SHOW: Tavis Smiley

Тони Кокс, ведущий: Это радио NPR из Лос-Анжелеса. Я Тони Кокс в программе Тэйвиса.

Гигант литературы Антон Чехов умер 100 лет назад, но его влияние на западное искусство и философию дает о себе знать и по сей день. Об этом свидетельствует то, что его рассказы по-прежнему издаются, а пьесы востребованы в театрах всего мира. Наш постоянный комментатор Корнел Уэст - один из тех людей, что всегда ищут высочайшие проявления человечности, и неудивительно, что он согласился уделить нам несколько минут, чтобы поделиться своими размышлениями о Чехове в год его столетия.

Корнел, рад видеть тебя, приятель.

Корнел Уэст (комментатор NPR): Всегда рад.

Кокс: Итак, именно это ты решил почитать летом?

Уэст: Ну, это я читаю круглый год, каждый год своей жизни. Для меня Антон Чехов - это самый глубокий демократический художник наших дней. Он лирик безграничной духовности, никогда не отрывающийся от земли, от повседневного, знакомого. Ему нет равных. В современной Европе с ним может сравниться только Шекспир.

Кокс: Знаешь, я задам тебе загадку, ладно? Готов?

Уэст: О да.

Кокс: Итак. Кто сказал это? Цитирую: 'Если бы мне пришлось выбирать между Чеховым и большей частью хип-хопа, я пойду с Чеховым', конец цитаты.

Уэст: Похоже на меня, брат.

Кокс: Ты узнал себя, да?

Уэст: Я исключительно уважаю артистов хип-хопа, но видишь ли, если речь идет об Америке, то вровень с Чеховым могут встать только Мелвилл, Фолкнер, Генри Джеймс, Тони Мориссон и Ральф Эллисон. Так что, у американцев немного писателей, которые могут сравниться с Чеховым. Конечно, у русских есть Толстой, Тургенев, Достоевский, Лесков и другие. Итак, Чехов уникален, потому что он действительно верит в потенциал рядовых людей, но и признает, как жизнь темна и трудна на самом деле. Мы должны смотреть в лицо реальности, но нас не должна покидать способность радоваться жизни, терпение и настойчивость в утверждении собственной индивидуальности.

Кокс: Знаешь, известно, что Чехов сравнил критиков со слепнями. Это кое-что говорит о его критическом слухе и видении. Но почему, Корнел Уэст, его считают отцом современного рассказа и современной пьесы?

Уэст: Заслуга Чехова - в том, что он вернул обыденное из ссылки. Имею в виду, что он децентрализировал состав исполнителей и деформализовал диалог. Вещи, которые люди скрывают, произнося их про себя или вполголоса, он выносит на первый план. Всю внутреннюю человеческую чувственность он переносит на сцену. Вот почему у Чехова мало действия, и все же, его герои по-настоящему активны, потому что они живые. Они рассуждают о своем потерянном потенциале, о том, что не являются тем, кем должны быть. Важнее всего для меня как для христианина - то, что Чехов, будучи агностиком, чувствует глубоко по-христиански, потому что хочет любить людей, несмотря ни на что. Он продолжает любить, невзирая на тьму кругом. Все это выражает блюз. Это не только лучшее, что есть в культуре чернокожих, это лучшее в мире человеческого духа, и Чехов это выявляет. Он Джон Колтрейн современной драмы.

Кокс: Ну, знаешь, известно, что Антон Чехов был врачом и умер в возрасте 44-45 лет, кажется, в 1904 г. Так что. . .

Уэст: Совершенно верно.

Кокс: . . . что у него позаимствовали афро-американские писатели? Такие как, например, Ральф Эллисон, Ричард Райт или Джеймс Болдуин. Что они получили от Чехова?

Уэст: Это чувствительность блюза, и если бы ты зашел в библиотеку великого Джеймса Болдуина, ты увидел бы собрание сочинений Чехова. Почему? Потому что Джеймс Болдуин знал, что он пишет о том, как критически относиться к юношескому видению невинности, некоторым образом, очень американскому. Как выйти за пределы нашего отрицания, что очень по-американски. Чехов - критик невинности, критик отрицания, но он знает, что когда мы выбираем смерть, историю со всеми ее жестокостями и варварством, мы можем обозлиться, можем испытывать жажду мести и негодование, он говорит 'нет', мы должны быть мудрыми. Мы должны подняться над этим. Мы должны научиться искать справедливость, жить с чувством сострадания, неважно, что кругом тьма. Это очень похоже на блюз, фактически, это есть у Эллисона, Моррисона, Джина Тумера, у Золы Нил Херстон и других.

Кокс: Это ли имел в виду Чехов словами 'Надо чтобы за дверью каждого довольного, счастливого человека стоял кто-нибудь с молоточком'? О таком блюзе ты говоришь?

Уэст: Есть некая железная сила, чувство этого 'молоточка', знание о том, что лучшее в нас связано с худшим в нас же. Он вовсе не был наивным, но он никогда бы не позволил худшему сказать последнее слово. Он никогда бы не позволил тьме и горю сказать последнее слово. Даже если мир выглядит сейчас уродливым, продолжай идти по нему с любовью.

Кокс: Позволь мне вот что у тебя спросить напоследок, Корнел Уэст. Что Чехов, с его наблюдениями о войне Российской империи с Чечней в XIX веке, сказал бы о теперешней войне США в Ираке?

Уэст: Он бы отнесся к этому критически, потому что заметил бы, что у администрации Буша очень простое, манихейское видение мира - мы и они. Чехов всегда утверждал сложность, но он знал, что сложность не в том, чтобы сложно выражаться. У человека может быть твердая моральная позиция без противопоставления 'мы-они'. Чехов вообще был против всех форм демонизации других. Он был единственным русским писателем, боровшимся с антисемитизмом в проникнутой антисемитизмом России. Это очень важно.

Кокс: Урок окончен. Корнел Уэст - профессор религии в Принстоне и автор готовящейся к изданию книги 'Демократия имеет значение', продолжение бестселлера 'Цвет кожи имеет значение'. Как всегда, профессор Корнел, приятно побеседовать с вами.

Уэст: Всегда рад.