- Кем останется в российской истории Борис Березовский?

- Он не останется в истории (35% опрошенных)


Ох, как не хотелось писать о Борисе Абрамовиче Березовском. И по рукам себя бил, и от новых материалов отворачивался, и на броские заголовки не покупался. Держался даже тогда, когда поток информации об опальном олигархе превратился в цунами, когда захватывающий сюжет его жизни взорвался информационной бомбой, и мельчайшие осколки его деяний и злодеяний разлетелись по всему миру и осыпали нас противоречивой информацией.

Но все же "последней каплей", заставившей меня вздрогнуть, был результат опроса, проведенного на портале Forbes.ru. Опрос получился репрезентабельный, проголосовало около 30 000 респондентов. Что поразило больше всего: свыше 35% опрошенных не посчитали нужным внести Березовского Б. А. в список исторических личностей. В этот момент понял – не сдержусь и изложу свою версию.

- Кем останется в российской истории Борис Березовский?

- «Серым кардиналом» времен Бориса Ельцина (36% опрошенных)


Хотелось бы для начала объясниться с читателем, то есть - разобраться с терминами.

Речь идет о броском выражении, вынесенном в заголовок: «звездный час».

Мы имеем в виду не тот звездный час, который праздновала пресса, получив в руки свеженький труп. Тот информационный повод, породивший лавину публикаций, который вознес Березовского на вершину рейтингов. Заметим, рекламу получил не Борис Абрамович Березовский, пусть даже и опечаленный потерей миллионов, но живой и любящий пиар; а его хладный труп, совершенно безучастный ко всему. Таинственная гибель олигарха, именно его необъяснимая смерть и вернула его на рейтинговую сцену.

Мы подразумевали не трагическую смерть Бориса Березовского, которая знаменовала конец целой эпохи. По оценке многих наблюдателей, уход БАБа стал не просто смертью частного лица, а символом уходящих лихих девяностых, а Березовский – олицетворением прошлого века, типичным персонажем. В таком случае «звездный час» относился бы скорее не к конкретному человеку, а к символу.

Мы говорим о том значении «звездности», как понимал ее Стефан Цвейг в книге «Звездные часы человечества». В ней показаны самые примечательные и выдающиеся фигуры мировой истории. И вовсе не обязательно, чтобы были они источниками добра и борцами за свободу – многие новеллы посвящены гениям зла и гнилым язвам на теле прогрессивного человечества. Вспомните новеллу об Иоганне Августе Зутере, в жилах которого пенилась кровь авантюриста. Или роман о творце политического сыска Франции Жозефе Фуше.

- Кем останется в российской истории Борис Березовский?

- Одним из крупнейших предпринимателей 1990-х (11% опрошенных)


Невозможно точно и однозначно ответить на вопрос, поставленный опросом: кем же, собственно, был злосчастный Березовский? Крупным предпринимателем, талантливым ученым, «серым кардиналом» или злым духом, навязавшим несчастным россиянам Владимира Путина? К данным характеристикам следовало бы добавить еще десяток определений. Березовский - великий комбинатор, который опутал сетями и деловую элиту, и политический бомонд, и интеллектуальную верхушку. БАБ – отпетый мошенник и аферист, связанный с мафиозными структурами. Борис Абрамович – счастливец, который оказался в нужное время в нужном месте. Б. А. Березовский – деловой сверхчеловек, талантливый менеджер, руководитель и вдохновитель новых проектов, умеющий извлекать выгоду из любых ситуаций.

Но и не только…
 
Однако, какой стороны ни коснись в характеристике нашего героя - все двоится-троится, меняет свои формы и перетекает в иное измерение. Поневоле задумаешься о роли Березовского, о его странных совмещениях и парадоксальных рывках в карьере, о необычных переходах и головокружительных зигзагах судьбы и понимаешь – никак нельзя обойтись без доли мистики, непонятных совпадениях и устоявшегося мифа.

- Кем останется в российской истории Борис Березовский?

- Человеком, который привел к власти Владимира Путина (17% опрошенных)


Легко объяснить превращение младшего научного сотрудника в доктора наук. Можно понять назначение его заведующим лабораторией. Можно как-то представить переход из науки в бизнес, а затем быстрое превращение бизнесмена средней руки в удачливого олигарха.

И намного сложнее понять, как из рядов олигархов выделяется Березовский и делает вдруг скачок во власть. Потом из всемогущего государственного деятеля превращается в опального эмигранта.

И все это на фоне хитроумных заговоров, многоходовых комбинаций, наглых выходок, криминальных разборок, нечистоплотных секс-скандалов. Не забудем и активную поддержку революционных движений в России, на Украине, в Грузии. Преследование БАБа несколькими государствами. А бесконечные судебные тяжбы,  плетение заговоров, вереница детей и разборки с женами и любовницами?

Как охватить круг интересов и знакомств - от ученых, интеллектуалов до воров в законе.

«Но каждый человек, который все схватывает на лету, должен быть готов к тому, что когда-нибудь на лету схватят его самого» (Пелевин «Generation «П»)

В этот момент неуловимая фигура вездесущего Березовского превращается в мифический персонаж. Чтобы увязать в одно целое мешанину разнородных фактов, журналистам не остается ничего иного, как превратить его в исторический персонаж. И этот переход-преобразование отметили многие, сравнив его с литературным персонажем.

Березовский, совершив очередной, теперь уже посмертный трюк, стал ассоциироваться со знакомыми литературными героями. Почему-то, не сговариваясь, совершенно разные журналисты обратились к литературе.

Чаще всего сравнивают с Мефистофелем - Люцефером, владыкой подземного царства. Реже всплывает профессор Мориарти, гений зла и предводитель уголовного мира. Изредка мелькнет сравнение Бориса Березовского с шекспировским героем, трагическим персонажем, не имеющим себе равных по размаху страстей и масштабу замыслов. Встречается также сравнение с коварным венецианцем, способным на любую подлость. Кто-то сравнивает его с великим Фаустом, мечтающим остановить мгновенье, другие - с уродом Франкенштейном, третьи - с несчастным королем Лиром. Были сравнения с Распутиным и персонажем по имени Мердл – дельцом, сколотившим состояние из романа Диккенса «Крошка Доррит».

Но чем больше сравнивали Березовского с литературными героями разных эпох, чем больше подбирали говорящих аналогий – тем меньше он походил на них. И чем меньше Березовский смахивал на кого-либо – тем неотвратимей требовал своего места в цепи литературных героев.

Думается, современный Стефан Цвейг, возьмись он за описание современности, непременно отвел бы в своей книге несколько страничек и Борису Абрамовичу Березовскому.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.