Интервью с руководителем телеканала «Тэ-Фау-Пэ 2» (TVP2) и сопредседателем Ассоциации польских журналистов Марчином Вольским (Marcin Wolski).

Fronda.pl: Что вы думаете о нынешнем конфликте (если его можно так назвать) между Польшей и Россией? Зачем Путин прибегает к таким абсурдным тезисам, как утверждение о причастности Польши к развязыванию Второй мировой войны?

Марчин Вольский: Это, несомненно, признак того, что Польша вызывает у российского лидера эмоциональную реакцию. Что скрывать (это даже забавно): в последние четыре столетия Польша была причиной российских комплексов.

— Почему?

— Потому, что она постоянно мешала России претворять в жизнь великодержавные, коммунистические, панславистские проекты. Если взглянуть на историю, можно увидеть, что сначала на протяжении двух веков Польша не давала России войти в Европу, а польские восстания защищали запад нашего континента от прихода «братской помощи», потом мы остановили наступление Красной Армии на мир, а из-за Варшавского восстания россияне оказались в Берлине на год позже, чем могли. Поляки принесли себя в жертву, и они не обрели мирового господства. Доказательством того, что все эти (и многие другие) события остаются для России болезненными, свидетельствует то, что она празднует изгнание поляков из Москвы в 1612 году.

— Как вы думаете, Путин ожидал такой реакции польского президента и премьера, какую мы увидели?

— Подозреваю, в шахматах он как раз разбирается, и наверняка представлял себе все возможные реакции польской стороны. У нас на выбор были плохой и очень плохой варианты, мы постарались выбрать самый оптимальный из возможных.

— Оптимальный выбор между плохим и очень плохим?

— Да, этот выбор нашел выражение в решении президента Дуды (Andrzej Duda) отказаться от поездки в Израиль. То, что он не будет присутствовать на этих мероприятиях, плохо, но в данной ситуации было бы еще хуже, если бы он на них поехал. В этой игре мы сможем победить, если Польше и ее союзникам удастся провести свой подход. Путин наверняка в очередной раз постарается навязать свою точку зрения, посмотрим, насколько его надуманные тезисы приживутся на Западе.

— Вы думаете, эту чушь кто-нибудь воспринимает всерьез?

— А почему нет? Раз этот западный мир сегодня всерьез верит в существование шестидесяти гендеров и глобальное потепление, почему бы ему не поверить в то, что скажет ему Путин?

— Судя по живой реакции стран всего мира на эту тему, Путин, скорее, не достиг своей цели, а навредил сам себе, укрепив тем самым позицию Польши. У вас нет такого ощущения?

— Реакции были разные, я бы не слишком радовался тому, что кто-то где-то делает вид, будто не слишком верит российскому президенту.

— Почему?

— Представьте себе, что Путин сказал нечто подобное о турках, арабах, китайцах: мы увидели бы массовые демонстрации, протесты творческих кругов и так далее. А то, что пара западных газет что-то написали на нашу тему, указав на правду, это все равно что три комара укусили слона.

— Какой должна быть адекватная реакция?

— Нам следует хорошо подготовиться к мероприятиям, которые пройдут в Освенциме, а также, даже если мы рискуем спровоцировать огромный скандал (который может обернуться нам на пользу), построить триумфальную арку. Западные элиты в массе своей ничего не знают о Варшавской битве, и претворение в жизнь такого проекта стало бы не только посланием, но и конкретным зримым знаком, что помогло бы продвижению нашей точки зрения. Еще остается вопрос, насколько постсоветские еврейские круги в Израиле смогут спровоцировать рост антипольских настроений.

— Как на это реагирует Германия? Следовало ли нам включить ее в эту тему, а если да, почему польское руководство о ней не говорило?

— Сейчас, когда Германия ведет себя в нашем отношении почти прилично, это было бы неумно. Зачем в ситуации, когда Россия нас провоцирует, создавать новые конфликты с другими государствами? Германии следует сидеть тихо, опровергать лживые заявления и, конечно, не соглашаться с подходом, который продвигает Россия.

— Какой была ваша первая мысль, когда вы увидели Януша Корвина-Микке (Janusz Korwin-Mikke), сидевшего в тот момент, когда Сейм принимал резолюцию с протестом против российского манипулирования историческими фактами? Многим полякам стало за него неловко.

— Разумеется, такой жест может вызвать чувство неловкости, но больше эмоций мы бы испытали, если бы Корвин-Микке, идя по улице Варшавской, остановился бы у информационного стенда российского посольства, где выставлен портрет Путина. Давно известно, что Корвин-Микке занимает пророссийскую позицию и готов ради шумихи сделать что угодно, так что его жест в Сейме — это, скорее, ситуация медицинского, а не политического свойства.

— Чем, как вы думаете, закончится этот спор, что принесут нам мероприятия в Иерусалиме, кто может выиграть от этой ситуации, от чего будет зависеть исход игры?

— Здесь есть непредсказуемые факторы. Обратите внимание, что скандал, связанный с Америкой и Ираном, отошел на второй план из-за украинского самолета. В очередной раз пассажирский лайнер сбили российской ракетой. Путину будет гораздо сложнее позиционировать себя в роли «ангела мира». Не имеет значения, кто нажал кнопку «пуск», важно, кто продал бандитам современное оружие, а это были россияне.

В этой игре очень много переменных, порой то, что выглядит абсолютным успехом, может привести к провалу. Сейчас ситуация нестабильна, но в итоге, кто знает, не обернется ли все к лучшему. Тот факт, что Трамп демонстративно не едет в Иерусалим, а собирается встречаться с Дудой, может оказаться ключевым.

— Благодарю за беседу.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.