Кипр и Евросоюз достигли договоренности по поводу этой крошечной и находящейся в сложном положении экономики еврозоны. Это хорошая новость для Кипра (даже если соглашение окажется провальным, по крайней мере, это конец неопределенности), а также хорошая новость для ЕС. Однако само разрешение «саги по спасению Кипра», судя по имеющейся информации, было бы плохим известием для России. Оно было бы сигналом того, что Россия провалила попытку частично восстановить свое былое могущество в Европе и выступить в качестве альтернативы Евросоюзу.

У России в ситуации с Кипром на кону несколько интересов. Первый – самый явный – заключается в том, что российские граждане могут потерять миллиарды долларов накоплений, находящихся в банках Кипра, служащего налоговым раем для российских олигархов. Следует напомнить, что эти олигархи имеют огромную политическую силу в России. Во-вторых, Кипр – это государство-клиент Москвы, полезный маленький союзник в таких вопросах, как отправка вооружений в Сирию. Третий аспект символичен и мало относится к самому Кипру – речь идет о положении России в Европе.

Процесс переговоров по поводу спасения Кипра был своего рода противостоянием между Москвой и ЕС. Который из двух крупнейших благодетелей Кипра мог бы получить более выгодную сделку?

На прошлой неделе парламентарии Кипра пытались заключить договор с ЕС. Они также пытались вести переговоры с Россией по поводу продления кредита. Их план заключался в том, что чем больше они получат от России, тем меньше им нужно будет брать у Евросоюза, что сделает процесс выхода из кризиса менее болезненным. Кипру настолько это было нужно, что он даже предложил России доли в своих недавно обнаруженных запасах природного газа.

Это было для России возможностью сделать Кипр - государство-клиент - еще более лояльным и представить себя в качестве альтернативы Евросоюзу, что является одной из давних попыток страны «притянуть» Восточную Европу к своей «орбите» и таким образом снизить относительную силу Запада. Во время переговоров российский премьер-министр публично раскритиковал ЕС, назвав его «слоном в посудной лавке».

Если сегодняшнее соглашение останется в силе, для России это означает не очень благоприятный исход. Переговоры между Кипром и Россией на прошлой неделе завершились ничем – российские чиновники заявили коллегам–киприотам о том, что они не готовы одобрить предложенные меры.

И все же создается впечатление, что Россия вела переговоры – только по-своему. «Россия приняла абсолютистский подход по отношению к Кипру, - написал тогда обозреватель Reuters Феликс Салмон (Felix Salmon). – Этот шаг кажется мне классической игрой с высоким уровнем агрессии и риска. Представьте себе Медведева в роли менеджера геополитического хедж-фонда или игрока в покер, и ситуация станет более понятной».

Другими словами, Москва, возможно, пытается заставить Кипр согласиться на сделку, которая была бы максимально выгодной для России. Пол Мерфи (Paul Murphy) из Financial Times, которого цитирует Салмон, считает, что это заставило Кипр пойти по сценарию в стиле «все или ничего». «Кипру сейчас предстоит выбрать между двумя альтернативами: стать поручителем гангстерских российских финансов или полностью повернуться к Европе, закрыть большую часть своего теневого банковского сектора и перевести свою экономику к чему-нибудь более устойчивому», - написал Мерфи.

Возможно, Москва думала, что это склонит ее «клиентское» государство к пророссийскому выбору, однако, похоже, эффект получился обратным.

Согласно достигнутой сегодня договоренности вкладчики, депозиты которых в банках Кипра составляют более 130 тысяч долларов (а многие из них – это олигархи, которые укрывают свои деньги на Кипре) – потеряют даже больше, чем предрекали перед «противостоянием» на прошлой неделе. Некоторые из них потеряют все свои деньги. Кипр как нация станет более обязанным Кремлю и, как следствие, менее обязанным России, у которой в этом случае и без того будет меньше интересов по отношению к острову.

Нельзя сказать, что Россия теряет свое «клиентское государство»: политические и культурные связи, скорее всего, все еще слишком глубоки, чтобы нечто подобное и резкое произошло столь быстро. Однако Москва явно не делает себе одолжения. Как Салмон написал сегодня, «если эта игра закончится, это будет явный проигрыш для России и явная победа для ЕС».

Агрессивный подход Москвы в стиле «все или ничего» только лишь подтолкнул Кипр ближе к Европе. Подобный сценарий может показаться знакомым тем, кто хорошо знает историю холодной войны: тогда такой жесткий контроль над Восточной Европой, как доктрина Брежнева, помог посеять семена политической смуты, развала Советского Союза и последовавшего за ним распространения НАТО на восток до самой Румынии.

Это, конечно, экстремальный пример, но он демонстрирует определенные привычки российской внешней политики. В 2009 году, когда Россия перекрыла поставки газа на Украину ( и вместе с ней – в большую часть юго-восточной Европы, которая импортирует российские энергоресурсы через Украину), пытаясь заставить страну заплатить долги Москве, это в итоге стоило России миллиарда долларов в потерянном экспорте. Также, возможно, это решение подорвало репутацию страны как безопасного источника энергии.

Вот что написал обозреватель Foreign Policy Дэн Дрезнер (Dan Drezner) по поводу ситуации с Кипром, говоря о России: «Вот вам и весь противовес Европейскому Союзу. Москва не смогла сдвинуть явно ослабленный Евросоюз с его позиции по отношению к стране-члену ЕС с самыми близкими связями с Россией». У Москвы явно были все карты, чтобы победить на Кипре, обеспечить хорошие условия для своих кредиторов и притянуть клиентское государство чуть ближе к себе. Однако, если продолжать использовать аналогию с властью,  кажется, что Москва не понимает, что игра, в которую она играет, изменилась. Это больше не холодная война – Россия не может силой продавить свое возвращение в Европу.

Между прочим, это тот же урок, что Россия, возможно, получила и на Ближнем Востоке. Она может отправлять своему верному союзнику Башару Асаду столько оружия, сколько ей вздумается – однако она не может остановить «арабскую весну».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.