Сегодня на Северном Кавказе сложилась такая ситуация, что борьба с терроризмом на Северном Кавказе окончательно перешла в фазу контрпартизанской борьбы. Как отмечают эксперты, начиная с 2008 года боевики предпочитают атаковать военные цели, то есть подрывают и обстреливают сотрудников правоохранительных органов, при этом практически не трогая гражданское население.

Действительно, ситуация обостряется на всем Северном Кавказе, в особенности в Ингушетии и Дагестане. По сути получается, что наведение конституционного порядка в Чечне, где все более-менее спокойно, не привело к успокоению всего Северного Кавказа, а, скорее, наоборот, основные силы подполья оказались вытеснены за пределы Чечни, в соседние республики, где власть очень слабая, в значительной степени носит чисто формальный характер. Как утверждают сами же российские эксперты, подполье и в Ингушетии, и в Дагестане продолжает во многом контролировать ситуацию в республиках, особенно это касается разного рода районов, отдаленных от столиц этих республик.

Так, взрывное устройство сработало в понедельник в городе Дербент Республики Дагестан неподалеку от здания райотдела милиции. Один милиционер погиб, ранения получил еще один сотрудник правоохранительных органов, передают "Вести". Начальник пресс-службы МВД Дагестана Марк Толчинский уточнил, что взрывное устройство сработало приблизительно в 10.20 по московскому времени. На месте взрыва работает оперативно-следственная бригада. Это было вторым взрывом, прогремевшим в понедельник в Дербенте. 10 августа, около 8 часов утра, взрывное устройство сработало на пути следования автомобиля с военнослужащими пограничных войск. В результате взрыва погиб один военнослужащий-контрактник, еще один пограничник был ранен.

Кроме того, в Лакском районе Дагестана и соседних с ним районах продолжаются поиски боевиков, которые в ночь на 10 августа совершили нападение на наряд милиции. Напомним, около 01.00 по милиционерам отдела внутренних дел Лакского района был открыт огонь из автомашины "ВАЗ-21014", которую они попытались остановить для проверки документов. Два милиционера были убиты, один ранен. Также был убит один боевик, двоим удалось скрыться, один из них, предположительно, ранен.

В Ингушетии в ночь на 10 августа неизвестные из гранатометов обстреляли дом начальника УВД по Назрани. Пострадавших нет.

Как сообщает Юга.ру, обстрел был произведен из проезжавшей автомашины "ВАЗ". Ведутся поиски преступников.

По данным российских СМИ, печальная хроника первого полугодия 2009 года такова: в Дагестане погибли не менее 30 и были ранены не менее 41 сотрудника правоохранительных органов и военнослужащих.

Не менее 26 раз в республике совершались нападения, обстрелы и устраивались взрывы с целью покушения на жизнь сотрудников милиции и других силовых ведомств. В ходе семи контртеррористических операций (КТО), четырех спецопераций, 12 перестрелок и боестолкновений на территории Дагестана за полгода убиты не менее 56 человек, объявленных участниками незаконных вооруженных формирований. Количество задержанных и раненых при этом значительно меньше: известно о шести таких случаях в отношении пособников и о 14 - в отношении участников вооруженного подполья.

Таким образом, реальные события опровергают утверждения, которые раз за разом слышатся из Кремля, о "нормализации обстановки" в регионе, сокращении военного присутствия там и переходе от "контртеррористической операции" к восстановлению "народного хозяйства". С какими критериями бы эксперты ни подходили к оценке ситуации на Северном Кавказе, ясно одно: налицо ухудшение обстановки.

Дело в том, что, говоря о ситуации на Северном Кавказе, создается такое впечатление, что Кремль проявляет беспомощность и нежелание вникать в ситуацию в регионе по существу. На какое-то время Москве репрессивными методами удается достичь поверхностного успокоения в регионе, но проходит время, и оказывается, что все-таки Кремль просто не владеет ситуацией.

Разумеется, существуют фундаментальные причины того, что происходит сегодня на Северном Кавказе. Во-первых, это высокий уровень безработицы, прежде всего среди молодежи.

Во-вторых, высокий уровень коррупции, осуществляемой через клановые структуры. Эти структуры закрывают каналы для других и одновременно создают обиду на несправедливость власти.

В-третьих, высокий уровень насилия, который осуществляется правоохранительными органами. Зачастую правоохранительные органы действуют не строго по закону, а в соответствии с логикой войны. В результате происходит привыкание к насилию, и на некое несправедливое насилие находится желание отомстить. Возникает социально-психологический эффект, выталкивающий людей в подполье.

Здесь же можно отметить ослабление кадровой политики, которое, в частности, выразилось в том, что редко происходит смена руководства. Происходит закрепление клановых структур и нарастание ожесточенной борьбы их друг с другом, при которой они зачастую используют незаконные методы.

И, наконец, огромная доля теневой экономики, которая работает в тесном контакте с криминальными структурами, что приводит к проникновению криминальных методов в экономическую и политическую активность.

Приходится констатировать, что Северный Кавказ превращается в кризисную зону и очаг террористической угрозы не только для России, но и для соседних стран, и прежде всего для Азербайджана. Ибо все эти события происходят на границе с Азербайджаном.

Положение на Северном Кавказе усугублено еще и тем, что боевики позиционируют себя как общекавказское исламское движение и пытаются заставить власти играть по своим правилам. По мнению российских экспертов, группы боевиков объединены наднациональной идеологией, и это уже религиозно-политическое движение.

Соответственно, к своим врагам они относят как представителей центральной власти - военных, милицию, представителей безопасности из центра, так и практически любых военных и чиновников местного регионального уровня, вне зависимости от их национальности и религиозной принадлежности. Таким образом, предполагается, что вооруженные нападения со стороны боевиков как на сотрудников органов безопасности, так и на чиновников будут продолжаться.

Между тем более трети россиян (38%) уверены, что ситуация на Северном Кавказе стабилизируется, в регионе налаживаются порядок и мирная жизнь. Однако 29% все же полагают, что в этом регионе продолжается противостояние властей и террористов, вооруженный конфликт, идет партизанская война, а каждый пятый опрошенный высказывает опасения по поводу того, что в регионе растут террористическая активность, напряженность, которая скоро выплеснется в открытый вооруженный конфликт.

Чем выше у россиян самооценка материального положения, тем более спокойно они смотрят на вероятность эскалации напряженности на Северном Кавказе. Так, о стабилизации говорят 44% респондентов с высокой самооценкой материального положения и 35% - с низкой. Малообеспеченные россияне (22%) более склонны к пессимистическим оценкам ситуации, складывающейся в данном регионе (в сравнении с 15% среди обеспеченных россиян).

Наибольшие оптимисты в отношении ситуации на Северном Кавказе проживают в Сибири (45%), на северо-западе страны (41%), Центральном и Южном федеральных округах (40% и 39% соответственно). Каждый четвертый житель юга России (25%) ожидает, что растущая напряженность на Северном Кавказе выльется в открытый вооруженный конфликт, еще 26% считают, что в регионе идет партизанская война, продолжается противостояние террористов и властей. Наибольшее количество тех, кто затрудняется ответить на вопрос о том, что происходит на Северном Кавказе, проживает на Дальнем Востоке и Урале.

Половина россиян вообще не может понять, с чем связан рост террористической активности на Северном Кавказе (49%). Чаще всего респонденты отмечают "активную поддержку бандформирований извне, другими странами, не желающими усиления влияния России на Кавказе" и "борьбу за обладание ресурсами кавказских республик (нефть, деньги, территория)" (по 10% в каждом случае). Эти же аргументы чаще приводят и более образованные россияне.

Инициативный всероссийский опрос ВЦИОМ проведен 25-26 июля 2009 г. Опрошены 1600 человек в 140 населенных пунктах в 42 областях, краях и республиках России. Статистическая погрешность не превышает 3,4%.

Итак, российская власть и общество привыкают к нестабильному Северному Кавказу. Однозначно определить ситуацию в регионе представляется им задачей трудной. Безусловно, в Кремле могут утверждать, что там стабильнее, чем было раньше, когда шли чеченские войны. Но, когда убийства и теракты случаются едва ли не каждый день, понятие "стабильность" неприменимо. Эксперты и политики считают, что на Северном Кавказе идет что-то вроде латентной гражданской войны, где действует странный симбиоз оппозиции из представителей самых разных группировок - от религиозных радикалов до коррупционеров. Нестабильность связана с борьбой внутри правящих элит, которая также ведется крайне жестоко и не обходится без жертв.

Все это, как никогда прежде, ставит под сомнение адекватность федеральной политики по отношению к региону. Тем более что, по мнению местных экспертов, все, что происходит в северокавказских республиках, - это замкнутый круг из коррупции, насилия и беззакония. Замкнутый круг, который, по их стойкому убеждению, может разорвать лишь Москва. Но она почему-то делать этого не хочет...

Обсудить публикацию на форуме

________________

Георгий Энгельгардт: Стабилизация Северного Кавказа оказалась призрачной ("Deutsche Welle", Германия)

Виталий Наумкин: На северном Кавказе идет новая война ("ИноСМИ", Россия)