Только что Голливуд торжественно назвал лучшие фильмы года. Красные дорожки, изумительные наряды, спектакли с номинациями, - словом, - выставка достижений капиталистического хозяйства 'Фабрика грез'. Сколь бы цинично ни писали о постановочности этого мероприятия и о случайных победителях, все же следует признать, что 'Оскар', как опытный регулировщик, указывает мировому кинематографу вектор развития.

Наблюдая за церемонией вручения премий, я вдруг вспомнил весьма любопытный российский конкурс. Есть у нас такой Институт верховенства права, так вот он проводит ежегодный конкурс 'Правовая калоша', в котором оцениваются самые абсурдные решения российских судов и совершенно необъяснимые действия следственных органов и милиции. И вот 'на соискание' премии этого конкурса в институт была прислана следующая, просто поразительная история.

Это, надо сказать, совершенно невероятный по своему этическому контексту сюжет о смерти неизвестного бомжа (кто знает, возможно, он и заинтересует кинематографистов Голливуда). Расследуя это обычное с виду дело, один дотошный следователь неожиданно обратил внимание на многочисленные повреждения на теле умершего, которые были получены... после его смерти. Следователь не махнул рукой на это - мол, бомж, он и есть бомж, и что тут разбираться? - а стал кропотливо расследовать все обстоятельства. И совершенно неожиданно выяснил, что все эти повреждения нанесли... два соседних отделения милиции.

А дело происходило так. Патруль одного из отделений, обнаружив под забором труп бомжа, не захотел заниматься составлением всякого рода рапортов и протоколов, а просто взял и... перекинул труп через забор, на территорию соседей. Мол, займитесь этим вы. Понятно, что когда 'перекинутого' бомжа обнаружили их коллеги, они сделали абсолютно то же самое. Сколько раз произошло подобное 'трупоперекидывание' - так и осталось неизвестным. И никто за это не понес никакого наказания, поскольку экспертиза установила, что бомж умер естественной смертью, задолго до начала этого мрачного соревнования между отделениями милиции.

К чему я вспомнил эту историю? Да потому, что в российском спектакле 'Антикризисные меры' народ ныне играет эдакую роль бомжа, которого одна статья расхода перекидывает на другую, и никто не хочет заниматься печальной судьбой этого субъекта без определенного места жительства. Если взять ту же Америку, то там президент Обама назвал три приоритета антикризисных мер - энергетика, реформа медицинского страхования и системы образования. То есть, совершенно очевидно, что государственная политика считает целесообразным вкладывать миллиарды в людей, а не спасать банки, предприятия и крупные компании.

Совершенно иная ситуация в России. Сегодня все чаще и чаще, причем публично, Медведева с Путиным упрекают в том, что борьба с кризисом носит странновато-избирательный характер - спасательные круги в виде круглых сумм в миллиарды долларов бросаются прежде всего той части крупного бизнеса, которая максимально приближена к власти. Не самому бедному человеку в России Роману Абрамовичу, который почти миллиард потратил на содержание 'Челси', выдали 1,8 миллиарда долларов. Другой магнат - Дерипаска - получил 4,5 миллиарда, а компания 'Ростехнологии', которую возглавляет один из ближайших соратников Путина, и вовсе 'откусила' 7 миллиардов долларов... Сравните: пособие по безработице, на которое сегодня претендует уже 6 миллионов россиян, составляет около ста евро:

Вообще, концепция принятия антикризисных мер несколько настораживает. Власть обсуждает ее с представителями бизнеса, имеющими свои представления о жизни, которую народ в России не увидит, кажется, никогда. Результатом этих обсуждений (просьб 'дай-дай') становится некая программа, которая больше нигде не обсуждается - во всяком случае, наш парламент гордо отказался анализировать антикризисные меры правительства. Иначе говоря, откровенного публичного диалога с обществом нет. То есть, в усилиях власти по спасению страны народ занимает, скорее, наблюдательную позицию и практически не принимает в них участия. А в результате инфляция набрала уже приличную скорость, в несколько раз превышающую скорость инфляции в Еврозоне. А как замечательно выразился один экономист: 'Высокая инфляция - это битье по морде трудового народа, тех, кто живет на постоянные, фиксированные доходы'.

Каждый человек, даже не обремененный знаниями экономики, понимает, что в кризис важнее всего сокращать расходы - государству, бизнесу, людям. Но если люди уже ощутили серьезное снижение доходов и резко сократили расходы, то государство... Вот спикер парламента господин Грызлов привел такую ужасающую цифру - у нас каждый год количество чиновников увеличивается на сто тысяч! Каждую пятилетку появляется по полмиллиона новых белых воротничков с непомерными аппетитами. (Как известно, в СССР чиновников было меньше, чем сегодня в одной России!).

А что такое чиновник? Вот, допустим, какая-то компания выпускает кефир и сдает его в продуктовую сеть за такую-то цену. Но на прилавке эта цена увеличивается на 50 процентов! Для чего столь скоропортящемуся продукту навешивать столь шокирующую наценку? Сетевики объясняют - 'бюрократический налог'. Торгующие организации кормят несметные полчища чиновников, что, естественно, отражается и на отпускных ценах. То есть, кормим эти стада мы, потребители...

Именно поэтому цены на продукты питания пошли на взлет (сахар сегодня подорожал почти на 20 процентов), бензин - почти самый дорогой в Европе (это в России, нефтедобывающей стране!), а стоимость удобрений в три раза выше, чем во всем мире. И совершенно непонятно, кто более виноват в нашем жизненном упадке - кризис или наши чиновники...

Отношения власти и народа хорошо иллюстрирует одна история, которая произошла на прошлой неделе в Петербурге. В одном из ресторанов разбуянился нетрезвый мужчина. Далее, цитирую: 'В ответ на просьбу персонала вести себя прилично, вскочил, вытащил удостоверение, стал орать, что он начальник Приморского РУВД по фамилии Крецу и что он всех арестует, потом он расстегнул штаны... и стал мочиться прямо в зале, в том числе попало и на клиентов'.

По сообщениям СМИ, полковник милиции Крецу уже написал рапорт об увольнении, в котором признает, что 'совершил ошибку'. Только вот журналисты уже выяснили, что это не первая выходка большого начальника. А в этот раз его уволили просто потому, что, видимо, брызги не на того попали... Ошибочка вышла, надо было брать чуть левее...

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.