Когда проводишь параллели между похожими на первый взгляд событиями в разных странах, всегда нужно проявлять осторожность. Но между нынешними протестами в Турции и недавними событиями в России есть немало удивительных сходств.

Это два формирующихся рынка, радикально отличающиеся один от другого. Но между протестующими и между режимами есть общие черты, особенно что касается их лидеров, а также основополагающих причин и поводов для протестов. Один из выводов заключается в том, что протесты возникли не из-за экономики, а из-за экономических событий. Это объясняет то, почему они происходят именно сейчас. Данное обстоятельство может показаться парадоксальным, поэтому начать следует с теории.

Способствует ли экономическое развитие развитию демократии?

Ученые активно спорят по вопросу о том, есть ли позитивная связь между экономическим развитием и демократией. Этой теме посвящено огромное количество литературы, и как всегда бывает в академической среде, разногласий в данном вопросе тоже немало. Но многие поддерживают мысль о том, что возникновение среднего класса положительно сказывается на политической активности населения.

Один ученый очень точно и кратко изложил выводы исследований так называемой модернизации. Он сказал: «После периода рекордного экономического роста быстро увеличивающийся средний класс уже не довольствуется беспрецедентной личной свободой  и благополучием; он стремится к свободе выбора и к участию в управлении своей страной».

Читайте также: Всего за год Путин заткнул рот оппозиции

Экономический рост – это вполне применимо как к России, так и к Турции, поскольку  в обеих странах ВВП на душу населения за последнее десятилетие вырос с маленьких однозначных до солидных двузначных цифр.

Дело не в экономике, а в политике

Революции и протесты рождаются по нескольким причинам.  Одна из них очевидна: это отчаяние либо голод в условиях бедности или экономической бесхозяйственности. Но ни в России, ни в Турции такая причина не присутствует, поскольку их экономики в последнее время показывают довольно приличные результаты. Темпы роста в этих странах недавно замедлились, но проблем с безработицей там нет, а характер протестов указывает на то, что людей не очень беспокоит состояние экономики. На самом деле, можно говорить о том, что протесты сдерживались мощными экономическими показателями. Некоторые ученые утверждают, что граждане могут дольше мириться с авторитарными тенденциями, если экономика сильна и успешна. Такая «легитимность по экономическим показателям» особенно сильна в нефтедобывающих странах, к которым относится Россия.

Митинг оппозиции в поддержку заключенных по "Болотному делу"


Скорее, протестное движение в России и Турции выросло из благополучия. Его возглавляет в основном  средний класс, который выиграл от экономических успехов. Эти студенты и профессионалы хотят, чтобы их лидеры сделали с политикой то же самое, что они сделали с экономикой. Протестующие недовольны политической системой и выступают против злоупотреблений властей в целом, и против репрессий и коррупции в частности. Протестующие не хотят прислушиваться к аргументам о стабильности, которые российские и турецкие власти используют очень часто, и критикуют подавление оппозиции и средств массовой информации.

Также по теме: От кандидата в султаны до диктатора

Странно  похожие  пусковые импульсы

Самым очевидным инициирующим событием для начала протестов должны быть выборы. Так оно и было, поскольку  протесты в России активизировались после парламентских выборов в декабре 2011 года, а Турция вступает в политический сезон, ибо ей в предстоящие два года три раза предстоит голосовать на выборах. Но нынешние протесты были вызваны обеспокоенностью по поводу сохранности окружающей среды. Если говорить конкретно, то инициирующим событием стала борьба за сохранение леса в Москве и парка в Стамбуле.

Первые уличные протесты в России начались, когда власти летом 2010 года решили проложить автостраду через Химкинский лес. А протесты в Стамбуле вспыхнули из-за планов строительства торгового центра в парке Гези. Протестное движение быстро разрослось и трансформировалось. Протестующие начали выступать с более важными и обширными требованиями, о которых говорилось выше. В начале 2012 года протесты прошли в ста с лишним  городах и поселках России. А турецкие протесты быстро охватили всю Турцию и распространились за ее пределы.

Режимы – похожие, но разные

Российская и турецкая политика очень сильно отличаются, но там есть одно очень важное сходство. Президент Владимир Путин и премьер-министр Реджеп Тайип Эрдоган находятся у власти более десяти лет и намерены сохранить ее на всю обозримую перспективу. Путин поменялся в свое время должностями с нынешним премьер-министром Медведевым, чтобы не нарушать конституцию, а Эрдоган хочет внести в нее изменения, дабы остаться на вершине власти и влияния, когда истечет его третий срок.

Оба ставят себе в заслугу то, что обеспечили стабильность в своих странах, где в 1990-х годах царил политический и экономический хаос. Обоих критикуют за излишнюю авторитарность. Оппозиция в обеих странах слаба и расколота (хотя в Турции она кажется более искушенной и в большей мере наделенной законным статусом). У обоих руководителей очень мало советников, способных сказать им «нет» (за исключением, пожалуй, заместителя турецкого премьер-министра Бабакана и бывшего министра финансов России Кудрина).

Читайте также: Почему русские не могут создать оппозицию

Протестующие молоды, образованны и живут в городах

На демонстрации протеста в России и Турции вышел средний класс в самом широком смысле этого слова. Протестующие - это люди в основном молодые, образованные и городские. Раньше они могли не проявлять политической активности и принадлежать к разным политическим партиям, либо не принадлежать ни к каким. Это скорее движение гражданского общества, нежели политическое движение, и оно организуется через интернет. Протестующие  высмеивают действия государства по контролю над основными средствами массовой информации и получают информацию из сети и зарубежных источников. Протесты также проходили в основном  мирно, хотя в Турции люди все же бросали зажженные снаряды, отвечая на жестокое применение силы полицией.

Протестующие строят баррикады во время столкновения с сотрудниками полиции в Стамбуле


Однако протестующие не составляют большинство населения, и им очень трудно создать коллективную альтернативу действующим руководителям, даже если борьба ведется в равных условиях. Путин и Эрдоган в последнее время начали понемногу утрачивать популярность, однако им больше всех среди политиков доверяют в России и Турции.

Выводы

Пока преждевременно делать заключение о том, что уличные протесты в этих странах вот-вот приведут к смене власти. Однако, если протестный ящик Пандоры будет открыт, вернуться обратно станет очень трудно, и обоим режимам придется далее действовать в гораздо более сложной политической среде. Первые реальные перемены могут начаться с выборов мэров Стамбула и Москвы, которые пройдут в 2014 и 2015 годах, соответственно.

Также по теме: Авторитарная тактика Эрдогана


И наконец, очень хорошо, что средний класс проявляет возрастающую политическую активность и напористость, пусть это и создает неопределенность и нестабильность на финансовых рынках в краткосрочной перспективе. Экономика в России и Турции за последние десять лет продемонстрировала колоссальные успехи, и сейчас все больше усиливается потребность в политических реформах. Политический переход важен сам по себе, но многие аналитики также считают, что эти политические перемены необходимы двум странам для выхода на следующий уровень экономического развития, поскольку  все «легкие» возможности для продвижения вперед уже исчерпаны.

В определенном смысле Путин и Эрдоган стали жертвами собственных успехов. Придя десять с лишним  лет назад к власти, они делали то, что было необходимо. Пожалуй, десять лет тому назад мощное государственное участие было важно для стабилизации экономической ситуации в России и Турции. Но теперь Путину и Эрдогану надо отвести государство на шаг назад и начать заботиться о своей экономике и о своем народе вместо того, чтобы властвовать над ними. Это будет трудно, но иного выхода нет, если они не хотят застрять на переходном этапе.

Маркус Сведберг – старший экономист инвестиционной компании East Capital.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.