В связи с выводом американских войск из Афганистана администрация Байдена подверглась серьезной критике как внутри страны, так и за ее пределами.

С другой стороны, Председатель КНР Си Цзиньпин и российский президент Владимир Путин в известном телефонном разговоре от 25 августа, посвященном стабильности и восстановлению Афганистана, продемонстрировали готовность проявить инициативу в сотрудничестве двух стран в судьбе Афганистана.

Китай и Россию больше всего беспокоит проблема терроризма из-за возможного притока в обе страны исламских экстремистов из Афганистана. В обмен на сотрудничество в области восстановления экономики страны Москва и Пекин призывают Талибан* принять решительные меры против экстремистов.

Министр иностранных дел Китая Ван И встретился с одним из главных лидеров талибов

15 августа, когда исламистская организация Талибан захватила Кабул, столицу Афганистана, западные страны, в том числе Япония, закрыли свои посольства, а иностранные представители в спешке покинули страну.

Из крупных стран только Китай, Россия и Иран сохранили свои посольства в Кабуле. А Китай и Россия ведут прямой диалог с талибами.

Министр иностранных дел Китая Ван И встретился с одним из лидеров Талибана Барадаром в Тяньцзине 28 июля и  выразил обеспокоенность по поводу «Исламского движения Восточного Туркестана (ETIM)», базирующегося в Синьцзян-Уйгурском автономном районе.

Он назвал ETIM прямой угрозой безопасности и территориальной целостности Китая и призвал Талибан порвать связи с ETIM и играть активную роль в региональной безопасности и мирном развитии«.

В ответ Барадар якобы заявил Ван И: «Никакие силы не позволят  нам причинить вред территории Китая».

Китайская сторона заинтересована в предотвращении наплыва исламских экстремистов в страну.

Россия также обменялась мнениями с талибами и провела совместные с Китаем военные учения.

Россия испытывает острую необходимость предотвратить распространение хаоса в Афганистане на соседние страны, входившие раньше в бывший Советский Союз, такие как Таджикистан, Узбекистан и Туркменистан.

Исламские экстремисты, которые тайно участвуют в сепаратистских движениях в Чеченской Республике на юге России, представляют собой «мину замедленного действия», которая может быть активирована в результате дестабилизации Афганистана. Не следует забывать, что Россия когда-то назвала талибов террористической организацией именно за поддержку независимости Чечни.

Делегация Талибана, включая Барадара, посетила Москву 8 июля и обменялась мнениями с министром иностранных дел Сергеем Лавровым.

Кроме того, с середины августа проводятся совместные антитеррористические военные учения в Нинься-Хуэйском автономном районе Китая, в котором проживает много мусульман.

Содержание телефонной беседы китайского и российского лидеров

С учетом этой базовой позиции Китая и России по ситуации в Афганистане, давайте еще раз вернемся к содержанию телефонного разговора между Си Цзиньпином и Владимиром Путиным, упомянутого в начале статьи.

Это был первый раз, когда Председатель Си публично упомянул ситуацию в Афганистане с тех пор, как талибы взяли под свой контроль Кабул.

Си Цзиньпин особо выделил следующие три важнейших пункта:

Китай уважает суверенитет, независимость, территориальную целостность Афганистана и не вмешивается во его внутренние дела.

Китай надеется, что афганские политические силы сумеют построить в стране открытую и инклюзивную политическую структуру и будут проводить умеренную и разумную внутреннюю и внешнюю политику.

Талибан должен полностью разорвать отношения со всеми террористическими организациями.

Президент Путин в той же беседе раскритиковал военное руководство США, заявив: «Политика внешних сил по насаждению чуждой Афганистану политической модели не сработала, нанеся ущерб многим заинтересованным странам».

Он также отметил, что «Китай и Россия разделяют общую позицию и интересы в афганском вопросе», и подчеркнул три следующие важные задачи:

Создание в рамках Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) во главе с Китаем и Россией действенных многосторонних механизмов по стабилизации положения в Афганистане.

Содействие плавному изменению ситуации в Афганистане.

Войну с терроризмом и искоренение контрабанды наркотиков.

Эта беседа высших политических руководителей России, КНР и Афганистана указывает на то, что все же главную озабоченность Китая и России вызывает опасность притока исламских экстремистов в эти страны и в Среднюю Азию.

Рупор Коммунистической партии Китая газета Global Times заявила в редакционной статье сразу после краха администрации Гани: «Мы не собираемся заполнять вакуум, создавшийся в Афганистане после вывода американских вооруженных сил, и не планируем вмешиваться во внутренние дела других суверенных стран. Невмешательство всегда остается краеугольным камнем китайской дипломатии». Наблюдатели усматривают в этом намек высшего политического руководства Китая на отсутствие у него текущих планов военного вмешательства в Афганистане.

Китай создает себе имидж главной силы восстановления Афганистана

Как для Китая, так и для России важнейшей проблемой является восстановление Афганистана.

Утверждается, что талибы отрицают модель «народного государства», которую им настойчиво прививал Запад и Америка, и стремятся восстановить так называемое «исламское сообщество», в котором будут сосуществовать различные силы, признающие приоритет «исламского закона».

Что касается конкретной политики этих сил, такой как запрет на образование для женщин и их участие в жизни общества, то Си Цзиньпин заявляет только о том, что «Китай надеется на то, что в Афганистане удастся построить открытую и всеобъемлющую политическую структуру, а также проводить умеренную и разумную внутреннюю и внешнюю политику». Следует подчеркнуть то обстоятельство, что свой поход к афганскому строительству Председатель Си обозначает именно словом «надеемся» и не идет дальше. В этом можно усмотреть нежелание китайских властей вмешиваться в конкретные вопросы политического строительства в Афганистане. Здесь Пекин нарочито демонстрирует свой известный принцип «невмешательства».

Как известно, Талибан объявил о создании своего правительства в Афганистане в 1996 году, еще до краха этого правительства в ходе военной операции Соединенных Штатов после террористических атак на Соединенные Штаты (2001 год). Тогда это правительство талибов было признано всего тремя странами: Пакистаном, Саудовской Аравией и ОАЭ.

На этот раз официальный представитель МИДа Китая Хуа Чуньин на пресс-конференции 16 августа заявила: «Мы будем развивать добрососедские отношения и сотрудничество с Афганистаном». Из этого специалисты сделали вывод о том, что Китай достаточно быстро может признать правление талибов.

В настоящее время весьма высока вероятность того, что Китай первым признает правительство Талибана. Скорее всего, одновременно, или почти одновременно с Китаем на это решится и Россия.

Чтобы получить конкретное представление о потенциале экономического сотрудничества Китая в восстановлении Афганистана, будет полезным вспомнить 25-летнее всеобъемлющее соглашение о сотрудничестве в области экономики и безопасности, только что подписанное Китаем с Ираном в марте нынешнего года.

Краеугольным камнем этого соглашения является то, что Китай, помимо крупных инвестиций в энергетику Ирана, будет активно инвестировать в иранские железные дороги, высокоскоростные телекоммуникационные системы нового поколения с большой пропускной способностью стандарта «5G» и т. д. Наряду с этим, в соглашение заложена чрезвычайно важная часть о массированных поставках в Китай иранских энергоносителей — нефти и газа — «по преферативным ценам».

«Сланцевая революция», в ходе которой удалось начать добывать природный путем разрыва подземных пород, избавила Соединенные Штаты от необходимости всецело полагаться на ближневосточную сырую нефть, что ускорило выход США из этого региона. Теперь на энергоресурсы в своей мировой стратегии начинает серьезно полагаться Китай. И делает это в глобальном противостоянии с Америкой.

В последнее время Китай кардинально усилил свое влияние и расширил свое присутствие на Ближнем и Среднем Востоке, заполнив определенный вакуум после ухода Соединенных Штатов. И дальше Пекин будет только наращивать эту линию.

Фактическое поражение США в Афганистане сделало падение Америки как «глобального лидера» еще более очевидным. Кроме того, акцент президента Байдена на «американских национальных интересах» в качестве причины ухода США со всем сарказмом выявляет вымышленную природу «дипломатии ценностей», в соответствии с которой Америка делает все ради продвижения демократии, прав человека и свобод в мире. Оказывается, это не совсем так.

И Китай, и Россия не могут не воспользоваться таким удачным для них фиаско администрации Байдена в Афганистане. И они будут всячески задействовать этот провал Америки в своих интересах

Следует особое внимание обратить на роль ШОС

Роль Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) во главе с Китаем и Россией будет в центре внимания в процессе восстановления Афганистана.

Помимо стран Центральной Азии, к ШОС присоединились Индия и Пакистан, а Афганистан также является наблюдателем. Вопрос в том, сможет ли он выполнить свою главную сейчас функцию по сдерживании терроризма и стабилизации региона.

Грубо говоря, у ШОС есть три проблемы:

Новый пограничный контроль после распада Советского Союза.

Совместная борьба с терроризмом, сепаратизмом и радикализмом (так называемые «три зла»).

Сотрудничество стран региона в области энергоресурсов (нефть и природный газ).

10 сентября ШОС проведет в Таджикистане саммит своих лидеров после встречи министров иностранных дел стран-участников 14 июля.

На этом саммите важно будет понаблюдать за тем, как администрация премьера Индии Моди отреагирует на то, что Китай и Россия стремительно берут на себя инициативу в афганском вопросе. Это важно еще и потому, что именно Индия, единственная из участников ШОС, входит еще и в новое «четырехстороннее соглашение» QUAD Япония-США-Австралия-Индия, которое собирается играть центральную роль в Индо-Тихоокеанском регионе и которое пока явно демонстрирует свой антикитайский дискурс. Как пойдут здесь дела в связи с ослаблением США?

___________________________________________________________________________________

Такаси Окада: — известный политолог и журналист, член редакционной коллегии ведущего новостного агентства Японии Kyodo News. Работал руководителем корпунктов Kyodo в Гонконге, Москве и Тайбэе. Ведет политологические исследования в ассоциации «Изучение Китая в 21 веке». Специализируется на Тайваньской проблеме.

* Организация запрещена в РФ

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.