Для президента Украины Владимира Зеленского минувший месяц выдался тяжелым. После того как Зеленского ошеломило решение президента США Джо Байдена отказаться от введения санкций против «Северного потока — 2» — газопровода, по которому природный газ будет поставляться напрямую из России в Германию — ему к тому же отказали в личной встрече с Байденом до встречи американского президента с Владимиром Путиным.

Вчера, 14 июня, Зеленский решил тоже ошеломить Госдепартамент США, объявив в твиттере, что представители НАТО подтвердили возможное вступление его страны в этот альянс. Госсекретарь США Энтони Блинкен и президент Байден поспешили опровергнуть эту информацию.

Между тем советник по вопросам национальной безопасности Джейк Салливан (Jake Sullivan) призывает не волноваться и настаивает, что президент Байден «в дальнейшем будет твердо поддерживать суверенитет Украины, ее территориальную целостность и ее устремления».

Зеленский имеет все основания для того, чтобы испытывать сомнения. Сейчас он постепенно начинает понимать, как чувствовало себя руководство Польши в 1939 году, когда правительства Великобритании и Франции предоставили ему гарантии того, что в случае атаки со стороны Германии они защитят Польшу. Те гарантии оказались совершенно пустыми. Лондон и Париж находились не в том положении, чтобы предотвратить разорение Польши, и они даже не попытались это сделать.

В 1939 году, когда Сталин и Гитлер согласовали Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией, Москва и Берлин нуждались друг в друге. Советскому Союзу нужны были немецкие технологии и технические знания, чтобы укрепить советские вооруженные силы, а также граница, которая находилась бы на 300 миль ближе к Западу. Германия нуждалась в советской нефти, минеральных и сельскохозяйственных ресурсах, чтобы вести свои военные кампании против западных стран.

Сегодня Германия нуждается в российских ресурсах, возможно, даже больше, чем в 1939 году. Германия хочет положить конец своей зависимости от атомной энергии, резко увеличив потребление сжиженного природного газа. В отличие от ситуации в 1939 году, сегодня немцы не видят в России экзистенциальную военную угрозу для Германии.

Между тем положение России в отношении Германии тоже существенным образом изменилось. Несмотря на огромные потери, которые Германия понесла в результате Второй мировой войны, ее экономическая мощь намного превосходит экономическую мощь России, эти два государства больше не имеют общую границу, и вооруженные силы России — хотя они выглядят весьма внушительно по сравнению с вооруженными силами большинства европейских государств — представляют собой лишь малую часть от того, какой была Красная армия. Коротко говоря, у Москвы нет ни сил, ни средств для того, чтобы проводить наступательные операции против Запада.

Большинство россиян убеждены, что захват Крыма — это доказательство того, что Россия сумела вернуть себе статус великой державы, который она утратила после распада Советского Союза. Но зарплаты россиян остаются низкими, стоимость продуктов питания растет, а число больниц уменьшается. Большинство россиян также убеждены, что политика Путина в отношении Украины — это в первую очередь реакция на расширение НАТО.

Однако есть масса свидетельств того, что большинство россиян будут против войны России с целью подчинения Украины. Большинство россиян считают, что эти две страны должны оставаться независимыми друг от друга, но при этом сохранять дружеские отношения и не иметь жестких границ, визовых режимов и таможенных барьеров. Что еще важнее, и Путин, и Зеленский знают, что есть как минимум 30 миллионов украинцев, убежденных в том, что в плане национальности, языка и культуры они коренным образом отличаются от русских. И эти украинцы будут упорно сражаться, чтобы защитить свою страну от любых посягательств России. Война с целью подчинения Украины будет для Москвы кровавой и крайне дорогостоящей, и она будет угрожать самим основам путинского режима.

Маскарад окончен. Вашингтон признает, что военная мощь Америки ограничена. Вашингтон и его колеблющиеся партнеры по НАТО хотят помогать Украине в ее противостоянии военным действиям России даже меньше, чем Лондон и Париж хотели помогать Польше 80 лет назад. Будьте уверены, попытки Вашингтона убедить европейские правительства в необходимости вести согласованную враждебную политику в отношении Москвы постепенно теряю обороты.

К счастью для Запада, Путин — не Сталин, а Россия — не Советский Союз. Москва больше не может потакать своему желанию доминировать над соседями, находящимися к Западу от нее, иначе она навредит своей экономике и обществу. Отказ Германии сотрудничать с Вашингтоном в его схемах неослабевающего противостояния Москве и Пекину стал прямолинейным и открытым.

Между тем украинцы постепенно осознают, что, подобно финнам в 1939 году, они должны сами о себе позаботиться. Если Киев сделает выбор в пользу финской модели, которая доказала свою успешность, и откажется от польской модели, которая продемонстрировала свою несостоятельность, у Киева будет гораздо больше шансов обеспечить Украине процветание и безопасность без вмешательства Вашингтона.

Действительно ли эти перемены не сулят ничего хорошего для предстоящего саммита Байдена и Путина? Трудно сказать.

После предложения президента Кеннеди провести встречу без какой-либо четкой повестки Хрущев и Кеннеди встретились в австрийской Вене 3 июня 1961 года. Та встреча подтвердила подозрения Хрущева. Кеннеди был не просто неопытным, он показался Хрущеву слабым и непутевым. «Он разнес меня в пух и прах, — сказал Кеннеди в интервью Джеймсу Рестону (James Reston) из газеты New York Times. — Это был худший момент в моей жизни. Он меня растерзал».

По всем показателям национальной мощи в 1961 году Соединенные Штаты опережали Советский Союз, однако разочаровывающее выступление Кеннеди в Вене все же имело свои последствия. Спустя несколько недель Советский Союз испытал Кеннеди на прочность, разделив Берлин с помощью стены, которая простояла до 1989 года. А 22 месяца спустя грянул Карибский кризис.

Президент Путин будет вести себя заметно вежливее, нежели Никита Хрущев. Но Путин знает, что Вашингтон взял на себя непосильную задачу на Украине, и что в настоящее время Соединенным Штатам необходимо заняться укреплением ослабевшего западного альянса. В этом смысле любая ошибка будет, как сказал посол Джордж Кеннан (George Kennan), продуктом ошибок, допущенных ранее. Поэтому американцам и украинцам необходимо отнестись к освещению саммита Путина и Байдена западной прессой с весомой долей скептицизма и судить о его результатах по тому, что произойдет дальше.

Для президента Байдена вопрос заключается в следующем: может ли он отказаться от конфронтационного поведения в отношении России у самых российских границ и начать работать с Берлином, Москвой и Киевом таким образом, чтобы найти жизнеспособное решение, которое будет отвечать потребностям Европы, Украины и России в области безопасности?

Дуглас Макгрегор — полковник вооруженных сил США в отставке, бывший старший советник министра обороны США, доктор философии и автор пяти книг.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.