В момент, когда Россия стягивала стотысячную армию к границе с Украиной, Китай направил беспрецедентное количество своих самолетов в воздушное пространство Тайваня. А если бы обе войны начались одновременно? В таком случае Москве и Пекину было бы легче одержать в них победу. Многие американские аналитики полагают, что США не готовы воевать одновременно на двух фронтах.

«Воины-волки» вступают в схватку

Нет никаких доказательств того, что Китай и Россия действительно координируют свои наступательные кампании, однако, они, несомненно, учатся друг у друга. Высказывания китайских и российских официальных лиц, обвиняющих Запад в том, что он ведет грязную игру, лицемерит и распространяет дезинформацию на тему их стран, можно было бы поменять местами: никто не заметил бы разницы. В рамках резкого обмена мнениями с американскими чиновниками в ходе недавнего саммита на Аляске высокопоставленный представитель китайского МИД назвал доказательством упадка США жестокость и расистские настроения американских полицейских. Это просто копия советской формулы «а у вас негров бьют».

У «воинов-волков», как называют новое поколение воинственных китайских дипломатов, есть свои аналоги в высших правительственных кругах Российской Федерации. Кремль располагает «зелеными человечками» и состоящей из наемников «Группой Вагнера», Пекин — «синими человечками», то есть флотом бронированных рыбацких судов, которые занимаются не ловлей рыбы, а захватом очередных островов в Южно-Китайском море. Перед прошлогодними выборами в США эксперты отмечали, что Пекин и Москва делятся опытом в проведении операций по распространению дезинформации, нацеленных на дестабилизацию американского общества.

Обе державы не только не скрывают, но и открыто демонстрируют, что занимаются укреплением отношений. В марте Москва объявила, что Пекин выступает для нее «по-настоящему стратегическим партнером», а тот ответил, что «у китайско-российского сотрудничества нет пределов».

Вторжение в Крым все изменило

На протяжении десятилетий после раскола 1961 года взаимные отношения Москвы и Пекина отличало глубокое недоверие. Процесс сближения набрал обороты совсем недавно, после аннексии Крыма в 2014 году, когда Запад ввел в отношении России санкции. С похожей проблемой борется сейчас Китай. Ему удалось кое-как отмежеваться от «китайского вируса», но он с треском провалил кампанию по распространению тезиса о борьбе с терроризмом в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Общественность и политики на Западе все больше укрепляются во мнении, что там разворачивается геноцид мусульманского меньшинства.

Сотрудничество России и Китая отчасти проистекает из того, что они не могут склонить «западных партнеров» с пониманием отнестись к их действиям. И Си Цзиньпин, и Владимир Путин предпочли бы, скорее, пожимать руки не друг другу, а Меркель или Байдену. В некоторой степени показное сближение с Пекином — это послание Кремля Западу: «Если вы продолжите душить нас санкциями, мы попадем в объятия Китая». На некоторых адресатов это действует. Глава немецкого МИД Хайко Маас использовал такой аргумент, выступая против отказа от «Северного потока — 2».

Россия в качестве более слабого партнера

На протяжении многих лет западные эксперты недооценивали значение российско-китайского союза, указывая на отличие культур, расхождение в интересах и устремлениях двух держав. Они говорили также, что Россия боится наплыва китайцев в свои малонаселенные восточные регионы.

Москва действительно выступает более слабым партнером, однако, различия, как кажется, уже не имеют особого значения. Две страны углубляют политическое, экономическое и военное сотрудничество, и это, вопреки звучащим мнениям, не просто «брак для видимости».

Увеличивается зависимость Китая от российских нефти и газа. Взамен за сырье Пекин обеспечивает Россию компонентами современных технологий, от которых ее отрезал Запад. 80% вооружений китайцы импортируют из РФ (они закупают, в частности, зенитно-ракетные системы С-400 и самолеты Су-35). Китайские истребители J-11 и J-15, а также некоторые ракеты класса «земля-воздух» созданы на основе российских проектов.

В 2018 году бойцы Народно-освободительной армии Китая впервые приняли участие в российских учениях «Восток», став первой силой из-за пределов постсоветского пространства, которую к ним привлекли. В следующем году россияне и китайцы вместе с Ираном провели маневры в Индийском океане, а недавно они тренировались в Южно-Китайском море, где Китай ведет территориальные споры с Японией. Российское космическое агентство «Роскосмос» и Китайское национальное космическое управление договорились о создании на Луне совместной базы.

Отсутствие общих стратегических целей ушло в прошлое

Китай и Россия хотят подорвать демократический порядок, который, по меньшей мере в риторической сфере, опирается на защиту прав человека. Клин, вбитый Дональдом Трампом в расколотую Америку и трансатлантические отношения, вселил в них надежду на то, что это возможно.

Следует предположить, что цель состоит в создании неформального союза сатрапий и использовании эффекта синергии. Его почетным членом уже стал Иран, однако, воспользоваться площадкой для сотрудничества могут все желающие, а не только страны, которые идут путем, расходящимся с путем США. Не случайно отдельные европейские страны, имеющие хорошие отношения с Россией, поддерживают также контакты с Китаем, как, например, Венгрия под руководством становящейся все более авторитарной партии «Фидес» Виктора Орбана.

Москва все еще ориентируется на Запад, а Пекин концентрирует внимание на укреплении влияния в регионе Индийского и ближайших частей Тихого океана. Это означает, что полей конфликта у них нет, может быть, за единственным исключением: Средней Азии — традиционной сферы влияния Москвы, через которую Пекин хочет провести новые торговые маршруты.

Российско-китайское столкновение с Западом в военной сфере маловероятно, но в невоенной мы его уже наблюдаем. Москва и Пекин стараются создать механизм обхода американского финансового уклада и ослабить глобальную зависимость от доллара, которая служит Вашингтону мощным геополитическим рычагом. Они наращивают объем расчетов в национальной валюте, стараются укрепить роль юаня как расчетной и резервной валюты, а также разрабатывают альтернативные системы инвестиционных и торговых транзакций, позволяющих отказаться от евро и доллара. Процесс «дедолларизации» идет медленно, американская валюта пока не получила сильного конкурента. Профессор Карла Норрлёф (Carla Norrlöf) из Торонтского университета полагает, однако, что в долгосрочной перспективе эти действия возымеют сильный эффект, если к инициативам удастся привлечь страны, старающиеся снизить свою восприимчивость к давлению со стороны США.

За океаном начинают все лучше осознавать факт существования угрозы. В ежегодном докладе 18 американских разведывательных агентств сошлись во мнении, что разворачивается «эпохальная холодная война» и предупредили о развивающемся стратегическом сотрудничестве России и Китая. Все лучше понимать это начинают также Австралия, Европа и важнейшие союзники США в Азии. Вопрос, что думает весь остальной мир. Какая его часть, соблазнившись перспективой развития мультилатерализма, решит присоединиться к автократической коалиции?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.