Каждая первая встреча президентов России и США связана с дипломатическими, политическими и экономическими кризисами, предшествующих ей, но на этот раз российско-американский саммит проходит в напряженной атмосфере по иным причинам. Все дело не только в личностных разногласиях между президентом США Джо Байденом и президентом России Владимиром Путиным, но и в политике, проводимой двумя лидерами. Немаловажную роль также играют разногласия в области глобальной безопасности и нерешенные проблемы, в том числе «сирийское досье», которое бывший президент США Дональд Трамп полностью передал в руки России, довольствуясь наблюдением издалека и установкой демаркационных линий, призванных предотвратить попытки России и Ирана продвинуться дальше на северо-востоке Сирии.

Трудно предсказать, чего можно ожидать от встречи Путина и Байдена после того, как он назвал российского лидера «убийцей» в интервью телеканалу ABC News. В любом случае все внимание будет приковано к предстоящему в Женеве 16 июня 2021 года российско-американскому саммиту. Никто не делает ставок на то, что американский лидер добьется значительного прогресса в преодолении разногласий с Россией и урегулировании таких сложных международных файлов, как контроль над ядерным оружием, развитие ядерной отрасли в Иране и Северной Корее, проблемы в области климата и здравоохранения, главной из которых является пандемия covid-19. Кроме того, американский лидер не планирует мириться с проблемой Белоруссии и ее диктаторского режима, учинившего «расправу» над оппозицией.

Несмотря на отсутствие ясности относительно позиции американской администрации и ее планов по управлению «сирийским досье», Путин, как ранее на встречах с бывшим президентом США Дональдом Трампом, подготовил новые бумаги по Сирии, исходя из реальных приоритетов президента США Джо Байдена, о которых он громогласно заявил в своей речи после победы на президентских выборах. Американский лидер проигнорировал проблемы Ближнего Востока, включая сирийский кризис, что можно расценивать как продолжение политики передачи «сирийского досье» в руки России, по крайней мере на время. В данный момент американская администрация сосредоточена на другом важном вопросе. Она проводит в Вене переговоры по возвращению ядерной сделки с Ираном, принятие которой приведет к изменениям карты иностранного присутствия в Сирии и ролей игроков, принимающих активное участие в урегулировании сирийского кризиса.

Путин привезет с собой на встречу в Женеве результаты президентских выборов в Сирии, состоявшихся 26 мая 2021 года, которые завершились победой Башара Асада. Его победа грозит возвращением террора и чувства небезопасности в сердца сирийцев. Тем не менее он способен вернуть ситуацию в Сирии к состоянию 2011 года с точки зрения безопасности, несмотря на значительное сокращение ее географической карты и фактическое разделение страны на три государства. Режим Асада, Россия и Иран контролируют примерно 62% территории страны, в том числе город Деръа, которым управляет российский Центр по примирению враждующих сторон (ЦПВС). Сирийский режим не имеет реальных органов безопасности, что позволило Деръа и некоторым другим городам в его окрестностях не допустить размещения избирательных урн в зданиях, выбранных для проведения голосования, и сорвать «переизбрание» Башара Асада. Следует отметить, что протурецкие вооруженные формирования сирийской оппозиции контролируют примерно 11% территории страны, в то время как курды при поддержке США установили контроль над 27% территории Сирии.

Этот заранее подготовленный козырь позволяет Путину игнорировать критику со стороны Америки, других западных государств и даже сирийских сил и их обвинения по поводу легитимности президентских выборов, дискредитирующих саму демократию. Победа Асада — одно из главных средств для торга, которое, по мнению российского лидера, поможет добиться уступок по ряду других вопросов, особенно в свете перспективы американо-иранского сближения. Москва опасается, что оно поставит под угрозу ее интересы в Сирии и остальном регионе.

Российско-израильское сближение и координацию двух стран можно рассматривать через призму их общих интересов и взаимообмена, направленных на вытеснение Ирана из арабского региона. Речь идет как о продолжающемся израильском давлении и ударах по иранским объектам в Сирии на глазах у безучастных российских контролирующих органов, так и о мобилизации масс, отвергающих политику Тегерана по шиитизации Ближнего Востока. В любом случае Россия придерживается одностороннего подхода в сирийском вопросе и не позволяет иранцам бороться за равное участие в урегулировании конфликта.

Как известно, демократы отказались от Сирии в период президентства Барака Обамы из-за игнорирования красных линий, установленных для сирийского режима, и способствовали военному вторжению России в Сирию в 2015 году. Министры иностранных дел двух государств Джон Керри и Сергей Лавров заключили секретное соглашение 9 сентября 2016 года (под предлогом уменьшения насилия, восстановления гуманитарного доступа и создания совместного оперативного центра), и Россия взяла на себя управление конфликтом между сирийским режимом и вооруженной оппозицией, а также между Москвой, Анкарой и Тегераном. Кроме того, она проложила путь к переговорам в Астане вне рамок каких-либо международных резолюций, включая женевские договоренности и резолюцию Совета Безопасности 2254. Все это снижает уровень сирийских ожиданий в отношении предстоящей встречи двух президентов. Похоже, по сравнению с предыдущими администрациями Обамы и Трампа, ничего не изменится.

Встречи и контакты Путина с бывшими президентами США Обамой и Трампом по Сирии не послужили интересам этого арабского государства и чаяниям его граждан, несмотря на одобрение их результатов и принятых договоренностей. Скорее, они дали России больше возможностей для участия в конфликте в Сирии и вокруг нее. За последние семь лет Москва перевела всеобъемлющий политический, правовой и вооруженный конфликт между сирийским режимом и оппозицией в исключительно военную плоскость. Он превратился в вооруженное противостояние между режимом, его сторонниками (Россией и Ираном) и оппозиционными фракциями, поддерживаемыми арабскими странами и другими региональными игроками. Затем арабы были нейтрализованы, так что продолжили противостоять режиму лишь протурецкие группировки. Таким образом, международные усилия по активизации переговорного процесса в Женеве в соответствии с требованиями резолюции 2254 оказались напрасными, и дело ограничилось созданием объединенного конституционного комитета. 

Другими словами, сегодня возможность узаконить власть Башара Асада, набравшего 95,1% голосов на выборах (в которых не участвовала половина сирийского населения и где злоупотребления происходили публично) уравновешивается вероятным желанием сирийской «оппозиции» возродить конституционный процесс в Женеве, чего Москва хочет больше всего остального. Это один из подарков, что Путин планирует преподнести Байдену, так как он является шагом на пути к выполнению резолюции 2254 и возрождению политического процесса. Согласно заявлениям Москвы, есть возможность проведения досрочных выборов в случае достижения консенсуса по новой конституции, что произойдет в ближайшие годы при участии оппозиции или без нее, поскольку для Асада это единственный конституционный способ вернуться к власти по истечении текущего президентского срока.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.