С тех пор как Джо Байден встал во главе Соединенных Штатов, немецкие высокопоставленные руководители как будто соревнуются, кто из них проявит себя самым лояльным союзником Вашингтона. При этом они не упускают возможности пожаловаться, как тяжело им было наблюдать за упадком немецко-американских отношений при администрации Трампа. Пожалуй, больше других выделился немецкий министр иностранных дел Хайко Маас, который недавно заявил, что надеется — США и Германия вскоре договорятся о согласовании санкций против России и Китая.

Подобные заявления с большим удовольствием встречают в Вашингтоне, но, в конце концов, это лишь заявления. Кстати, именно поэтому Трамп недолюбливал правящее немецкое руководство, потому что подобный «союзнический жаргон» действовал ему на нервы. Нет, конкретно против немцев Трамп ничего не имел (вообще его семья происходит из Германии и корнями уходит в XVIII век, когда его предки проживали в селении Бобенхайм-ам-Берг на юго-западе Германии). Просто Трамп нутром чуял, когда кто-то ему врал, а немцы умеют врать американцам (они это, кстати, осознают, поэтому неудивительно, что, если судить по обнародованным Сноуденом документам, еще восемь лет назад разведка США уделяла Германии самое пристальное внимание, большее, чем всем другим странам мира!).

Трампа злило, что, прикрываясь сладкими речами, немцы продолжают вести бизнес так, чтобы он приносил Германии максимальную выгоду. Это касается и немецкого экспорта, прежде всего автомобильного, в США, и вклада в общий оборонный бюджет. Кстати, заискивая перед США, немцы часто признаются в том, что боятся «российской агрессии», и заявляют, насколько довольны американским присутствием, утверждая, что НАТО для них приоритет и так далее.

Трамп же понял, что за этим всем скрывается. Немцы хоть и говорят о том, как важно, чтобы США их защитила, особо не готовы тратиться на коллективную оборону. На протяжении многих лет они выделяют меньше, чем было оговорено. Это разозлило Трампа, и отношения между ним и Ангелой Меркель значительно ухудшились. Он настаивал, чтобы Германия выплатила все, а немцы всеми силами сопротивлялись, как минимум вообще избегая этой темы!

Теперь, когда пришел Байден, зазвучали дифирамбы, слова о вере в демократию, трансатлантизм и все, что с этим связано. Что на этот раз немцы скрывают за подобными речами? Тот факт, что они хотят завершить проект «Северный поток — 2», дополнительный газопровод, который свяжет Россию с Германией. Хорошо осведомленные источники утверждают, что проект готов на 95%, и если строительство продолжится теми же темпами (или более быстрыми), то газопровод могут завершить к сентябрю текущего года. Если его завершат, как думают в Берлине, то ситуация упростится, и Вашингтон больше не будет так злиться на них…

Одно ясно: немцы не отказываются от «Северного потока — 2». Один только Хайко Маас, который в последнее время превозносит американо-немецкое сотрудничество, заявил, что хочет, чтобы «Северный поток — 2» был завершен. Также Маас сказал, что Германия «не поддастся давлению» (конечно, подобные заявления он делал, когда у власти стоял Трамп).

Байден, конечно, постарается не допустить завершения «Северного потока — 2», и уже несколько американских администраций прилагали большие усилия, чтобы заблокировать этот проект. При этом Байден не тот, кто снисходительно отнесся бы к российским стратегическим интересам, учитывая, что они на руку такому американскому союзнику, как Германия.

Может, в Берлине думают, что в ближайшие несколько месяцев Байден будет занят ситуацией дома (вакцинацией населения) и не заметит, что газопровод уже готов? Было бы крайне наивно так думать. Может, сам Байден и не заметит, но в дело вовлечено, разумеется, намного больше людей.

Сейчас речь идет о другой вероятности. О ней в прошлом месяце впервые упомянул бывший немецкий посол в Вашингтоне Вольфганг Ишингер. Речь о компромиссном решении, которое, судя по всему, возможно, особенно если стороны хотят сохранить хорошие немецко-американские отношения, переживающие сейчас подъем. В последние месяцы уже были высказаны несколько компромиссных предложений, в том числе самим Ишингером. В чем же суть этой идеи, и чем она отличается от остальных? По замыслу, немецкий регулятор энергетических сетей получил бы особые полномочия, то есть смог бы остановить поставку газа, «если бы Россия перешла красную черту».

Что под этим понимается? Если Россия сделает что-то плохое, то ее могут наказать, закрыв вентили. Но как поверить, что Германия проявит последовательность? Скажем, если разгорится конфликт на востоке Украины, обязательно ли в том будет российская вина? Вашингтон, конечно, скажет, что да. И тогда Берлин закроет вентиль? Разве тем самым он не накажет и самого себя? Не будем забывать, почему Германия вообще заинтересована в этом проекте. Он поможет ей гарантировать собственную энергетическую безопасность, а то, что она связана с Россией, всего лишь неприятное обстоятельство.

Не стоит заблуждаться. Если подобный вентиль появится, США потребуют, публично или тайно, для себя права решать, когда его закрывать. Неужели Ишингер думает, что администрация Байдена согласится поверить немцам на слово? Куда там.

Интересно, что, говоря о потенциальном российском проступке, упоминают Украину. Давайте представим, что на Украине действительно произойдет серьезная эскалация, а такое, конечно, возможно, учитывая, что там «дремлет» конфликт. Факт также в том, что именно через Украину поступает значительная часть газа в Европу. Скажем, эти поставки прервутся, и какой тогда смысл перекрывать еще и «Северный поток — 2»? Ведь в подобной ситуации только он может обеспечить Европу газом.

Важно и то, что этот вопрос подняли именно сейчас, ведь именно сейчас мы наблюдаем за тем хаосом, который возникает, когда Европа из-за политики поступает назло России. США не понравится, если ЕС начнет применять российскую вакцину, особенно в ситуации, когда их препарат (после «отставки» «АстраЗенеки») остался «единственным игроком».

Отдать «вентили безопасности» Соединенным Штатам? Опасная идея. Хотя, может, кто-то захочет померзнуть во имя чужих геополитических интересов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.