После окончания второй Карабахской войны Южный Кавказ переходит в новое геополитическое измерение. Но позиции отличаются в конкретном содержании этого процесса. И вопрос ставится обычно таким образом: «Кто выиграл больше: Россия или Турция? И выиграл ли от войны Азербайджан?».

Ответы разятся. Некоторые считают, что Россия тактически в финале обыграла всех, включая Турцию, Азербайджан и Армению.

Другие уверены в том, что в геополитическом и стратегическом плане больше выгоды чем Россия получила Турция.

Некоторые отмечают успехи Азербайджана на поле сражения и за столом переговоров.

Но почти все эксперты не сомневаются в поражении Армении и Европы.

Однако реальная ситуация в регионе имеет более сложную картину и неопределенную динамику. Азербайджанская армия радикально изменила геополитическую панораму региона. И эта турбулентность могла в любой момент превратить регион в хаос.

Источником такой турбулентности считался как нарастающий за короткое время интерес крупных мировых игроков на Южном Кавказе, так и нерешенность конфликта. Азербайджан вынужден был восстанавливать свою территориальную целостность с применением военной силы, ибо многолетние переговоры в рамках Минской группы ОБЕСЕ не давали никаких результатов. А Ереван отказался выводить свои военизированные силы с международно признанных территорий Азербайджана.

44 дневная война показала, что Азербайджан сильнее Армении: в военном, политическом, дипломатическом и духовно-моральном плане. Но у Армении больше опекунов: на Западе, в России, да и Иран исподволь тоже защищал Ереван. Именно этот фактор также является источником опасной геополитической турбулентности в регионе в будущем: внешние игроки-опекуны Армении еще попытаются изменить ход событий.

Между двух огней

Таким образом, для Азербайджана сформировалась противоречивая и сложная геополитическая панорама — страна сейчас находится на пересечении двух геополитических турбулентностей. Первая исходит от ирано-российских интересов. Вторая — от интересов крупных западных стран.

Поэтому Азербайджану предстоит вести игру на пересечении этих турбулентностей. Для этого Баку придется усилить азербайджанскую государственность, повысить профессиональную подготовку чиновников, заняться ликвидацией коррупции и дальнейшей демократизации социально-экономического и политического управления.

В частности, следует усилить потенциал и возможности своего дипломатического корпуса: собрав для работы профессионалов в сфере международных отношений, а также создав новую концепцию внешней политики. Для этого понадобятся люди с дипломатическим опытом и теоретическими знаниями. Ведь работать придется в сложных геополитических условиях региона.

Россия как традиционно сильный (даже, доминирующий) игрок на Южном Кавказе, пока сохраняет свой статус. И ввод российских войск под видом миротворцев в Нагорный Карабах — вполне ожидаемое событие: Москва пока не готова поделить этот регион с Западом. Но и присутствие Турции показывает начало новой эры в конструкции геополитической динамики Кавказа — Россия здесь уже не единственная геополитическая и военная сила.

Важный момент: Азербайджан и Турция действуют в регионе в тандеме. А Анкара — полноценный член НАТО. Очевидно, что Россия не захочет смириться с тем, чтобы «на заднем ее дворе» присутствовал такой активный член альянса. Чтобы воспрепятствовать вхождению в состав миссии военного контингента Турции на паритетных основах Москва использует разные дипломатические уловки: имитирует готовность к сотрудничеству, но при этом изнуряет турецкую сторону многочисленными консультациями и т.п. Но Турция продолжает настаивать на совместном патрулировании в карабахском регионе. И Россия вынуждена пока считаться с этой силой и корректировать свои действия в соответствии с новой реальностью.

По итогам Второй Карабахской войны уже очевидно, что Россия хочет использовать ее против Запада — снизить влияние США и Запада, отстранив их от решения Нагорно-Карабахского конфликта. И пока это ей удается. Тем более, что Франция крайне неудачно и неконструктивно участвует в решении конфликта: Париж открыто заявляет, что он на стороне Еревана. Что явно противоречит статусу Франции как посредника и сопредседателя Минской группы. А значит — усиливает Москву. А США ведут себя недостаточно активно (недавние президентские выборы) и предпочитают оставаться «в тени».

Фактор раздражения

Некоторые политические круги Запада совершают еще одну дипломатическую ошибку, отталкивая от себя Азербайджан — обвиняя Баку в этнической чистке в Нагорном Карабахе в начале 90-х.

Но, во-первых, именно армяне в 1989-1993 годах депортировали азербайджанцев из родных очагов как из Армении, так и из Карабаха. В итоге, по статистике, 98 процентов населения Армении составляют этнические армяне. При этом в Азербайджане — вне Нагорного Карабаха, проживают десятки тысяч армян. Зная эту реальность, азербайджанцы с скептически воспринимают нейтральность Западных стран в решении конфликта.

Во-вторых, в результате операции «Буря» в 1995 году 200-250 тысяч сербов стали беженцами из «Сербской Краины», находившегося на территории Хорватии, и 30 тысяч — из Западной Боснии. Эту операцию поддержали США и Запад, и никто не осудил хорватов, которые освобождали свои территории. Да и в дальнейшем не поднимался вопрос о депортации сербов из родных мест. При этом от Армении западные демократические страны так и не требуют обеспечить возвращение сотен тысяч азербайджанцев в родные места.

Поэтому Баку не согласен с такими двойными стандартами Запада, считая его позицию несправедливой. И Азербайджан не реагирует на любые призывы Франции или США.

Дальнейшая геополитическая динамика на Южном Кавказе во многом будет зависеть от деятельности самого Азербайджана. Ведь из надежных и сильных внешних союзников у Азербайджана — только Турция, Баку продолжит укреплять турецко-азербайджанский тандем. Другие же игроки только и ждут, чтобы переломить ситуацию.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.