В конечном итоге госсекретарь Соединенных Штатов Майк Помпео отменил свой визит в пять стран, в рамках которого он во вторник посетил бы также Кипр. Значительно более важные вопросы для обсуждения возникли в Вашингтоне в то время, как визит на Кипр изначально казался сделанным в последнюю минуту дополнением к тому маршруту Помпео, который включал в себя посещение четырех бывших советских республик.

Это было больше похоже на визит вежливости, а Госдепартамент США сообщил о том, что поездка Помпео «подтвердит прочность американо-кипрских отношений», в ходе которой он встретится с президентом Никосом Анастасиадисом и министром иностранных дел Никосом Христодулидисом. Помпео также планировал встретится с лидером турецких киприотов Мустафой Акынджи, намереваясь таким образом «подтвердить лидерам обоих сообществ продолжающуюся поддержку Соединенными Штатами усилий киприотов при содействии ООН, направленных на воссоединение Кипра как двузонный федерации с двумя сообществами в соответствии с резолюциями совета Безопасности ООН».

Хотя у запланированного визита не было никакой повестки дня, он мог бы стать еще одним свидетельством улучшения американо-кипрских отношений, что является целью политики, проводимой с того момента, как Христодулидис возглавил Министерство иностранных дел. Подписанное в ноябре 2018 года в Вашингтоне заявление о намерениях было направлено на укрепление сотрудничества в области безопасности, включая борьбу против терроризма, а Никосия надеялась на то, что во время запланированного визита может быть подписано соответствующее соглашение. Христодулидис ранее на этой неделе сообщил о том, что правительство ведет переговоры с Соединенными Штатами о новом сроке визита Помпео.

Парадокс состоит в том, что Кипр решил укрепить отношения с Соединенными Штатами, вероятно, в самый неудачный момент в период правления президента Дональда Трампа, который не проявляет большого интереса к внешней политике и своими решениями, а также сумасбродным поведением отдалил от Америки большую часть традиционных союзников. Нельзя сказать, что это было ошибочным шагом со стороны Кипра, поскольку пытаться укрепить отношений с Америкой нужно было бы начать давно, однако наши партии и правительства не хотели отказываться от антиамериканской риторики, основанием для которой служило вторжение в 1974 году, и они с подозрением, если не с открытой враждебностью, рассматривали любую попытку Соединенных Штатов оказать помощь мирному процессу на Кипре.

Когда Джо Байден, будучи вице-президентом, посетил Кипр в 2015 году, он призвал правительство Анастасиадиса воспользоваться возможностью для решения имеющихся проблем, подчеркнув при этом открывающиеся для Кипра большие перспективы и пообещав полную поддержку Соединенных Штатов. Он был проигнорирован. На самом деле нынешние попытки установления более тесных связей с Соединенными Штатами больше относятся к планам правительства в области энергетики, а также к соображениям о том, что это укрепит его позиции в отношении незаконной деятельности Турции и чинимых ею препятствий, чем к какому-либо желанию получить американскую помощь в мирном процессе.

Независимо от мотивов правительства Кипра, эти отношения была поставлены на более здоровую основу, чем в прошлом, и это было подчеркнуто Законом о сотрудничестве в области безопасности и энергетики в Восточном Средиземноморье (Eastern Mediterranean Security and Energy Partnership Act), одобренным Конгрессом в прошлом месяце, а также снятием эмбарго на поставку вооружений на Кипр. Кипру помогло и то обстоятельство, что Греция тоже решила отказаться от своей антиамериканской позиции, существовавшей в течение последних четырех десятков лет, и стала добиваться более тесных отношений с Вашингтоном. Парадоксальным можно считать тот факт, что подобное изменение политики было начато левым правительством Алексиса Ципраса, а затем поддержано правительством партии «Новая демократия». На прошлой неделе премьер-министр Кириакос Мицотакис посетил Вашингтон и встретился там с президентом Трампом.

На этом фоне немного неожиданным стало сделанное в четверг Христодулидисом объявление о том, что российский министр иностранных дел Сергей Лавров в ближайшее время посетит Кипр, и что ведутся переговоры о визите Анастасиадиса в Москву и его встрече с президентом Владимиром Путиным. Какими могут быть цели этих визитов, которые будут проходить почти сразу после принятия Закона в отношении Восточного Средиземноморья и снятия эмбарго на поставку вооружений? Может быть, таким способом Анастасиадис и Христодулидис надеются показать Соединенным Штатам, что Кипр является проверенным и надежным другом? Странно то, что, согласно Закону о Восточном Средиземноморье, госсекретарь США, а также министры обороны и энергетики должны среди прочего в течение 90 дней сообщить о российском влиянии на Кипре, в Греции и в Израиле, а также установить цели Москвы в области безопасности, политики и энергетики в Восточном Средиземноморье.

Было бы сложно ответить отказом на предложение о визите Лаврова. Но существуют ли какие-либо убедительные причины для того, чтобы Анастасиадис поехал в Москву и встретился там с Путиным в то время, как его правительство пытается установить более тесные связи с Соединенными Штатами? Создается впечатление, что правительство делает все возможное для подрыва своего собственного планирования в области внешней политики за счет создания в Вашингтоне впечатления о том, что оно на побегушках у Москвы. Мы не считаем, что правительство страны должно прекратить отношения с Россией, однако нужно понять, что оно не может получить и то, и другое. Как бы ему ни хотелось, оно не может быть надежным союзником Соединенных Штатов и России одновременно. Если оно откажется выбрать одну из сторон, ему никто не будет доверять.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.