В воскресенье россияне зажгли свечи в знак протеста против ареста Алексея Навального, которого в ходе сфабрикованного процесса приговорили почти к трем годам заключения. Громкое дело оппозиционного политика, которого кремлевский режим попытался отравить, а теперь отправил за решетку, конечно, заслуживает внимания, а сам Навальный заслуживает поддержки. Но приписывать ему роль лидера российской оппозиции преждевременно. Сейчас он Путину не соперник.

В этой истории есть все элементы политического триллера. Молодой харизматичный политик противостоит огромной преобладающей силе автократического и коррумпированного государства. Его арестовывают, заставляют молчать, шантажируют его семью и, наконец, пытаются отравить. Но он чудом выживает благодаря эффектной переправке за границу. Сразу после восстановления, хотя на кону — его жизнь, он возвращается на родину и попадает в тюрьму. Его супруга, опасаясь за свою безопасность, бежит в Германию.

В последние недели драматичное столкновение российского оппозиционера Алексея Навального с Кремлем привлекает большое внимание западных СМИ. Заслуженно. Российские власти устроили вопиющую травлю Навального. Покушение на его жизнь ядом «Новичок», организованное российской властью, документально доказано. А недавний приговор в виде двух лет и восьми месяцев заключения явно политически мотивирован, что подтверждает Европейский суд по правам человека.

В поддержку Алексея Навального из-за рубежа поступает одно заявление за другим. Запад, учитывая все декларируемые им ценности, по-другому и не может. Травля со стороны авторитарного режима очевидна, и то, как молодой политик, несмотря на жестокие ловушки, мобилизует россиян на протесты против коррупции, удивительно.

Проблема только в том, что непримиримому критику Кремля приписывают роль «лидера российской оппозиции», главного соперника Владимира Путина и прозападной альтернативы нынешнему режиму. «Это самый серьезный политический вызов из всех, с которыми Владимир Путин до сих пор сталкивался», — написал в американском издании «Вашингтон пост» комментатор Дэвид Игнатиус и процитировал соратников Навального, по словам которых их лидер добивается превращения России в «нормальную европейскую страну с верховенством закона, независимыми судами и свободными СМИ».

«То же творилось на Национальном проспекте в 1989 году», — написал в «Твиттере» видный чешский эксперт по России Александр Митрофанов о недавних протестах в Москве, во время которых безоружные демонстранты в центре города шли с голыми руками против полицейских дубинок. «Героическая борьба Навального ничем не отличается от борьбы Ганди, Кинга, Манделы и Гавела», — добавил в «Твиттере» бывший посол Соединенных Штатов в России Майкл Макфол. Бывший президент Польши и герой борьбы с коммунизмом Лех Валенса предложил номинировать Навального на Нобелевскую премию мира и сравнил его протестное движение с польской «Солидарностью».

Эмоции, вызванные силой момента, можно понять, но сравнения лучше проводить бесстрастно. Тогда они выходят точнее. Описывая якобы реальную политическую позицию Навального в России, Запад все время толкует тамошние суровые и сложные реалии, ориентируясь на собственные нормы, и поэтому все время остается разочарован.

Очень широкая коалиция недовольных

Насилие и травля в отношении Навального и его сторонников российским государством, разумеется, заслуживают однозначного осуждения. Но нужно помнить и то, почему называть его лидером российской оппозиции, соперником Владимира Путина и сторонником западных ценностей как минимум проблематично.

Во-первых, Алексей Навальный сейчас является самым видным критиком Кремля, и он способен вывести на улицы российских городов сотни тысяч человек. По российским меркам это много. Но некоторые организованные или поддерживаемые им протесты в прошлом были более массовыми (вспомним демонстрации на Болотной площади в 2011 года или недавние волнения в Хабаровске на Дальнем Востоке). Таким образом, выдвижение его на роль единого лидера российской оппозиции особых изменений не принесло.

Это, к сожалению, подтверждается и тем, что от новых протестов после ареста знаменитого оппозиционера было решено отказаться. «Одно дело — быть критиком, а другое — стать настоящим соперником Путина», — отмечает московский социолог Алексей Левинсон из «Левада Ценра», указывая на разительную разницу в политическом весе. Другие аналитики напоминают о таком его свойстве характера, как индивидуализм, из-за которого он рассорился с остатками своих потенциальных союзников. «Он довольно конфликтный человек, который с трудом переносит другие точки зрения в своем окружении. Если кто-то согласен с ним на 90%, а на десять процентов — нет, то Навального это не устраивает», — рассказал недавно в интервью «Актуалне» российский политический аналитик Максим Саморуков из центра Карнеги.

Во-вторых, десятки тысяч людей, которых Навальный сумел недавно вывести на улицы российских городов, все больше недовольны хозяином Кремля, но это не делает их автоматически сторонниками оппозиционного политика или западных ценностей. «Протесты были, несомненно, направлены против режима, современных элит и коррупции, но не во всем были пролиберальными, прозападными или продемократическими. Неудивительно, что их боятся не только нынешние власти, но и другие влиятельные игроки в обществе, включая тех, кто не поддерживает этот режим», — предупреждает другой аналитик из центра Карнеги Александр Баунов.

Так называемая коалиция недовольных («КоЗа») объединяет самые разные силы современной России: от молодых бунтарей, уставших от долгой эры Владимира Путина, и до все более одиноких сторонников европейской либеральной России, от недовольных экономической ситуацией в стране и до сталинистов, которые мечтают о восстановлении плановой экономики. Есть там и националисты, которые хотят ограничить миграцию и отобрать у Украины больше земли.

Для огромной 140-миллионной страны их немного, и, как отмечает социальный антрополог Александра Архипова, многие из них вышли на улицы с мыслью: «Я не сторонник Навального, но…» Ситуацию усложняет сам харизматичный оппозиционер, который за свой политический путь успел сменить много ролей: дерзкого рыночного либерала, фаната Запада, убежденного русского националиста и антимиграционного активиста, а также политика, которого заботят социальные проблемы. А уж то, что он аплодировал кремлевской аннексии украинского Крыма, западных политиков совсем не радует.

В-третьих, в современной России давно не существует политической оппозиции в смысле реального парламентского противовеса нынешнему режиму Владимира Путина. Думу давно покинули малые либеральные партии, такие как «Яблоко» или «Союз правых сил». Другие более видные оппозиционные фигуры, например Владимир Рыжков, Ирина Хакамада, Борис Немцов или Гарри Каспаров, либо изолированы, либо убиты, либо эмигрировали. Вместе с ними страну покинуло и огромное количество либерально мыслящих россиян (по разным оценкам, с 2012 по 2018 год, то есть во время третьего президентского срока Владимира Путина, из России уехали сотни тысяч или даже несколько миллионов человек). Все это превратило российскую политическую арену в еще более суровый ринг, где, несмотря на периодические заявления, давно не действуют западные правила. Там ведется борьба исключительно за власть.

У Запада осталось мало рычагов

В-четвертых, популярность Алексея Навального в России в сложившихся условиях очень трудно оценивать, но и так понятно, несмотря на поддержку в Москве и других крупных городах, что она не превышает десяти процентов. Большинство россиян под влиянием агрессивной пропаганды полагают, что недавно оппозиционер попытался сам отравиться ядом «Новичок» или что это западные спецслужбы устроили провокацию.

Популярность Навального в демократическом мире не очень помогает ему дома в ситуации, когда большинство россиян все еще считают свою страну естественным противовесом Запада и необходимой альтернативой ему. Кроме того, Брюссель и Вашингтон уже мало что могут предпринять против все более иррационального кремлевского режима. Россию уже исключили из ряда международных организаций, ввели санкции, направленные на непосредственное окружение Владимира Путина, но более сильных рычагов (кроме совершенно символических) у Запада нет. Кроме того, российский режим демонстративно дает понять, что международная репутация заботит его все меньше.

В-пятых, несмотря на бунтарство молодежи и экономические проблемы, подавляющее большинство россиян остаются крайне апатичными и консервативными. Они предпочитают государственный патернализм правам индивидуума и, что главное, панически бояться серьезных перемен. «Лояльность к Путину — это лояльность к современной российской реальности. Многие очень бояться лишиться ее, сделав шаг в неизвестность», — отмечает социолог Левинсон из «Левада Центра».

За редким исключением у Навального нет союзников даже в умеренной части российского истеблишмента, который, на протяжении десятков лет участвуя в коррупции, крепко привязал себя к так называемому коллективному Путину и уже не представляет жизни без него. «Мы все хотим, чтобы перелом произошел, но наши желания еще не означают, что так и будет. Подобная концентрация денег и власти в мгновение ока никуда не денется», — написал в американском издании «Нэйшен» Станислав Маркус, эксперт по России из университета Южной Каролины.

В-шестых, до сих пор самой сильной картой Навального оставалось разоблачение массовой коррупции среди представителей российской элиты. По опросам, это одна из серьезнейших проблем, которые заботят россиян. Фильм о роскошном дворце Путина на берегу Черного моря уже посмотрело рекордное число зрителей — почти сто миллионов (неясно, сколько из них россиян, а сколько иностранцев). Но сакральность власти и ее оторванность от реальности — один из краеугольных камней так называемого русского мира. Поэтому большинство людей в Российской Федерации смотрят на масштабную коррупцию нынешнего режима со снисхождением, апатично и из-за нее не пойдет на баррикады.

«Разве президент должен жить в съемной квартире? Если человек любит красоту, разве это плохо? Вы видели турецкий сериал „Великолепный век"? Почему у турок могут быть такие великолепные дворцы, а у русских должны быть хибары?» — напоминает Ондржей Соукуп из газеты «Господаржске новины» слова одного из строителей пышной путинской резиденции (российский президент официально ее своей не признает). Нужно добавить, что в России этот рабочий отнюдь не одинок в своем мнении.

В-седьмых, западная идея о том, что в России может повториться украинский или белорусский протестный сценарий, это скорее попытка выдать желаемое за действительное. Россия намного больше размерами и во многом отличается. У нее огромный арсенал ядерного, химического и биологического оружия. Россия испытывает огромное внутреннее напряжение и подвержена угрозе внутреннего сепаратизма.

«В России никогда не случится оранжевая революция. Там случаются только настоящие, кровавые революции. В России огромное число ксенофобски настроенных людей, националистов, скинхедов, фашистов. Напряжение настолько сильно, что мирным путем в России ничего не случиться. Поэтому я принципиально против всяких революций. Мы, демократы, должны подходить иначе. Мы должны требовать честных выборов и постепенно отстранять от власти людей вокруг Путина. Никакой революции, в которой победили бы популисты, такие как Жириновский (российский националистический и популистский политик, председатель партии ЛДПР — прим. авт.)», — заявил в 2005 году в Праге оппозиционный политик Борис Немцов, который через десять лет был убит в центре Москвы. Его слова актуальны поныне. Вот только мечты о мирной демократической эволюции на Востоке постепенно тают.

Ставка на время

Алексей Навальный играет сейчас с Кремлем в очень опасную игру, которая может стоить ему жизни. Он делает ставку на усталость от 20 лет правления Владимира Путина и призывает к переменам. Навальный привлек на свою сторону активных молодых россиян (но и среди них, похоже, немного симпатизирующих Западу), отлично маневрирует и привлекает к себе большое внимание.

Благодаря беспрецедентному покушению на него и политически мотивированному заключению Навальный приобрел в демократическим мире нравственную поддержку, и его статус может, несмотря на пребывание за решеткой, упрочиться. Российский президент и его окружение обеспокоены его неожиданными шагами и прибегают к очень жестоким методам. Произойти может что угодно. Российская политическая реальность традиционно очень хрупкая, и драматические изменения в ней не нужны. При этом реальным соперником нынешнего кремлевского лидера и подлинной угрозой ему Алексей Навальный все еще не является.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.