Литва вошла в постоянно увеличивающийся список стран, подвергающихся давлению со стороны Китая. Трансатлантическим партнерам пора отреагировать на это действиями, сопоставимыми с теми, что предусмотрены статьей 5 о коллективной обороне НАТО. Назовем это так: «Принуждение одной страны считается принуждением всех».

Китай нацелился на члена НАТО Литву из-за ее отношений с Тайванем, а также из-за того, что она бросает вызов его попыткам завоевать политический плацдарм в Центральной и Восточной Европе.

Противодействие Литвы Китаю носит двоякий характер. Во-первых, эта прибалтийская страна разрешила Тайваню открыть свое представительство в Вильнюсе. После этого она заявила о планах открыть до конца года свое представительство в Тайбэе. Китай возражает против использования слова «Тайвань» в названии открытого в Литве представительства.

Но такое использование не противоречит политике «одного Китая», которую проводят Европа и Соединенные Штаты. Эти представительства не являются посольствами, а их открытие не означает признание Тайваня в качестве суверенного государства. У США есть аналогичный «Американский институт на Тайване», являющийся частной организацией, финансируемой из государственных средств. В нем работают сотрудники Госдепартамента, и он выполняет дипломатические функции. У многих других стран существуют похожие договоренности.

Во-вторых, Литва в этом году вышла из соглашения о сотрудничестве между Китаем и странами Центральной и Восточной Европы, которое носит название 17+1. Это неформальное соглашение предусматривает китайские инвестиции в инфраструктуру региона, однако Китай все чаще использует его для усиления своего дипломатического влияния.

Пекин в ответ на действия Литвы отозвал своего посла из Вильнюса, ограничил торговлю и приостановил железнодорожное сообщение между двумя странами. Экономические последствия для Литвы пока носят ограниченный характер, но в дипломатическом плане это тревожный звонок для остальных участников соглашения, отныне носящего название 16+1, а также для всей Европы.

Есть и другие примеры все более нахрапистого подхода Китая к дипломатическим отношениям. Пострадала торговля Австралии с Китаем из-за того, что эта страна призвала расследовать первопричины covid-19. Китай арестовал канадских граждан, потому что Канада придерживается установленного порядка в контексте возможной экстрадиции людей в Соединенные Штаты. Европейские чиновники и частные компании подвергаются санкциям за то, что осуждают китайские нарушения прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Жесткие действия Пекина даже подрывают сотрудничество по таким вопросам, как изменения климата, которые требуют совместных действий всего мира.

Литовский министр иностранных дел Габриэлюс Ландсбергис (Gabrielius Landsbergis) призвал Европу продемонстрировать единство в ответ на китайское возмездие. «С нашей точки зрения, ЕС давно пора отказаться от ведущего к расколу формата 16+1 и перейти к объединяющему, а посему более эффективному формату 27+1, — сказал он. — ЕС сильнее всего тогда, когда все 27 стран-членов действуют заодно с институтами Евросоюза». Литва права, призывая к солидарности в отношениях с Китаем. Но такая солидарность не должна ограничиваться рамками ЕС. Ее должны проявлять все трансатлантические страны, а где это возможно, им следует действовать в сотрудничестве с азиатскими партнерами. Ответные действия должны быть всесторонними, включая дипломатическую, экономическую, военную и организационную составляющие.

Если говорить о дипломатии, то поддерживающие связи с Тайванем страны должны открыто включить это слово в названия своих представительств и разрешить Тайваню сделать то же самое в ответ. Очевидно, Соединенные Штаты рассматривают такие изменения.

Такие резкие перемены несомненно вызовут негативную реакцию со стороны Пекина, но это можно сделать без каких-либо намеков на независимость или суверенитет Тайваня. Для этого использование названия острова следует сопроводить заявлениями о приверженности политике единого Китая. Но хотя в отказе от такой политики нет необходимости, Запад не должен соглашаться на международную цензуру Пекина. Такой шаг продемонстрирует Китаю, что мир един в своем стремлении урегулировать тайваньскую проблему мирным путем.

Вторым шагом на дипломатическом фронте должен стать отказ стран ЕС от членства в объединении 17+1. Точка зрения Литвы совершенно ясна и понятна: у Евросоюза должен быть единый и общий подход к Китаю.

Необходимо также рассмотреть ряд экономических мер. Всестороннее соглашение об инвестициях между ЕС и Китаем, которое приостановлено из-за китайских санкций против членов Европарламента, надо заморозить вплоть до того момента, когда Китай отменит санкции против Литвы. На самом деле, китайско-литовский спор — это еще один аргумент в пользу тех европейцев, которые хотят полностью аннулировать данное соглашение.

Далее, ЕС следует рассмотреть рекомендации, изложенные в апрельском докладе комитета по иностранным делам Европарламента, где выражается поддержка Тайваню и звучат предложения о торговых партнерствах в сфере передовых технологий, включая электромобили и полупроводники, а также о соглашении по вопросу взаимных инвестиций.

Созданный недавно Совет ЕС-США по торговле и технологиям надо также использовать для противодействия агрессивной политике Китая. Среди прочего, надо бороться с субсидиями, которые позволяют китайским предприятиям подрывать ценообразование западных фирм, несущих рыночные издержки. Например, китайская Huawei в конкурентной борьбе за создание сетей 5G в Нидерландах предложила цены на 50% выгоднее, чем у шведской Ericsson.

Кроме того, ЕС рассматривает новые законодательные инструменты, призванные сдержать и остановить принудительные действия третьих стран, предпринимаемые против ЕС и его членов. Это даст Евросоюзу возможность осуществлять ответные действия торгового, инвестиционного и иного характера против государств, проводящих такого рода политику. Если такой механизм будет создан, Соединенные Штаты смогут действовать заодно с ЕС, усиливая сдерживающий эффект.

И наконец, трансатлантические государства должны укреплять оборону против продолжающегося китайского кибершпионажа, увеличивая издержки за такие действия. Среди прочего, они могут использовать пошлины и иные средства.

Третий пакет вопросов, требующий трансатлантического внимания, относится к безопасности. Поведение Китая в отношении Литвы совпадает с его все более агрессивным поведением в отношении Тайваня и в Южно-Китайском море. НАТО сегодня уделяет больше внимания Азии, чем когда бы то ни было, однако предстоит сделать еще очень многое.

НАТО следует сформировать новое партнерство с желающими странами Азии, на которых свое негативное воздействие оказывает Китай. Это касается Японии, с которой такое партнерство уже существует, и других государств, таких как Индия. Новый «форум НАТО-Азия» должен создать группы связи, центры передового опыта, проводить совместные военные учения и наладить сотрудничество в сфере разведки.

Мирное разрешение проблем, существующих между Тайбэем и Пекином, исключительно важно для всего мира. Европа должна признать, что конфликт между США и Китаем в Индо-Тихоокеанском регионе будет иметь глобальные последствия, в том числе для торговли и инвестиций, поскольку такой конфликт непременно нарушит работу цепочек снабжения и финансовые потоки.

В официальных китайских заявлениях говорится о возможном возникновении боевых действий. Китай все чаще проводит различные агрессивные акции, включая вторжение в зону ПВО Тайваня. Европа должна последовать примеру Японии и четко заявить, что она полностью поддержит США в случае возникновения такого конфликта и введет торговое и инвестиционное эмбарго против КНР.

И наконец, нужна новая организация для координации всех составляющих трансатлантической политики в отношении Китая. Пришла пора создать новый Трансатлантический координационный совет, предложенный авторами этой статьи и их коллегами в вышедшем недавно докладе «План по Китаю». В состав такого совета войдут члены ЕС и НАТО, а также сами ЕС и НАТО как организации на правах членов. В предлагаемом совете будет несколько подгрупп, которые будут заниматься конкретными важными вопросами.

На спор между Литвой и Китаем можно махнуть рукой, назвав его малозначимой проблемой. Но его последствия гораздо шире, а соответствующий набор ответных мер даст возможность поставить трансатлантические отношения с Китаем на более прочное основание. Здесь исключительно важна солидарность. Нам надо помнить слова Бенджамина Франклина, сказавшего: «Мы все должны держаться вместе, иначе мы все будем висеть по отдельности».

Франклин Крамер (Franklin D. Kramer) — бывший помощник министра обороны США.

Ханс Биннендийк (Hans Binnendijk) — в администрации Клинтона работал в Совете национальной безопасности старшим директором по оборонной политике и контролю вооружений, а также был вице-президентом Национального университета обороны.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.