Высочайший уровень коррупции назвали главной бедой российского общества участники встречи с журналистами в Независимом пресс-центре в Москве. Говорится об этом не впервые, но сегодня правозащитники и юристы хотели обратить внимание на уголовные дела, возбуждаемые против тех, кто пытается расследовать и обнародовать случаи коррупции. Такие гражданские активисты должны быть под защитой общества, но в действительности они, как правило, совершенно беззащитны. А их обвинителями часто становятся люди, подозреваемые в коррупции. Именно по их заявлениям против правозащитников и возбуждаются дела.

Межрегиональное общественное объединение «Справедливость» стало одним из тех, где активно практикуют так называемые «общественные расследования». В них вовлечены юристы, журналисты и правдоискатели, которые добиваются огласки фактов коррупции. По сути, это симбиоз адвокатского и журналистского расследования конкретных случаев. Результаты передаются в правоохранительные органы, пишутся запросы и заявления. За два года активистам удалось раскрыть, предать огласке и направить в прокуратуру данные о нескольких коррупционных схемах. По оценке «Справедливости», это позволило Московской области сэкономить несколько миллиардов рублей. Однако, в основном, работа это тяжелая и, мягко говоря, неблагодарная. По словам председателя правления МОО «Справедливость» Андрея Столбунова, «государственные органы пишут гражданам одно, а в жизни получается совершенно другое. От этого устали и сами граждане, и юристы, которые им помогают. И когда есть явные нарушения прав граждан, а правоохранительная и правоприменительные системы не хотят в упор замечать очевидные факты, присылают отписки и, фактически, выгораживают тех людей, которые нарушают права, Конституцию и множество законов, это возмутительно. Мы не стали с этим мириться и делаем все, что можем на своем уровне».

Г-н Столбунов добавил, что «Справедливость» столкнулась с активным противодействием со стороны Федеральной службы безопасности по Москве и Московской области в контакте со следственными органами, когда юристы провели расследования, в которых фигурировали подмосковные чиновники высокого уровня. «Нас стали активно давить», – заявил Андрей Столбунов, сказав в подтверждение своих слов, что против него тоже пытались возбудить уголовное дело, которое, в итоге, развалилось. И у него есть документы, доказывающие причастность ФСБ к этому несостоявшемуся уголовному преследованию.

Одной из наиболее «удобных» статей Уголовного кодекса для возбуждения дел против гражданских активистов, юристы называют статью о мошенничестве. Именно это чаще всего инкриминируют тем, кто «везде сует нос». На втором месте, по статистике, обвинения в вымогательстве. Наибольшую тревогу правозащитников вызывает сегодня дело Дмитрия Барановского, заместителя председателя правления «Справедливости». Его обвинили в «вымогательстве путем распространения порочащих сведений» двое фигурантов общественного расследования – бывший высокопоставленный сотрудник «Сбербанка» Александр Алтунин и сын министра транспорта Московской области Денис Кацыв. По словам адвоката г-на Барановского Ирины Грудинской, оба заявителя подозревались в серьезных правонарушениях, Александра Алтунина после обнародования фактов уволили из «Сбербанка» по дискредитирующим основаниям, а Денис Кацыв указывался в материалах расследований, как причастный к отмыванию средств и хищениям. Речь, в частности, шла о хищении земли у 867 пайщиков бывшего колхоза имени Ленина (дело против Дмитрия Барановского участники пресс-конференции назвали сфабрикованным). Причем, по мнению юристов, следователи намеренно избрали тяжкую статью, позволяющую уже более восьми месяцев держать г-на Барановского под стражей. По версии следствия, он шантажировал заявителей, называя факты их противоправной деятельности во время публичных мероприятий и направляя заявления в правоохранительные органы.

«По мнению следствия – это способ вымогательства. По фактам хищений возбуждены конкретные уголовные дела, они расследуются, факты хищения установлены, но все это – способ вымогательства со стороны Дмитрия Барановского. Причем, по версии следствия, «под прикрытием необходимости борьбы с коррупцией в государственных органах государственной власти». Оказывается, борьба с коррупцией – это не право и не почетная обязанность каждого гражданина, как бы банально это ни звучало, это не желание Дмитрия Барановского реализовывать программу борьбы с коррупцией, о которой говорил президент, а способ вымогательства», – заявила Ирина Грудинская, отметив, что из материалов следствия невозможно понять, какую выгоду для себя преследовал ее подзащитный.

История Дмитрия Барановского, пожалуй, самая громкая, но далеко не единственная в списке уголовных дел, заведенных против людей, пытавшихся противостоять коррупции. Председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева считает, что проблема и опасность заключаются в абсолютной безнаказанности ФСБ и отсутствии контроля за деятельностью этой структуры. Она уверена, что, будь на то воля, или желание, ФСБ может завести дело против любого гражданина страны.

«ФСБ в нашей стране – неприкасаемая организация. И, будучи выведенной из рамок закона, ФСБ «пилит бабло» и не только это, но и все вокруг, – сказала Людмила Алексеева. – Они зарабатывают себе звания и должности. Общество сосредоточилось на милиции, и правильно делает, потому что надо давить снизу, иначе никакая реформа милиции не получится. Но насчет ФСБ, заметьте, никто даже не заикается... Каждый, кто что-то знает о коррупции, должен противостоять, иначе пропадет страна, проедят ее».

Эксперт Государственной думы, заместитель директора департамента по борьбе с коррупцией Парламентского центра «Комплексная безопасность Отечества» Сергей Комков видит и еще одну важную проблему: «Наши руководители инсценируют борьбу с коррупцией и поручают ее людям, которые и являются источником коррупции. Результатом будет только ухудшение ситуации». Единственное, чего, по утверждению г-на Комкова, пока еще боятся причастные к коррупции чиновники, это огласки. Потому в борьбе с «главной российской бедой» так важна роль средств массовой информации и низовых организаций. Участники брифинга признали, что в том случае, если этой работе будут препятствовать, замалчивать факты коррупции и «загонять болезнь внутрь», не исключен вариант развития событий, который с недавних пор стали называть «киргизским».