Москва. – Надо ли регулировать интернет? Из Москвы слышится отчетливое «да». Россия хотела бы, чтобы глобальная сеть не только была очищена от детской порнографии и виртуальных преступников, но и чтобы в интернете шла более эффективная борьба с распространением террористических идеологий. Об этом издание Aktuálně.cz прямо в Москве поговорило с Ильей Рогачевым, директором департамента по вопросам новых вызовов и угроз Министерства иностранных дел России.

Россия выступает за создание системы правил и обязательств в виртуальном пространстве. При этом, обвинений в цензуре Москва не боится. «Большинство наших оппонентов утверждает, что нельзя интернет регулировать, потому что должна быть сохранена его свобода. Но ее на самом деле уже нет, абсолютной свободы интернета», - утверждает ведущий российский дипломат.

Первую часть интервью читайте здесь «Москва: поддержка сирийской оппозиции – пакт с «Аль-Каидой»»

- В начале июня в Санкт-Петербурге прошел саммит Россия-ЕС. Обе стороны уже давно пытаются найти общий язык в ключевых политических и экономических вопросах. Пока - неудачно. Существуют ли какие-нибудь темы, касающиеся новых угроз, по которым между Москвой и Брюсселем царит консенсус?

- Да, такие темы существуют. Если они - не консенсусные, то, во всяком случае, по этим темам мы во многом согласны друг с другом. Существуют такие области, в которых наши взгляды очень близки. Например, борьба с морским пиратством.

Смотрите также: Филтрация и блокирование интернета - мировой опыт

В этом вопросе у нас практически идентичные взгляды. С Евросоюзом мы, в первую очередь, сотрудничаем в регионе Африканского Рога, где развернута операция ЕС «Атланта». Это самая крупная и самая эффективная операция из всех многонациональных форматов, которые действуют в этом регионе. В зоне активности сомалийских пиратов мы сотрудничаем как с ЕС в целом, так и с отдельными странами-членами  Евросоюза.

Единственное разногласие между нами и ЕС в этой области заключается в вопросе о преодолении безнаказанности пиратов. Россия предложила создать какой-то международный судебный механизм, который обеспечивал бы уголовное преследование морских бандитов. Некоторые члены ЕС нас в этом поддерживают, некоторые - нет.

- Удается ли каким-то образом реализовать этот проект?

В силу того, что в рамках антипиратской коалиции пока не сложился консенсус по этому вопросу, реализовать проект не удается. Однако, существует понимание, что нужно предпринять какие-то дополнительные усилия, а не просто оказывать помощь прибережным странам в укреплении их судебных и пенитенциарных систем. Такая двухсторонняя помощь оказывается, но этого явно не достаточно.

- А чем ваши партнеры оправдывают свою позицию?

- Их главным аргументом является то, что создание суда или трибунала трудно с точки зрения финансов и времени – дорого и долго. Но если бы мы начали работать в этом направлении три года назад, когда мы такой проект предлагали, у нас сейчас уже был бы работающий суд.

Также по теме: Антон Носик про закон об интернете

- А в других областях вы тоже сотруничаете с ЕС?

- Да, например в области борьбы с незаконным оборотом наркотиков или с террористическими угрозами. Конечно, сотрудничаем в той степени, в какой это позволяет компетенция Евросоюза, поскольку значительные области компетенции остаются за отдельными государствами-членами. И это для России создает определенные проблемы. Нам приходится об одном договариваться с ЕС, а потом о других аспектах той же проблемы - с отдельными странами-членами ЕС. Это бюрократически неудобно.


Несмотря на это, в заключительной фазе находятся, например, переговоры по соглашению между Россией и ЕС о сотрудничестве в противодействии незаконному обороту прекурсоров, химических веществ, необходимых для производства наркотиков.

- Серьезной новой угрозой являются также нападения в киберпространстве. Можно, например, упомянуть недавние атаки на Иран или похожие операции КНДР против южного соседа. Но нужно ли уже на международном уровне принимать какие-то меры?


- Да, Россия придерживается такой точки зрения, что нужно эту сферу регулировать. Здесь должны существовать правила поведения.

- И каковы ваши предложения?

- Одно из них – разработать на глобальном уровне универсальный документ против преступлений корыстного характера в киберпространстве. Также следует установить «правила поведения» для государств.

Читайте также: О введении контроля в российском интернете

- То есть подписать, например, Женевские конвенции по киберпространству?

- Пока должно быть создано что-то более сфокусированное и короткое, чем Женевские конвенции о защите жертв войны 1949 года. Государства должны договорится о том, что они могут делать и в киберпространстве и что не могут по отношению друг к другу. Кто-то говорит о конвенции, кто-то - о кодексе поведения. Мы полагаем, что регулирование должно быть юридически обязательным. То есть, это должен быть международный договор. Но мы готовы обсудить и другие варианты.

- В последнее время также обсуждается регулирование в интернет пространстве. Какая позиция в этом вопросе у России?

- Это - один из пунктов, по которому у нас с большинством стран-членов Евросоюза расхождение во взглядах. Мы считаем, что нужно договориться об определенных правилах и регулировании информации, которая появляется в интернете. Не только защищать от вмешательства в работу сетей (хакерские действия), но и охранять неприкосновенность и содержание информации. Мы убеждены, что контент также должен регулироваться.

Нельзя допустить, чтобы в виртуальном пространстве было возможно пропагандировать террористические идеологии и насилие, чтобы виртуальное пространство использовалось в подрывной деятельности против другого государства. Принцип равенства и суверенитета в этой сфере должен быть тоже соблюден.

Также по теме: Почему после конференции о свободе интернета за решеткой оказывается так много блогеров?


- Однако ваши оппоненты могут обвинить вас в нарушении свобод.

- Да, большинство наших оппонентов утверждает, что нельзя интернет регулировать, потому что должна быть сохранена его свобода. Но ее на самом деле уже нет, абсолютной свободы интернета. Например, полицейские всего мира борются с распространением детской порнографии в сети. Есть и другие ограничения. Даже в самых «демократических» странах. В США есть «запретные слова», и, если вы их наберете в поисковике в определенном контексте, вы можете оказаться в тюрьме, в частности - за разжигание расовой розни.

Однако, почему-то в интернете можно призывать к совершению терактов. После уличных беспорядков в ряде европейских столиц очень большая работа ведется в плане ужесточения национального законодательства, чтобы предотвратить использование интернета, социальных сетей для организации таких протестов. Почему в некоторых случаях и некоторых странах цензура фактически разрешена, а в других - это нарушение свободы и прав человека? Это - явные двойные стандарты, с которыми мы не согласны.

Безусловно, нужно тщательно обсуждать глубину этого регулирования, распространение какой информации в интернете должно считаться криминальным, а какой – нет. Но стандарты должны быть одни для всех.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.