- Что вы думаете о феномене Русского марша, который проводится ежегодно 4-го ноября в течение вот уже девяти лет? Это действительно значительное событие в общественно-политической жизни страны или это скорее митинг изгоев?
- Хотя в организации Русского марша доминируют маргинальные части российского националистического спектра, Марш в последнее время (особенно в этом году) превратился в важное политическое явление. Этноцентристские идеи организаторов Марша постепенно становятся мейнстримом. Даже правительство, кажется, перенимает некоторые взгляды Марша, вместо того, чтобы взять их под сомнение. Таким образом, маргиналы становятся политическими фактором.

- Возможно ли, чтобы националисты стали источником реальной политической силы в многонациональной и мультиконфессиональной  России?
- Парадоксальным образом этот сценарий выглядит все более вероятным. Язык вражды и имперcких претензий, который распространяется почти ежедневно российскими СМИ – не в последнюю очередь на контролируемых государством телеканалах – привел к странному феномену. Многие русские считают некоторые области России на Северном Кавказе нероссийскими, в то время, как территории некоторых зарубежных стран, как, например, Украины, рассматривают как часть России. Это опасное явление для всех затронутых сторон: для жителей Кавказа, полноценное российское гражданство которых под сомнением, украинских граждан, суверенитет государства которых ставится под вопрос, но также и тех этнических русских, которые играют с огнем, не понимая риска, которому они подвергают свою собственную страну и народ. Дальнейшее распространение подобных тенденций может привести к спиралевидной эскалации конфликтов как внутри страны, так и на пограничных зонах России – конфронтации, которые затем будет трудно удержать под контролем. Мы были свидетелями того, что произошло с Югославией, когда она попала под влияние этноцентристского и ирредентистского дискурсов в конце восьмидесятых.

"Русский марш" националистических организаций прошел в Москве


- Является ли современный рост националистических настроений знаком грядущих изменений? Прислушаются ли власти к протестам «правых»? И какие конкретные шаги могут предпринять власти, чтобы улучшить ситуацию?
- Я боюсь, что положение вещей в будущем только ухудшится или даже намного ухудшится, если не будут внесены никакие принципиальные изменения. Сейчас я не вижу адекватной реакции властей на распространение этноцентристских настроений, граничащих с расизмом. Правда, Президент Путин недавно подверг критике скандальные заявления Владимира Жириновского относительно Северного Кавказа. Прокуратура и полиция РФ стали в последнее время эффективнее, чем, например, пять лет назад, бороться с насильственными преступлениями неонацистских скинхедов. Однако, общественный дискурс в целом все больше заражается этноцентризмом, ирредентизмом, ревизионизмом и конспирологией. Популяризируемые опасные тексты варьируются от заумных крипторасистских концепций а-ля Лев Гумилев, распространяемых через образовательные учреждения, до примитивных теорий заговоров различных правоэкстремистских групп, которые все чаще проникают в российские средства массовой информации. Пока этот тренд продолжает существовать, политический контроль, полицейский надзор и уголовное преследование крайне правых тенденций представляют собой лишь реакцию на симптом, но не затрагивают корень проблемы.

- Возможно ли будет российским властям вернуть более мирную коннотацию Дню национального единства? Какие действия могут сделать это возможным?
- Необходимо коренным образом переосмыслить национальную историю и международное положение русской нации, а затем внедрять эту пересмотренную концепцию на общественном уровне посредством СМИ, образовательных учреждений и политических кампаний. Но я не вижу для этого политической воли власть предержащих, которые предпочитают игру с огнем с целью получения краткосрочных политических выгод. Только когда изменится вся общественная концепция России и российский народ станет воспринимать себя культурно мультиэтничным, традиционно толерантным, открытым для иммиграции, политическийлиберальным и территориально удовлетворенным, День национального единства сможет получить иную смысловую наполненность.

- Насколько серьезна, по Вашему мнению, проблема этнических напряжений в России по сравнению с Западными странами?
- На Западе также имеют место значительные этнические напряжения. Разница в том, что эти конфликты рассматриваются политическими и интеллектуальными элитами Запада как внутренние общекультурные и общественные проблемы. В России же распространена тенденция обвинять в межнациональных напряжениях внутрироссийских переселенцев, например из Северного Кавказа, и иностранных мигрантов, например из Южного Кавказа. Многие российские официальные лица и влиятельные комментаторы предпочитают обсуждать различные недостатки мигрантов, а не продуктивные способы эффективно интегрировать их в российское общество. Как я уже упоминал, такой подход равноценен игре с огнем.

- Аналогично ли русское националистическое движение  националистическим движениям других стран? В чем состоят его ключевые отличия?
- Существует много сходств, но есть и некоторые отличия. Основное отличие заключается в том, что акцептирование определенных националистических лозунгов в общественном мейнстриме достигло в России значительных размеров. Связанное с этим отличие состоит в том, что заметный ирредентизм многих русских крайне правых, кажется, разделяет и значительная часть российского политического и интеллектуального истеблишмента.

Этот объединенный дискурс властей и ультранационалистов, более того, характеризуется большой дозой эскапизма. Имеется в виду, что значительная часть российской общественности хочет «убежать» от насущной грустной реальности российских внутренних дел и международных отношений. Этот «побег от действительности» происходит посредством выдумывания параллельного мира, в котором Россия – это мировой геополитический центр, который вскоре снова соберет «свои» земли и возродится как великая держава. Хотя непосредственно слово «империя» отвергается многими русскими, они по своему образу мышления, например, в отношении Украине или Кавказа, де-факто остаются империалистами. Правда, аналогичную манию величия можно найти и у правых экстремистов других стран, но в России эти нереалистичные мечты объединяют определенные сегменты крайне и умеренных правых, общественных изгоев и мэйнстрима, политических маргиналов и лидеров.

- Второй год подряд Алексей Навальный отказался участвовать в Русском марше. Повлияет ли это на его политический рейтинг?
- Я скорее сказал бы, что частичный отход Навального от тесного сотрудничества с крайними националистами может увеличить его поддержку, так как это сотрудничество стало раздражителем для многих его либеральных сторонников. Еще более однозначное дистанцирование Навального от этноцентристских идей (которые, как я уже упоминал, в любом случае разрушительны для России) устранит важный пункт разногласий внутри российского демократического движения. Разрозненные российские демократические силы должны объединиться в единую силу с одним лидером. Иначе у них никогда не будет шанса добиться политической власти. В настоящий момент Навальный – самый очевидный потенциальный лидер для демократов. Ему нужно повести за собой весь либеральный спектр общества, вместо того, чтобы искать поддержки у националистически настроенных избирателей Путина, Зюганова или Жириновского.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.