С какого момента можно отвечать «писатель», когда вас спрашивают о вашей профессии? Для некоторых он наступает очень быстро, слишком быстро, если присмотреться к тому, что они на самом деле пишут. К другим он приходит позднее, что объясняется сомнениями в себе, честностью или врожденной скромностью. Майлис де Керангаль (Maylis de Kerangal) принадлежит ко второй группе, авторам, которые не появились на свет с огромной печатью «писатель» на лбу. Лишь после выхода шестой книги «Карниз Кеннеди» (Corniche Kennedy, Verticales, 2008 год) ее жизнь окончательно «сдвинулась» в сторону литературы, а слово, наконец, полностью завладело ею в независимости от душевного настроя.

 

«Я в большей степени формирующийся, нежели состоявшийся писатель», - отмечает она с серьезным видом. Так, путешествие по Транссибирской магистрали стало совершенно новым опытом для родившейся в 1967 году писательницы, которая до того момента ни разу не была в России: она не просто провела две недели весной 2010 года в легендарном поезде, само название которого живет в мечтах, но и находилась в компании десятка своих коллег по ремеслу, причем всех их везли как единый и единственный экспортный товар. 

 

Что касается этого последнего момента, она с осторожностью признает, что путешествие не оставило у нее ощущения принадлежности к некой однородной среде. Пусть даже «все способствовало тому, чтобы превратить нас в почти неразличимую группу писателей». Поездка была утомительной и несколько тяжелой для людей, которые привыкли ездить (и смотреть на все) в одиночку: она была очень официальной, распланированной, но «необычайно богатой», - вспоминает она. Пессимистические прогнозы некоторых ее друзей, которые рисовали картину будущего путешествия в самых мрачных тонах (сосредоточие нарциссизма и гигантомании, говорили они, настоящий ужас!), оказались совершенно ошибочными. «Писатели не лучше и не хуже других людей. Там все работали. Каждый был полностью поглощен окружающим, то есть Россией. Все были собраны и сосредоточены». Никаких бесконечных разговоров о коварстве издателей, непонимании читателей, посредственности журналистов. Не заметно было и особой «писательской общительности, которая может обернуться кошмаром, - вспоминает она. - Все уходило на Россию». 

 

Да, именно на Россию. А, если точнее, то на Сибирь, через которую они проехали до самого Владивостока. «Земля депортаций, ГУЛАГа, другая сторона железного занавеса, - говорит она. - Для меня встреча с россиянами была самой невероятной экзотикой». В то же время путешествия ей отнюдь не чужды: можно сказать, что она имеет с ними дело с самого детства. Дочь капитана дальнего плавания, она стала лоцманом в порту Гавра и наслаждалась таинственностью, которая окружала отъезд и возвращение ее отца. 

 

Склонность к большим пространствам

 

Позднее, получив диплом по истории и этнологии, она несколько лет работала редактором в отделе справочников и путеводителей издательства Gallimard. Чуть позже она провела два года в США, где написала свою первую книгу «Я иду под грозовым небом» (Je marche sous un ciel de traîne. Verticales, 2000). Вторым опубликованным произведением стала «Жизнь в путешествии» (La Vie voyageuse. Verticales, 2003). В нем по-прежнему звучат мотивы движения, перемещения, пути. «Рождение моста» (Naissance d'un pont), третий роман, который принес ей премию «Медичи» в 2010 году, тоже окрашен географией. В неназванной, но далекой от Франции стране идет строительство моста. На стройке работают люди из разных стран, и их рассказы становятся предметом одновременно мощной и поэтичной картографии. 

 

Несмотря на ярко выраженную склонность к пространствам, а скорее даже большим пространствам, Майлис де Керангаль решила обратить взгляд вовнутрь поезда, а не наружу. Может быть, причиной стала «потеря ощущения пространства и времени», которая сопровождает движение вагонов? Как бы то ни было, она отказалась от путевых заметок, в отличие от некоторых своих соседей-писателей. «Недостаточно опыта», - посчитала она. И никакого желания погружаться в заблуждения или клише. Однако после трех дней в пути у нее возникла «жажда фантазии». Сама по себе легендарная природа Транссибирской магистрали, которая породила города вдоль своего движения, будоражила ее воображение. Но это еще не все. Была еще и дрожь жизни в поезде, вибрация вагонов, которые шли по рельсам на величественной и неизменной скорости в 60 км/ч.  

 

«Поезд - это машина фантазий», - отмечает писатель. Заметив, что Транссибирскую магистраль используют также для перевозки солдат, Майлис де Керангаль заинтересовалась призывниками, которых видела на вокзалах во время остановок поезда. Это были совсем еще молодые ребята, которые по виду не просыхали несколько дней. Они дали ей идею для романа, первые десять листов которого она написала в своем купе. По возвращении во Францию она быстро закончила работу, в том числе для France Culture, который заказал ей сериал из пяти серий. 

 

Несмотря на накал страстей в повествовании, его интенсивность и лирические отступления, оно все равно остается на удивление детальным и точным. «Меня интересует обыденность», - объясняет Майлис де Керангаль. То есть, сама жизнь во всей ее глубине и неприглядных моментах. В то же время ее рассказ никогда не опускается до чистой прозы. А наблюдение за реальной действительностью не определяет характер романа, который можно назвать интимным и личностным. «Побег на восток» (Tangente vers l'Est) предлагает другое: постоянное движение между внутренним и внешним миром - идеальное путешествие.