Они не решаются раздавать шприцы, хотя это могло бы спасти наркоманов от СПИДа. «Нам сказали, что на этот счет существуют какие-то параграфы в законодательстве, - признается представитель неправительственной организации «ЮЛА» в Калининграде Инна Вышемирская. – Мы не хотим брать на себя никаких рисков». Так что она раздает презервативы, помогает найти врача и защищается от «административных» решений. «Недавно одно стихийное поселение, в котором нашли себе приют многие наркоманы, просто сравняли с землей, - продолжает она. – Однако эти люди все еще остаются там».


«ЮЛА» – это одна из нескольких десятков организаций, представленных на конференции по СПИДу, которая до пятницы на этой неделе будет работать в Москве. В ней принимают участие 2 500 делегатов из 60 стран, и такая представительность соответствует остроте самой проблемы. В России вместе с Украиной самый высокий рост случаев заражения вирусом иммунодефицита в мире. Почти миллион граждан этой страны инфицированы вирусом ВИЧ, около половины из которых официально зарегистрированы. Темпы роста количества инфицированных выросли с 11 процентов в 2006 году до 13 процентов в 2008 году. «Верхний предел еще далеко впереди», заявила  руководитель организации Международное общество по СПИДу  (International Aids Society) Робин Горна (Robin Gorna).


Насколько российские и  международные эксперты едины в оценке проблемы СПИДа в России, настолько их взгляды расходятся относительно вариантов лечения. Так, например, замещающий наркотик препарат метадон, успешно применяемый в таких странах как Германия, Голландия и Канада, а также в соседнем Кыргызстане и на Украине при лечении наркоманов, в России запрещен. Нет «доказательств» позитивного воздействия метадона, заявил главный российский санитарный врач Геннадий Онищенко на проходящей конференции.


Применение метадона, по его словам, приводит к еще большей зависимости, чем героин, а проявления ломки можно снимать другими методами, тогда как «свободное хождение» еще одного наркотика может быть «очень опасным».
Последнее, по мнению неправительственных организаций, и есть истинная причина. «Многие государственные эксперты по борьбе с наркотиками признают, что они опасаются создания нового рынка метадона», подчеркивает Инна Вышемирская. Ее коллега Альберт Зарипов формулирует еще более резко: «Тем самым Онищенко признает, что органы здравоохранения коррумпированы».


При этом Россия просто уходит от ответственности – так считают другие. На протяжении уже многих лет Глобальный фонд для борьбы со СПИДом (Global Aids Fund) успешно поддерживает базисные виды работ в регионах. По данным организации Евразийская сеть сокращения ущерба (Eurasian Harm Reduction Network),  таким образом было предотвращено заражение СПИДом 37 000 человек. Теперь Глобальный фонд для борьбы со СПИДом сворачивает свою работу, для того чтобы Россия, как Москва это пообещала на встрече в верхах в Санкт-Петербурге в 2006 году, взяла на себя финансирование этих работ. Однако Россия теперь ничего не хочет об этом слышать. Критики заявляют, что сотрудники фонда теперь должны быть уволены, рабочие помещения пустуют. По их мнению, 30 неправительственным организациям и еще 200 группам грозит закрытие и, более того, закрываются «жизненно важные программы».


Можно сказать, что ни в какой другой области российское гражданское общество не принимает такого активного участия, как в борьбе со СПИДом, однако для государственных контролирующих органов независимые проекты все еще остаются подозрительными. Будущее трехлетнего национального проекта в области здравоохранения, направленного на борьбу со СПИДом, продолжает оставаться неясным. По сообщению Интерфакса, член парламентского комитета по охране здоровья Лариса Шойгу заявила о том, что финансирование этой программы будет даже увеличено, и в ближайшие два года оно возрастет до 440 миллионов евро. Однако один из высокопоставленных сотрудников федеральной службы по контролю за оборотом  наркотиков заявил, что продолжение финансирования этой программы в бюджете еще не закреплено.


СПИД – проблема маргинальных групп


СПИД считается в России проблемой маргинальных групп. Просветительская работы почти не ведется, а социальное давление на инфицированных в обществе очень сильно. По имеющимся данным, больницы отказываются принимать ВИЧ-инфицированных. В сельской местности заражением СПИДом может означать социальную изоляцию. Три четверти инфицированных – это наркоманы, и их число за прошедшие несколько лет существенно увеличилось. Еще год назад глава Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков Виктор Иванов предупреждал о том, что Россия стала крупнейшем в мире потребителем афганского героина. В среду он привел такие данные  -  в стране от 1,5  до 2 миллионов наркоманов, и это, по его словам, «ужасающее количество». Тонны за тоннами этого зелья, приготовляемого на кухнях боевиков движения Талибан, перевозятся через границы стран Центральной Азии на север. Прежде всего этот товар доставляется в зажиточные метрополии – в Москву и Санкт-Петербург, но также и в такие центры нефте- и газодобычи в Западной Сибири как Ханты-Мансийск или Ямал. Таким образом, подчеркнул Иванов, наркомания расширяет зону своего распространения. По его словам, цена за одну дозу этого наркотика в Москве увеличилась с 1500 до 3000 рублей, что объясняется сократившимися поставками и одновременно свидетельствует об успешной работе его ведомства.


По мнению Иванова, афганский героин – это международная угроза. «Возьмите, к примеру, Узбекистан – там исламистское движение Хизб-ут-Тахрир (Hisb-ut-Tahrir)  финансируется за счет средств, получаемых от продажи наркотиков», отметил Иванов. Наркотики, по его мнению, - это «оружие массового уничтожения», применяемое против молодежи, и это вопрос, который должен стать предметом рассмотрения Совета Безопасности ООН, по крайней мере в этой области должно быть налажено более тесное сотрудничество с Америкой. В середине ноября Россия планирует представить план борьбы против торговли наркотиками. Однако, как считает Иванов, одними полицейскими мерами наркоманию победить нельзя.