Что нужно России в Западном полушарии? Именно этот вопрос в последнее время все чаще занимает умы экспертов по Латинской Америке, замечающих признаки того, что Москва снова окапывается к югу от границы США.

Больше всего кремлевского внимания достается Никарагуа – стране с шестимиллионным населением, считающейся второй по бедности в полушарии. Ее президент Даниэль Ортега (Daniel Ortega) возглавляет сандинистов - левую партию, бывшую во время холодной войны союзником СССР. После 15 лет антикоммунистической политики, начатой в 1990 году и ведшейся при президентах Виолете Чаморро (Violeta Chamorro), Арнольдо Алемане (Arnoldo Aleman) и Энрике Боланьосе (Enrique Bolanos), г-н Ортега и его сандинисты в 2006 году вновь оказались на коне.

Россия не упустила из виду возвращение своего старого партнера к власти и принялась действовать. В середине 2008 года российский посол в Никарагуа Игорь Кондрашев начал возрождать отношения между странами, объявив, что его правительство готово помочь Никарагуа модернизировать устаревающий арсенал. В том же году Кремль продемонстрировал искренность своих намерений, направив в расположенный на юге Никарагуа порт Блуфилдс. Это был первый подобный визит после распада Советского Союза.

москва латинская америка


В дальнейшем Москва усердно расширяла и укрепляла свои стратегические связи с правительством Ортеги. В частности она профинансировала целый ряд громких проектов связанных с армией Никарагуа, в том числе строительство военного учебного центра в Манагуа, столице страны, и завода по утилизации боеприпасов в окрестностях города.

Читайте также: Как Путин намерен завоевать Латинскую Америку

Россия также активно помогает Никарагуа бороться с наркотиками. Этой весной совместная антинаркотическая операция двух стран позволила перехватить 1,2 тонны кокаина и уничтожить центральноамериканскую банду, связанную с печально известным мексиканским наркокартелем «Лос-Зетас». В марте глава российской службы по контролю над оборотом наркотиков Виктор Иванов лично присутствовал при закладке первого камня будущего регионального учебного центра по борьбе с наркотиками в столице Никарагуа.

Значение, которое Москва придает своему растущему плацдарму в Манагуа, она наглядно продемонстрировала в конце апреля, когда глава российского Генштаба генерал-полковник (так в тексте, в действительности он – генерал армии, - прим. перев.) Валерий Герасимов прибыл в Никарагуа с официальным трехдневным визитом. Это была крайне необычная честь для страны с такими скромными военными и политическими возможностями, как у Никарагуа.

Причины подобного поведения России по-прежнему не совсем понятны. В последние годы ее внешнеполитические инициативы фокусировались на четырех основных областях: среднеазиатском и кавказском «Ближнем Зарубежье»; Ближнем Востоке; Азиатско-Тихоокеанском регионе и Арктике. Латинская Америка в целом до сих пор оставалась вне известных ключевых сфер российских интересов.

Впрочем, в последнее время появляются некоторые рабочие версии, объясняющие мотивы России. Первая из них связана с наркоторговлей. Российские хронические проблемы с наркоманией и наркотрафиком заставляют Кремль искать за рубежом партнеров по борьбе с наркотиками.

Празднование 230-летия Черноморского Флота России


Этой весной российское правительство объявило, что оно планирует проводить совместные антинаркотические операции с несколькими латиноамериканскими странами. Никарагуа, на которую Россия уже потратила немало ресурсов, может стать жемчужиной этого проекта.

Также по теме: Латинская Америка оскорблена задержанием Эво Моралеса


Кроме того, Москву могли заинтересовать амбициозные планы правительства Ортеги построить собственный аналог Панамского канала. Это масштабный проект, стоимостью в 40 миллиардов долларов, в результате которого между Тихим и Атлантическим океанами должен появиться дополнительный путь для морского транзита длиной в 50 миль. Россия давно мечтает о таком канале, который стал бы для нее предпочтительным с политической точки зрения путем для транспортировки нефти и других коммерческих грузов. В 2008 году российское правительство даже какое-то время заигрывало с идеей самостоятельно построить Никарагуанский канал, однако потом отказалось от нее, сочтя, что это обойдется слишком дорого. Тем не менее, проект до сих пор жив: в начале июня Никарагуа выдала китайскому консорциуму концессию на строительство канала и управление им сроком на сто лет.

Может быть также, что Россия, в последние годы активно занимающаяся внешним шпионажем, надеется с помощью Никарагуа увеличить свои разведывательные возможности в регионе. Или же она просто использует связи с дружественным режимом г-на Ортеги, чтобы дразнить США.

Как бы то ни было, нарастающая активность России в Никарагуа заслуживает внимания. По мере своего увеличения она неминуемо будет провоцировать вопросы о стратегических целях, которые Москва ставит перед собой в Западном полушарии, и о том, не могут ли они когда-нибудь стать угрозой для США и их интересов.

Г-н Берман – вице-президент Американского совета по внешней политике, базирующегося в Вашингтоне.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.