Во время пандемии коронавируса кадры на экранах наших телевизоров могут показаться весьма впечатляющими. Меня поражает вид одного столичного города, который совершенно обезлюдел, а в обычные времена это одна из наиболее активных и оживленных метрополий на планете. Тишина в тех местах, где раньше собирались толпы народа, вызывает еще более жуткое ощущение. Я смог увидеть на экране лишь одного человека, и он, похоже, был совершенно озадачен увиденным.

В этот момент я нажал на паузу, сделав перерыв в просмотре фильма «Спустя 28 дней» (28 Days Later), и переключился на новости.

Пандемия коронавируса по своему воздействию превзошла финансовый кризис 2008 года, террористическую атаку 11 сентября 2001 года и вызвала более значительные изменения в обыденной жизни большинства людей на планете. Нет недостатка в аналитиках, которые пытаются понять, что происходит в настоящее время, и что нас ожидает в будущем. Некоторые в своем анализе опираются на эпидемиологические модели. Другие обращаются к историческим аналогиям. Однако для многих из нас будет проще призвать на помощь тот жанр, который стал весьма популярным в текущем столетии. Я имею в виду, конечно же, «живых мертвецов».

Эта тема должна быть мне хорошо известна, поскольку я являюсь автором учебника по международным отношениям, основанным на этом принципе. Первое представление по теме «Теории международной политики и зомби» (Theories of International Politics and Zombies) можно было получить, прочитав мой пост в блоге журнала «Форин полиси». Затем последовали два издания этой книги, рекламные статьи, а также обсуждение на конференции благотворительного фонда TEDx Talk. И поэтому, когда редакторы журнала «Форин полиси» спросили меня, что этот зомби-жанр может сказать нам о сегодняшнем кризисе, мне показалось оправданным вернуться к тому моменту, когда это все началось.

К сожалению, фильмы в жанре «зомби» способны больше сказать нам о первой фазе пандемии коронавируса, чем какие-либо другие варианты, которые могли бы устроить большинство из нас.

Возможно, это само по себе ничего хорошего человеческой цивилизации не предвещает: за редкими исключениями, жанр «зомби» всегда начинается с цивилизации и заканчивается адскими постапокалиптическими картинами. К счастью, имеются ключевые отличия между тем, что происходит с живыми мертвецами, и тем, как будет выглядеть оставшаяся часть 2020 года. Жанр зомби является чрезмерно пессимистичным относительно адаптационных способностей человеческих существ. Мы можем и должны быть настроены более оптимистично.

Среди всевозможных злодеев жанра фильмов ужасов зомби представляют собой совершенную метафору пандемии. Дело в том, что другие архетипы ужасов — вампиры, волшебники, оборотни — склонны производить более душевные и вызывающие симпатию характеры. В отличие от этого, живые мертвецы всегда изображаются как толпа разлагающихся трупов, у которых есть простая и непостижимая задача — поедать живую человеческую плоть. С зомби мы не можем вести диалог, договариваться или заключать сделки; как и у вируса, у них нет централизованной структуры. При такой простой и неинтересной мотивации жанр зомби в исторической перспективе всегда рассматривался как самый низкий из всех возможных. Интересная часть любого повествования о зомби — это не поедающие человеческую плоть упыри, а ответ людей на возникшую угрозу.

К сожалению, их ответ в большинстве случаев является слабым. За важным исключением в виде романтических комедий в стиле зомби (rom-zom-com), нарративы о зомби крайне пессимистичны относительно возможностей человеческой расы ответить на ту угрозу, которую представляют собой живые мертвецы. Покойный кинематографист Джордж Ромеро (George A. Romero) был крестным отцом современных фильмов о зомби, и если и было что-то постоянное в его фильмах, так это разрушение взаимодействия между людьми перед лицом угрозы в лице восставших из мертвых. Это взгляд на жизнь в стиле философа Томаса Гоббса: отвратительная, жестокая и короткая. Человеческие существа с неизбежностью набрасываются друг на друга, что лишь увеличивает распространение живых мертвецов. Если хотите, фильмы о зомби, появившиеся уже после Ромеро, лишь ускоряли развал цивилизации. Потребовалось много созданных по канонам Ромеро фильмов, чтобы разрушить человеческое общество. В римейке Зака Снайдера (Zack Snyder) «Рассвет мертвецов» (Dawn of the Dead) большая часть цивилизации исчезает уже к 15 минуте.

Параллели с развалом сотрудничества во время вспышки COVID-19 вызывают тревожные ощущения. На глобальном уровне Китай оказался совершенно непрозрачным по отношению к остальному миру по поводу природы коронавируса. Пекин отказал в доступе экспертам Всемирной организации здравоохранения, а также другим иностранным медицинским специалистам, а еще в середине января он настаивал на том, что заражения от человека к человеку не происходит. Когда вызванный коронавирусом кризис усугубился, многие стали обвинять китайские фирмы в том, что они пытаются воспользоваться сложившейся ситуацией и получить прибыль. Сотрудничество внутри Европейского союза в лучшем случае можно назвать неравноправным, поскольку большинство его членов возвели барьеры в рамках в обычное время безбарьерной Шенгенской зоны. Многие страны ввели запрет на экспорт важнейшего медицинского оборудования, в результате они парадоксальным образом сделали еще более сложным процесс сдерживания пандемии коронавируса. Те форумы, которые доказали свою полезность во время финансового кризиса 2008 года, в том числе группа G20, оказались почти не у дел во время нынешней пандемии.

Что касается лидерства Соединенных Штатов в этот период, то его либо вообще не было, либо оно оказалось, по сути, ничтожно малым. Запрет на въезд в страну был объявлен в одностороннем порядке, в результате чего образовался хаос в аэропортах Европы и Соединенных Штатов, и создана такая ситуация, которая только способствовала распространению коронавируса. Администрация президента Дональда Трампа начала предпринимать неуклюжие попытки захватить за границей партии медицинского оборудования и даже ученых. Внутри Соединенных Штатов Белый дом Дональда Трампа активно призывал отдельные штаты действовать друг против друга — и против федерального правительства — для того, чтобы обеспечить себе поставки медицинского оборудования и средств защиты. Все это привело к образованию странной ситуации. Так, например, губернатор штата Массачусетс попытался обеспечить поставку необходимого медицинского оборудования и индивидуальных средств защиты с помощью обращения к генеральному консулу Китая в Нью-Йорке, а сделал он это через владельца футбольного клуба New England Patriots.

Если назвать жанр фильмов о зомби пессимистичным — или реалистичным, в чем мы, к сожалению, уже смогли убедиться, — относительно сотрудничества, то тогда следует признать, что он еще более пессимистичен относительно надежности существующих институтов. По определению, бюрократии прекрасно разрабатывают стандартные процедуры о порядке действий. Однако ни одну пандемию нельзя назвать стандартной, а это означает, что даже управляемые самым компетентным образом институты, скорее всего, не справятся со своими задачами. Литератор Ребекка Солнит (Rebecca Solnit) считает, что большинство людей правильно реагируют на катастрофы, однако в своей книге «Рай земной, построенный в аду» (A Paradise Built in Hell) даже она была вынуждена признать, что «фильмы о катастрофах, судя по всему, одну вещь представляют правильно — проблемы с бюрократией».

Канон фильмов о зомби изобилует примерами недоверия к принимаемым правительством мерам в отношении немертвых, а восходит эта традиция к фильму Ромеро «Ночь живых мертвецов» (Night of the Living Dead). В этом фильме власти предоставляют обществу противоречивую информацию. Во-первых, они предлагают, чтобы люди оставались в своих домах; затем они меняют решение и рекомендуют людям направляться в центры по чрезвычайным ситуациям. Представители военных и ученые ведут полемику перед телекамерами на тему о том, почему ожившие трупы пытаются съесть человеческую плоть. Другой фильм Ромеро, «Рассвет мертвецов», начинается с неумелого рейда в зараженный зомби многоквартирный дом, в результате чего сопутствующий ущерб оказывается немалым. В его более поздних фильмах представители военных ведут себя, скорее, как преступные банды, чем как организация, призванная защищать граждан. То же самое относится к первой трети великолепного романа о зомби Макса Брукса (Max Brooks) «Мировая война Z» (World War Z), где говорится о том, как военные и правительственные ведомства совершают серьезные ошибки в борьбе с восставшими из мертвых, что приводит к катастрофическим последствиям.

И в данном случае параллели с ответом на COVID-19 на национальном уровне вызывают беспокойство. Небольшое количество правительств — Исландия, Южная Корея, Норвегия, Новая Зеландия, Сингапур — компетентным образом ответили на эту пандемию, тогда как ни одна великая держава не стяжала себе лавров на этом поприще. Коронавирус впервые был обнаружен в Китае, а затем распространился дальше, и не в последнюю очередь потому, что местные власти в Ухане отказались прислушаться к мнению врачей, поскольку боялись сообщить плохие новости в Пекин. Когда эта страна смогла сделать так, чтобы кривая заражения на графике пошла вниз, ее руководители попытались оказать помощь другим пострадавшим странам. Однако все эфемерные достижения в области мягкой силы вскоре испарились, когда выяснилось, что большая часть предоставленного оборудования оказалась неисправным.

Бюрократическая неразбериха в Соединенных Штатах стала особенно заметной. Центры по контролю и профилактике заболеваний США (U.S. Centers for Disease Control and Prevention) очень неумело провели на начальном этапе тесты на коронавирус. Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (U.S. Food and Drug Administration) проявило чрезмерное усердие в области регулирования сектора медицинских тестов и тем самым помешало быстрому их производству, когда это было особенно нужно. В тот период Белый дом постоянно утверждал, что коронавирус находится под контролем; а в конце февраля Трамп заявил, что коронавирус исчезнет, и это «будет как чудо». В ходе всех проведенных исследований того, как Соединенные Штаты действовали в первые дни пандемии, отмечалась бюрократическая вражда, отсутствие правильной коммуникации, а также полное нарушение нормального функционирования на самом высоком уровне администрации Трампа.

Определенное количество возникшего недоверия привело к такому поведению, которое напоминает первые части фильмов о зомби. Самой ужасной сценой в версии Марка Форстера (Marc Forster) «Война миров Z» (World War Z) можно считать тот эпизод, когда герой фильма, которого играет Брэд Питт, и его семья перемещаются по супермаркету, опустошаемому мародерами. К счастью, ничего подобного пока не произошло в период нынешней вспышки коронавируса. Однако закупки в огромном количестве туалетной бумаги, чистящих средств и пищевых продуктов долгого хранения немного напоминают панику из этого фильма.

Хотя параллели между антиутопиями с участием зомби и нынешней реакцией на пандемию являются поразительными, различия имеют значительно большее значение. Самое важное одновременно является самым банальным, — неписанное правило в каноне фильмов о зомби состоит в следующем: если вас заразил какой-то зомби, то тогда со 100-процентной вероятностью можно сказать, что вы умрете, а затем будете реанимированы. Новый коронавирус — это ужасный патоген, но даже самые пессимистические прогнозы указывают на уровень смертности ниже 5%. Причина столь сильной реакции состоит в том, что нужно попытаться повлиять на выпрямление кривой, чтобы медицинские учреждения не столкнулись со значительным количеством критических случаев, требующих срочного вмешательства и лечения. При отсутствии дополнительных негативных шоков мир должен восстановиться после пандемии COVID-19 так же, как это было в 1918 году после пандемии гриппа.

Несколько фильмов о зомби, в том числе лента Джонатана Ливайна (Jonathan Levine) «Тепло наших тел» (Warm Bodies) по роману Айзека Мариона (Isaac Marion) и фильм Эдгара Райта (Edgar Wright) «Зомби по имени Шон» (Shaun of the Dead) имеют похожую кривую возвращения к нормальности. Однако подобные варианты сюжетного развития являются исключением, а не правилом.

Еще одно отличие состоит в том, что ответ общества на пандемию коронавируса можно считать значительно более конструктивным, чем в любом сюжете о зомби. Как я уже указал в книге «Теории международной политики и зомби» (Theories of International Politics and Zombies), этот жанр является значительно более пессимистическим и циничным в отношении человеческого рода.

Первые несколько сезонов телесериала «Ходячие мертвецы» (The Walking Dead) на телеканале AMC были посвящены столкновению философий Рика (Rick) и Шейна (Chane). Рик считал, что еще можно создать взаимодействие даже в мире «ходячих» (walkers), как они называют зомби. Что касается Шейна, то его мировоззрение ближе к установкам Гоббса. Наиболее известную фразу из серии комиксов Роберта Керкмана (Robert Kirkman), явившейся основой для созданной телеканалом AMC версии, выкрикивает Рик: «Мы сами ходячие мертвецы». Таким образом Керкман пытается дать понять, что зомби превратили людей в аморальные автоматы.

В фильме «Ходячие мертвецы» не показано, как разрушается человечество, — и причины для этого весьма основательны. Одна из них состоит в том, что в фильмах о зомби происходит быстрая прокрутка вперед в период после разрушения цивилизации, а это означает, что такого рода разрушение не является до такой степени вероятным. Небольшое количество примеров этого жанра, где предпринимается попытка показать разрушение общества (в том числе в фильме «Бойтесь ходячих мертвецов» (Fear the Walking Dead), не являются убедительными.

Причиной того, что центры городов остаются безлюдными, является то, что горожане следуют советам своих правительств и выполняют правила социального дистанцирования, и все это делается для сдерживания распространения инфекции. Ни в одном фильме о зомби нет кадров о том, как жители начинают что-то распевать в знак благодарности работникам службы спасения и врачам. Истории с давкой по поводу туалетной бумаги является исключением, а не правилом. Пока система доставки товаров работает без сбоев, и даже в новостных сообщениях по поводу возможного резкого роста цен говорится также о том, что «мир в ближайшее время не будет испытывать дефицита продуктов питания». Значительно больше появляется сообщений о том, как граждане пытаются оказать помощь оказавшимся в сложном положении соседям. Проведенные опросы общественного мнения подтверждают наличие этого более сильного чувства единения. Пока социальная солидарность — а не анархия — продолжает оставаться нормой.

Фильмы в жанре зомби всегда недооценивали способность к адаптации и сопротивляемость человеческих существ в ответ на появление новых угроз. Одна из причин сохранения социальной солидарности состоит в том, что такие основные коммунальные услуги как подача электричества и вывоз мусора, продолжают действовать. Сам факт, что вы имеете возможность читать эти строки, показывает, что, в отличие от выдуманных апокалипсисов в стиле зомби, вы все еще имеете возможность пользоваться интернетом. На самом деле возможность перевести столь значительное количество человеческой активности на онлайновые платформы является знаком того, что пандемия коронавируса, при всей ее серьезности, не является апокалипсисом в стиле зомби. Другими словам, к работе таких платформ как Amazon, Zoom и Costco есть вопросы, однако все они более компетентны и менее злонамеренны, чем корпорация «Амбрелла».

Тем не менее, канон фильмов о зомби может содержать в себе предсказание, а реальный мир способен повернуться в сторону дистопии. Коронавирус будет еще быстро распространяться в большинстве развивающихся стран. Если это произойдет, то следует учитывать возможность разрушения государства и массовой гибели людей. Паника и недоверие могут распространяться с такой же скоростью, как и биологические патогены. Если сопоставить подобные чувства с данными об увеличении продажи оружия, то внезапно возникает ощущение, что мир «Ходячих мертвецов» находится не так уж далеко от нас.

Вместе с тем канон фильмов о зомби последовательно не считается с жизнями человеческих существ. Плохая работа государственных институтов и развал сотрудничества в результате распространения коронавируса, судя по всему, не противоречат данному нарративу. В то же время, большинство людей реагируют адекватным образом и готовы оказать поддержку в условиях кризиса. Это происходит потому, что люди способны адаптироваться. «Война миров Z» считается лучшим романом в этом жанре, а причина этого в том, что, по мнению Брукса, и люди, и организации со временем смогут адаптироваться к новым угрозам. В гонке между развалом человеческого общества и поискам методов лечения и вакцин я сделал бы ставку на врачей и ученых — каждый рабочий день и два раза в воскресенье. Никогда не следует списывать со счетов существа, ответственные за появление многочисленных видов клейкой ленты.

Дэниел Дрезнер — профессор кафедры международной политики Школы права и дипломатии имени Флетчера (Fletcher School of Law and Diplomacy) Университета Тафта (Tufts University). Он также автор книги «Теории международной политики и зомби» (Theories of International Politics and Zombies).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.