Спустя год после пятидневного военного конфликта между Грузией и Россией, в результате которого российские войска оккупировали мятежные грузинские области Южная Осетия и Абхазия, напряжение в регионе вновь возрастает.

Грузинские власти продолжают надеяться на способность международного сообщества разрешить ситуацию.

'Международное сообщество и международное право - на стороне Грузии', - сказал недавно журналистам юрист Давид Дарчиашвили, председатель Комитета по европейской интеграции в грузинском парламенте.

'Нам не стоит отчаиваться, невзирая на недавние провокации со стороны российской оккупирующей стороны', - добавил он. 'Международное сообщество, со всеми его возможностями, всегда сможет противостоять действиям одинокого, иррационального, агрессивного государства, каким бы крупным оно ни было'.

Однако, пока непонятно, кем крупные международные игроки - Россия, Евросоюз и НАТО - вышли из конфликта, и как война изменила баланс сил между ними. Санкции, которые ЕС и НАТО наложили на Россию после войны, были беззубыми и недолговечными.

Вероятно, самый очевидный урок войны - это то, что на страны, граничащие с Россией, вроде Грузии и Украины, у России есть действенные краткосрочные инструменты давления, тогда как Запад, потенциально, предлагает соблазнительные обещания долгосрочных обязательств, которые могут усилить их развитие и независимость.

Даниэль Корски (Daniel Korski), старший сотрудник по вопросам политики в Совете по международным отношениям и бывший политический советник американского Госдепартамента, говорит, что августовская война не изменила политический пейзаж, как изначально считали некоторые.

'Спустя год после события, нельзя констатировать фундаментальные перемены, о которых утверждали некоторые сразу же после конфликта', - говорит Корски.

Россия выигрывает, и проигрывает

Хотя Россия и удержала свои позиции после прекращения огня, ее военное выступление было не очень успешным. Российской армии понадобилось пять дней на то, чтобы покорить намного более слабого, неподготовленного соседа без международной поддержки. Ее военные действия в конфликте послужили стимулом для Кремля реформировать трескающуюся по швам военную отрасль.

Хотя конфликт показал, что Москва склонна прибегать к силе, когда она это посчитает необходимым, Корски считает, что война продемонстрировала близорукость ее политики. Кажется, у Кремля не было плана действий в отношении 'недогосударств', которые он усыновил, и по поводу того, куда двигаться в отношениях с Грузией.

'России не хватает мягкой силы, у нее есть военная -значительная, есть энергетическая, и ей не хватает мягкой силы, это означает, что мало кого она сможет убедить, даже среди своих соседей', - объясняет Корски.

Эд Лукас (Ed Lucas), автор книги 'Новая холодная война' и корреспондент в Центральной и Восточной Европе журнала The Economist, согласен с тем, что, если Кремль рассчитывал послать сигнал столицам стран, которые он называет 'ближним зарубежьем', то он просчитался.

'Россия только начинает осознавать, что страх и недоверие со стороны соседей - это не обязательная основа для достижения своих политических целей', - говорит Лукас.

Вдобавок к этому, война привела к тому, что страны региона только еще больше стали стремиться сократить свою экономическую и энергетическую зависимость от России. Россия объявила бойкот на грузинские вина и минеральную воду и использовала другие экономические рычаги в ходе продолжительной ссоры между двумя странами.

'Один из плюсов за последние два года - это, вероятно, ложка меда в бочке дегтя этих экономических размолвок с Россией, - это то, что они вынудили Грузию искать новые рынки и двигаться в направлении ухода из-под российского влияния. Несколько лет назад экономическая связь была действительно намного сильнее', - говорит Николас Гвоздев (Nikolas Gvosdev), исследователь проблем национальной безопасности в американском Военно-морском колледже (Naval War College).

Корски соглашается, что содействие странам Восточной Европы и Кавказа в сокращении их экономической и, частично, энергетической зависимости от России открывает для ЕС возможность предоставить ощутимую и фундаментальную помощь. - Их часто обвиняют в невозможности ее обеспечить.

'Основной вопрос состоит в том, как помочь этому очень маленькому числу стран, которые особенно уязвимы (из-за российского энергетического доминирования). И вот тут речь может идти о создании интегрированного европейского газового рынка, - так, чтобы не вставал вопрос о продаже, скажем, Словакии, и давлении на Болгарию, а о поставках на единый европейский газовый рынок. Это повод для европейских политиков победить внутреннее сопротивление, корпоративные интересы и так далее', - говорит Корски.

Несбыточные надежды

В том, что касается США, война продемонстрировала, что Грузия - не главный приоритет Вашингтона, хотя новая администрация жестко протестовала против российских заявлений об особых сферах влияния в постсоветском пространстве.

Представители американской администрации так же отвергают утверждения о том, что перезагрузка отношений Вашингтона и Москвы обязательно предполагает жертвование интересами соседей России. Они говорят, что улучшение отношений с Россией, напротив, уменьшит недовольство Москвы попытками этих стран интегрироваться с Западом.

Кажется, Вашингтон применяет подход снижения темпа, вынуждая страны типа Грузии и Украины продвигать политические и экономические реформы, которые сделают их более подготовленными и более привлекательными для дальнейшей интеграции с Западом. Именно это послание распространял американский вице-президент Джо Байден в ходе своего визита в Киев и Тбилиси.

Надежды двух стран на членство в НАТО - в состоянии ожидания, но большинство аналитиков согласны с тем, что они ни политически, ни в военном плане не готовы к вступлению в альянс, и что их надежды - временами безответственно подкармливаемые Западом, - были нереалистичными. Корски говорит, что война открыла Западу глаза на этот факт и на силу возражений со стороны Москвы.

'То есть, нет смысла обсуждать это сейчас, точно нет смысла в обсуждении этого, раз это так раздражает Россию, и это пока нереально', - говорит он.

Невзирая на шок от событий прошлого августа, предсказанное изменение миропорядка так и не состоялось. Россия и Запад все еще учатся сотрудничать в областях, по которым есть взаимопонимание, и работать в сферах, по которым имеются разногласия. После того, как Россия оккупировала и признала независимость Южной Осетии и Абхазии, сфера разногласий расширилась, но динамика остается такой же.

'Я бы сказал, что мы все еще 'заклятые друзья' с русскими. В некотором смысле они наши друзья и нам надо сотрудничать по целому ряду действительно важных тем - нераспространение оружия массового уничтожения, Иран, борьба с терроризмом, Афганистан и, вероятно, также сокращение ракетного вооружения. Но, в то же самое время, у нас будут сохраняться разногласия по поводу Восточной Европы и Кавказа', - говорит Корски.

'В некоторой степени, именно так все было до войны, и сегодня все остается точно так же'.

Обсудить на форуме

___________________________________

Россия и Грузия борются за место в истории ("The Wall Street Journal", США)

Лучшая защита Грузии от России - демократия ("Christian Science Monitor", США)