Во вторник лидера российской оппозиции Алексея Навального приговорили в Москве к двум с половиной годам лишения свободы. Его предполагаемое преступление — нарушение порядка отбывания условного наказания во время пребывания в коме в Берлине после отравления теми самими государственными силами безопасности, которые снова бросили его за решетку.

Бессмысленно говорить о деталях этого дела. Особенно когда Владимир Путин — единственный настоящий судья, жюри присяжных, а время от времени еще и палач (что он категорически отрицает). До настоящего времени диктатор Путин старался не сажать Навального надолго, хотя и взял на прицел его семью, как поступил бы любой мафиозный босс.

Европейский суд по правам человека назвал незаконным и политически мотивированным предъявленное Навальному ложное обвинение в хищении денежных средств, приведшее к домашнему аресту оппозиционера и к тюремному сроку для его брата в 2014 году. Россия просто заплатила штраф, попыталась убить Навального, а теперь снова его посадила, показав всю бессмысленность участия диктатур в таких международных организациях. Они придают легитимность путинскому режиму, но не меняют его поведение, и при этом страдает их собственная репутация и авторитет.

Единственным положительным моментом этого издевательства над правосудием было последнее слово Навального в суде, которое произвело большое впечатление.

«Главное в этом процессе даже не то, чем он закончится для меня, — сказал он. — Посадить меня не сложно. Главное, для чего это происходит — чтобы запугать огромное количество людей. Одного сажаем, чтобы испугать миллионы».

Путин тоже знает, что поставлено на карту. Перед вынесением приговора тысячи омоновцев вышли на улицы российских городов. (Чтобы все поняли, что результат известен заранее.) В предыдущие дни протестов эта внутренняя захватническая армия арестовала тысячи россиян, и было бесчисленное множество случаев полицейского насилия против мирных демонстрантов.

Глядя на длинные вереницы бронированных машин и хорошо экипированную для нападения на российских граждан полицию, начинаешь по-новому оценивать ушедшую в народ мрачную шутку: «Фашисты в 1941 году не дошли до Москвы, но сумели это сделать в 2021-м».

Смысл этих беспрецедентных репрессий в том, чтобы убедить путинских инвесторов внутри страны и за рубежом, что все прекрасно, что он готов раздавить кагэбешным сапогом всю страну, лишь бы текли нефть, газ и деньги. Он не боится напугать своих близких дружков и иностранных партнеров, не боится возмущения врагов, потому что после каждого вторжения, после каждого убийства, после каждых сфальсифицированных выборов они всегда бегом возвращались к нему.

Теперь, когда Навальный отправлен за решетку, политическое руководство и капитаны бизнеса в свободном мире получили очередной шанс продемонстрировать свою решимость — или трусость. Первые заявления с осуждением вынесенного Навальному приговора, с которыми выступили США, Канада и многие европейские страны, показались бы обнадеживающими и воодушевляющими, не будь они практически идентичны тем, что были озвучены в августе, когда Навального отравили. (Естественно, налицо был резкий контраст между заявлением госсекретаря Энтони Блинкена, сделанным незамедлительно, и запоздалым и вялым заявлением Госдепартамента Трампа.)

За 20 лет своего правления Путин потратил сотни миллиардов долларов на укрепление внутренних сил безопасности, причем большая часть этих денег пришла из богатых западных стран, особенно до вторжения Путина на Украину в 2014 году, после которого Запад решился, наконец, на беспорядочные, запоздалые и слабые санкции. Такие сделки с дьяволом неизбежно приводят к негативным последствиям. Как я уже предупреждал в 2007 году, любая попытка умиротворить Путина из локальной проблемы перерастает в региональную, а потом и в глобальную угрозу.

Германия думает, что ей можно критиковать Россию за нарушения прав человека и одновременно строить газопровод «Северный поток — 2», который набьет путинские карманы деньгами, а военным позволит закупать снаряды для своих пушек. Этими снарядами стреляют по европейцам на Украине, а могут (упаси, Господи) стрелять и по русским на улицах их городов. Европа считает, что может отделить бизнес от политики, но для Путина все это одно и то же: бизнес.

26 января президент Байден побеседовал по телефону с Путиным. Этот разговор назвали конфронтационным из-за российских кибератак и Навального. Но судить надо не по телефонным звонкам, а по делам. Путин сможет и дальше действовать безнаказанно, если не будет незамедлительных последствий за его преступные деяния, начиная с точечных санкций против россиян, чьи имена указала организация Навального.

Перед отлетом из Берлина Навальный знал, что ждет его в России, и тем не менее, он решил вернуться. Он знает, что его могут в любой момент убить, но он почувствовал, что у него нет выбора, что он должен обороняться единственным оставшимся у него оружием: телом и духом. Когда Навальному вынесли приговор, он нарисовал на стекле своей клетки сердце для жены Юлии и прокричал: «Не волнуйся. Все будет нормально».

В российской истории, как и в нашей литературе, мало счастливых концов. Настало время изменить ход этой истории.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.