Разговор о перспективах, на первый взгляд противостоящих друг другу, «центр Церкви ведет диалог с тюремной периферией».

Папа Франциск снова говорит с Марко Поцца, капелланом тюрьмы в Падуе, после бесед об «Отче Наш», «Аве Мария» и «Верую». На этот раз в книге «О пороках и добродетелях», которая появится на прилавках 2 марта и откуда мы публикуем несколько выдержек, речь идет о представлении о семи добродетелях и противостоящих им пороках, которые Джотто написал в Капелле дельи Скровеньи: справедливость/несправедливость, стойкость/непостоянство, умеренность/гнев, благоразумие/глупость, вера/неверие, надежда/отчаяние, сочувствие/зависть.

Франциск объясняет: «Есть люди добродетельные, есть люди порочные, но большинство состоят из смеси добродетелей и пороков. Некоторые сильны в одной добродетели, но имеют и слабости. Потому что все мы уязвимы. И эту экзистенциальную уязвимость нам следует воспринимать всерьез. Важно придерживаться этого направления на нашем пути, в нашей жизни».

Гнев разрушает. Гнев — это буря, цель которой — разрушение. Взять, к примеру, травлю среди молодежи. Сегодня травля превратилась в настоящий кошмар. Она очень распространена в школах. Даже маленькие способны уничтожить другого. (…) Травля рождается, когда, вместо того чтобы заниматься поисками самобытности, люди проявляют агрессию к самобытности других. И когда среди молодежи, в школах, в их районах происходят эпизоды агрессии, травли, становится очевидна скудость самобытности нападающих.

Единственный способ «исцелиться» от травли заключается в сочувствии, в том, чтобы жить рядом, вести диалог, слушать другого, посвятить этому время, потому что именно время устанавливает связь. В каждом из нас есть что-то хорошее, что мы можем дать другому, каждому из нас требуется получить что-то хорошее от другого.

Гнев Божий

Гнев Бога направлен против несправедливости, против Сатаны. Это восстание против зла, не того, что исходит от человеческой слабости, а зла сатанинского происхождения: провоцируемого Сатаной разложения, увлекающего некоторых мужчин, некоторых женщин, целые общества. Гнев Божий подразумевает справедливость, «очищение».

Потоп стал результатом Божьего гнева, говорится в Библии. Это форма гнева Бога, который, согласно Библии, видел слишком много дурного и решил уничтожить человечество. По словам экспертов, библейский рассказ — миф (надеюсь, после этого никто не будет утверждать, будто папа римский сказал, что Библия является мифом!) Но миф — это форма знания. Потоп — это исторический рассказ, говорят археологи, обнаружившие свидетельства наводнения в ходе раскопок.

Такой же Великий потоп — вероятно, из-за повышения температуры и таяния ледников — произойдет и сейчас, если мы и дальше будем следовать тем же путем. Бог разгневался, но увидел праведника, взял и спас его. История Ноя показывает, что гнев Божий еще и спасителен.

Благоразумие

Кто-то считает, что благоразумие — чистая добродетель без всяких примесей. Словно стерилизованная среда. Однако благоразумие — это добродетель власти. Совершенно невозможно править без благоразумия. Человек, находящийся у власти и лишенный благоразумия, всегда плохо руководит, совершает дурные поступки, принимает плохие решения, разрушительные для народа.

Благоразумие власти не всегда связано с равновесием. Порой благоразумие должно быть и резким, чтобы можно было принимать решения, способные привести к переменам. Однако благоразумие — ключевая добродетель для власти: людьми движут страсти, поэтому необходимо что-то, что говорило бы нам: «Остановись, остановись и задумайся». Быть благоразумным не так-то просто. Для этого требуется много размышлять, молиться, но, главное, нужна эмпатия. Человека, существующего в стерильных условиях, скажем, того, кто никогда не пачкается, кто с ног до головы омывается дезинфицирующим средством, нельзя назвать благоразумным. Благоразумие идет бок о бок с сочувствием, эмпатией к разным обстоятельствам, людям, миру, проблемам (…)

Вера и сомнения

Может ли вера расти вместе с сомнением? Такое случается, потому что мы люди, и вера — столь великий дар, что, получив его, мы не можем в него поверить. Неужели это возможно? Сначала дьявол подталкивает тебя к сомнениям, а потом и жизнь, и трагедии. Как Господь это допускает? Но веры без сомнений не бывает. Вспомните святую Терезу из Лизье: думаете, у нее не было сомнений? Прочтите о последних днях ее жизни. Она говорит, что в самые тяжелые периоды болезни она просила принести к постели святую воду, взять освященный воск, чтобы отвадить врага.

Проблема возникает, когда не хватает терпения. Был ли Иисус-человек счастлив в Гефсиманском саду? «Для чего ты меня оставил?» Мысли о том, что Господь забыл о них, посещали многих святых и посещают многих людей сегодня, им кажется, будто Бог их покинул, но они не теряют веры. Они хранят этот дар: в этот момент они ничего не чувствуют, но оберегают дар веры.

Христианину, ни разу не испытавшему подобных состояний, чего-то не хватает, потому что это значит, что он удовлетворен. Кризисы веры не подтачивают самой веры. Напротив, они раскрывают потребность и желание еще глубже окунуться в глубину таинства Господня. Когда я вижу веру без этих проявлений, я начинаю сомневаться в ее подлинности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.