Госсекретарь США Энтони Блинкен назвал подход Байдена к основным вопросам внешней политики не столько «доктриной», сколько прагматическим мышлением: решать проблемы, четко доносить свои мысли до друзей и противников и шаг за шагом продвигать «основанный на правилах порядок».

Мировоззрение Байдена Блинкен изложил в 45-минутном интервью на этой неделе — это была его первая дискуссия о внешней политике администрации один на один. Нет человека, который бы работал с Байденом по этим вопросам дольше и лучше знал ход мыслей президента, поэтому интервью приоткрыло завесу тайны, как будут приниматься внешнеполитические решения.

Самая насущная из проблем на сегодняшний момент — Афганистан, и Блинкен не оставил сомнений, что Байден вернет американские войска домой, не устанавливая никаких временных рамок. Когда я спросил, не совершил ли Байден ошибку, когда сказал, что «не представляет» себе американских войск в Афганистане в следующем году, и тем самым как бы установил крайний срок для вывода войск.

Блинкен ответил категорически: «Это лучше всего отражает его мышление. Я не считаю, что это ошибка… Мы там уже 20 лет, и он как президент ясно дал понять, что хочет ответственно довести конфликт до конца, а это предполагает, помимо прочего, возвращение наших войск домой».

Блинкен лично работает над планом стабильного перехода после вывода американских войск. Мне сообщили, что американские переговорщики поделились некоторыми подробностями переходного периода с талибами («Талибан» — запрещенная в России организация, прим. ред.) и правительством Кабула — это касается основных принципов управления, досрочных выборов и других мер по разделению власти, а также предложений насчет прочного прекращения огня.

Байден сознает риск, что Афганистан может снова погрузиться в гражданскую войну, или что «Аль-Каида» (запрещенная в России террористическая организация, прим. ред.) может восстановить свои убежища за какие-нибудь два года после ухода американских войск. Но он полагает, что, если США попытаются сохранить гарнизон в Кабуле, пока талибы захватывают провинциальные столицы, эти остаточные силы на деле могут даже помешать сбору разведывательных данных и борьбе с терроризмом.

Рассуждая об Афганистане, Блинкен заговорил о «смирении и уверенности». Эта фраза явно отражает их с Байденом подход к американской мощи на мировой арене. Опыт Ирака и Афганистана научил Байдена, что США не всегда могут диктовать исход. Но он по-прежнему убежден, что американские идеи могут иметь, как выразился Блинкен, «стимулирующий эффект».

Такого же прагматичного подхода Байден придерживается и по отношению к России. На вопрос, как Байден мог одновременно назвать президента России Владимира Путина «убийцей» и при этом согласиться с ним работать, Блинкен ответил, что это политический прагматизм. «Президент прекрасно понимает две вещи, — сказал он. — Он должен заставить Россию отвечать за любые безрассудные или враждебные действия, но при этом открыт для сотрудничества в сферах, где у нас могут быть общие интересы».

Блинкен сказал, что «обеспокоен» решением Путина в прошлом месяце перебросить тысячи военнослужащих и единиц тяжелой техники к границе с Украиной. В Госдепартаменте опасаются, что эта попытка спровоцировать украинцев и испытать Вашингтон может перерасти в нечто еще более опасное. Официальные лица похвалили украинское правительство за то, что они проявили «замечательную выдержку» и «не клюнули на приманку», но россияне, судя по всему, так и не отступили. «Проблема остается, — сказал Блинкен. — Мы следим за ситуацией очень внимательно, 24 часа в сутки, 7 дней в неделю».

К Китаю Байден подходит аналогично: он намерен подчеркивать интересы США, но при этом изучать области сотрудничества. Блинкен отметил что в прошлом месяце в Анкоридже Байден велел ему донести до китайских лидеров следующий посыл: действия Китая в Синьцзяне, Гонконге, Тайване или Южно-Китайском море — не просто внутренние дела, а угроза основанному на правилах миропорядку. «Но наша цель — не сдерживать Китай, не тормозить и не притеснять его», — подчеркнул Блинкен.

В «гиперзвуковом» мире Байден занял весьма традиционную позицию насчет глобального лидерства США. «Он наблюдает это снова и снова: когда руководим не мы, на нашем месте пытается утвердиться кто-то другой, как правило Китай, а от этого могут пострадать американские интересы и ценности, — сказал Блинкен. — Или это место пустует, и тогда воцаряется хаос и закон джунглей, а это тоже вредит США и их друзьям».

Взгляд Байдена на американское лидерство открыт и для новых форм сотрудничества. Блинкен упомянул коалицию, изначально из «братских демократий», куда войдут другие ключевые заинтересованные стороны — например, всемирные технологические гиганты. Она будет решать масштабные проблемы, с которыми можно бороться лишь сообща — например, с пандемиями, переменой климата и вредоносными технологиями.

Поиск прагматического баланса между интересами и ценностями — вечная головная боль американской внешней политики. Байденовская трактовка пределов военной мощи США в 21-м веке в сочетании с традиционным акцентом на американские обязательства отличает его от предшественников Дональда Трампа и Барака Обамы — они столкнулись с той же дилеммой, только опыт имели куда меньший.

После интервью образ, который установился у меня в голове с той поры, как Байден вступил в должность — добродушного седого мужика за рулем «Феррари» — не изменился. Взгляды Байдена уходят корнями в прошлое, но подкрепляются гигантским жизненным опытом в заключении сделок и очень современными представлениями о возможном.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.