Сэр, в своей статье от 19 марта, названной 'Когда шатается фундамент', Тони Барбер (Tony Barber) рассказал о разногласиях между США и Евросоюзом, а также о противоречиях в рядах самого ЕС. Эти противоречия касаются размера пакетов финансовых стимулов для борьбы с глобальной рецессией и выкупа задолжавших большие средства банков в странах-членах ЕС, которые брали чрезмерные займы в твердой валюте (в том числе, в евро).

В опубликованном Кремлем документе излагается позиция России по некоторым из этих вопросов. Политические решения российских властей в отношении залезших в чрезмерные долги местных банков и компаний существенно отличаются от того, что предлагают их западные коллеги.

Во-первых, часть российского "вклада" в саммит "двадцатки" - это ее годовая инфляция, измеряемая двузначными цифрами. Такая ситуация вызывает в России совершенно иную, опасливую и негативную реакцию на призывы реализовать в стране пакет стимулов по образу и подобию США. Последние два года уровень годовой инфляции в России составлял 13-14 процентов, а ставка учетного процента Центробанка была довольно высока - на уровне 13 процентов. Поэтому выбор в пользу наполнения экономики страны денежной массой имеет серьезные ограничения. Российские власти опасаются, что такой вариант действий вызовет рост инфляции и еще больше обесценит рубль. Поэтому Россия на саммите в Лондоне должна будет играть роль третьего лишнего, отказавшись от того бремени, которое несет с собой пакет стимулов.

Далее, крупные российские банки, которые брали большие кредиты в твердой валюте, чтобы финансировать создание активов в быстро развивавшейся экономике (в период 2000-2007 гг.), получили требование (сначала получив предоставленные им в рамках помощи доллары) выполнить свои обязательства, заплатив по валютным долгам.

В то же время, крупному российскому бизнесу и олигархам, которые вначале получили поддержку в размере 11 миллиардов долларов, сейчас предложено покупать доллары из других источников. Часть из них контролирует банки, которые, вероятно, имеют долларовые вклады на оффшорных счетах. Иными словами, олигархам и крупным банкам предложили самим о себе позаботиться, не надеясь на помощь государства.

И, наконец, мощный отток капитала иностранных инвесторов (который начался из-за российско-грузинской войны в августе 2008 года) привел к уменьшению валютных резервов российского Центрального банка с 596 миллиардов долларов в середине 2008 года до 382 миллиардов по состоянию на 26 февраля. Несмотря на это, Центробанк не вводит жестких и явных мер регулирования курса обмена валюты, а также не идет на резкий разворот на 180 градусов, который подорвал бы все его усилия по созданию рыночного режима экономики. В настоящий момент рубль стабилизировался на отметке 41 в бивалютной корзине доллар-евро. В июле 2008 года этот показатель был равен 23 рублям.

У каждого кризиса есть свое светлое пятно. В российском случае кризис очистит банковскую систему; он приведет к слияниям неэффективных подразделений, особенно в сфере розничной торговли и строительства. Он также обрежет пуповину кровосмешения между российскими олигархами и Кремлем. Кризис уже урезал финансовое влияние и мощь олигархов.

Более важно другое. Пока американская администрация говорит о том, что нельзя разбазаривать благоприятные возможности в период кризиса, а все участники лондонского саммита будут подчеркивать роль и значение регулирования финансового сектора, российское руководство вполне может воспользоваться этим кризисом, чтобы двинуться, наконец, в направлении нерегулируемой либеральной экономики, обрубив связи между российским государством и большим бизнесом.

Падма Десаи, профессор, преподаватель сравнительной экономики по программе фонда Г. и Р. Гарриманов,

директор Центра изучения стран с переходной экономикой (Center for Transition Economies) при Колумбийском университете

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.