Владимир Путин приехал слишком поздно. Операторы государственного телевидения из-за многочасового стояния на сибирской вечной мерзлоте успели отморозить себе ноги, пока, наконец, вертолет с премьер-министром на борту не приземлился в городе Мирный. Этот город с населением 40 000 человек живет на доходы от экспорта алмазов, и жил бы не плохо, если бы экономический кризис не затронул и эту отрасль. Объемы экспорта контролируемого государством концерна 'Алроса' сократились, некоторым сотрудникам пришлось уволиться, заработная плата понизилась. Все это создает для Путина прекрасную возможность выступить в качестве спасителя. Перед работающими камерами он пообещал немедленную помощь в размере 770 миллионов евро, а также покупку алмазов. Затем он полетал дальше, чтобы провести уже в другом месте новую акцию спасения.

Сценарий подобной театрализованной акции спасения всегда одинаков - большое предприятие страдает от последствий кризиса, приезжает Путин, приносит деньги и обещает улучшения. А в вечерних новостях эта благая весть передается на всю страну. Меняются только места, где разыгрывается этот спектакль. Вот он посещает предприятие по производству автомобилей 'Лада' в Тольятти, затем тракторный завод в Челябинске и металлургический гигант в Магнитогорске. Специалисты в России говорят теперь о 'ручном управлении' экономикой и обществом.

Этот незатейливый вид экономической политики нацелен прежде всего на то, чтобы в кризисное время подбодрить население и держать его под контролем. Между тем российские экономисты все более резко критикуют экономическую политику правительства и обращают внимание на то, что структурные реформы, направленные на модернизацию и диверсификацию, либерализацию и открытость экономики, не дают желаемого результата. 'Несмотря на кризис, мы должны сейчас заложить фундамент новой, конкурентоспособной экономики', подчеркивает Михаил Делягин из Института проблем глобализации. Он не видит признаков того, что власть имущие в Кремле придерживаются такой же точки зрения.

А зачем им это надо? Как премьер-министр, так и президент Дмитрий Медведев, часто пытающийся при помощи похожих инсценировок завуалировать последствия кризиса, крепко сидят в седле, о чем свидетельствует проведенный в августе опрос московского исследовательского Левада-центра. Согласно данным этого опроса, 82 процента граждан России поддерживают Путина, 76% граждан этой страны поддерживают Медведева. Столь популярным этот 'властный тандем' не был с начала года. И это при том, что двое из каждых трех опрошенных считают, что осенью следует ожидать второй волны кризиса.

Путинская выборочная и проводимая в ручном режиме кризисная политика работает - но только при условии 'полной политической апатии', как заметил недавно Сергей Алексашенко из московской Высшей школы экономики. Социолог и директор Левада-Центра Лев Гудков объясняет это тем, что у 'путинской системы' отсутствует альтернатива. 'Оппозиция дискредитирована и удалена с политической арены. Средства массовой информации, имеющие решающее значение для формирования общественного мнения, находятся под полным контролем государственной власти и явно перед ней раболепствуют'. Поэтому политика, по его мнению, предпочитает полагаться на стратегию 'выживания'. К тому же, Путин может себе это позволить, поскольку в период экономического подъема в последние пять лет 'был накоплен большой ресурс доверия, гарантирующий в течение определенного времени поддержку со стороны населения, даже если ситуация заметно ухудшится'.

Специалист в области политической экономии Евгений Гонтмахер, работающей в близком к Медведеву Институте современного развития, изложил в ноябре прошлого года в одной газетной публикации, вызвавшей немало споров, сценарий всеобщего восстания. Пока еще этого не произошло. Демонстрации в декабре прошлого года во Владивостоке против повышения импортных пошлин на ввозимые подержанные автомобили носили ограниченный характер. За пределами живущего только за счет импорта корейских и японских автомобилей региона эти выступления протеста не получили дальнейшего распространения.

'Очень большая часть населения еще не так остро ощущает на себе последствия кризиса', считает Гонтмахер. Кроме того, русские привыкли переносить лишения. 'Опыт выживания в условиях кризиса закреплен почти на генетическом уровне. Пока обычному русскому хватает денег на хлеб, он протестовать не будет'.

Политолог Владимир Гельман из Европейского университета в Санкт-Петербурге не согласен с тем, что система Путина не подвержена воздействию экономического кризиса. 'Если кризис в России - это не просто грипп, а уже хроническое заболевание, то в таком случае ручное управление уже не будет функционировать'. По его мнению, этот режим может пережить опасную в социально-политическом отношении смесь из сокращения заработной платы, безработицы и обнищания в течение года, но не в течение двух лет, не говоря уже о трех.

С эти мнением согласен и Сергей Алексашенко, который указывает на огромную цену политики à la Путин, на сокращающиеся бюджетные резервы, а также на сложности при получении кредитов на международных финансовых рынках. 'Более продолжительный кризис заставит власть имущих начать политические реформы, так как накопление структурных проблем в таком случае станет намного более заметным'.

Структурных проблем у России предостаточно. Произошедшая всего лишь несколько недель назад тяжелая авария на одной из сибирских гидроэлектростанций показала, насколько изношенной является инфраструктура даже котирующегося на фондовом рынке концерна 'РусГидро'. Предприятия страны почти не конкурентоспособны, во всех отраслях не хватает новаторских идей для мирового рынка. Предприятия производят товары большей частью только для внутреннего потребления, или проедают средства из государственного бюджета, что делает их уязвимыми во время экономического кризиса. Недостатки экономики страны переносятся на общество, где действует система масштабного контроля и управления, блокирующая любую обратную связь с простыми людьми. Так же слепы власть имущие в отношении политических требований и реальных настроений в стране. Именно поэтому декабрьские акции протеста в отдаленном Владивостоке застали власть имущих в Москве врасплох.

Некоторые специалисты в области социальных наук считают, что назрела необходимость проведения смены политики 'сверху'. 'Мы должны не только справиться с кризисом, но одновременно также радикально реформировать экономическую структуру, - отмечает Гонтмахер. - Такая колоссальная задача не стояла перед России со времен Петра Великого'. Сергей Алексашенко, напротив, не ожидает никаких существенных изменений. Он исходит из того, что это будет короткий кризис, и Путин проведет через него страну, буксирую ее 'в ручном режиме'. 'После этого он скажет: 'Посмотрите, как здорово мы справились с кризисом'. В результате, как считает Алексашенко, нынешняя политическая конструкция со всеми ее структурными изъянами укрепится и просуществует еще определенное количество лет. 'Российский корабль будет и дальше скользить по волнам, и единственным якорем спасения для российской промышленности будет оставаться стремительное оздоровление мировой экономики'. До следующего кризиса.

Обсудить на форуме

______________

Для русских потребительский рай закончился ("Die Welt", Германия)

Миллионы россиян скатываются в бедность ("The Guardian", Великобритания)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.