Когда бывший деловой партнер Михаила Ходорковского Леонид Невзлин встретился с освобожденным из колонии экс-магнатом, они, по его словам, говорили «о детях, погоде и разных других приятных вещах».

После того, как российский президент Владимир Путин позволил в прошлом месяце г-ну Ходорковскому выйти на свободу после десяти лет проведенных за решеткой по обвинениям в отмывании денег и мошенничестве, сразу же встал вопрос о том, сможет ли человек, некогда считавшийся самым богатым в России, вернуть себе часть своего состояния. Кроме того многих интересует, какую роль он будет играть в разгорающихся тяжбах за остатки его бизнес-империи, которой его лишили российские власти.

Г-н Невзлин – один из наиболее информированных источников по этой теме. В 2005 году г-н Ходорковский передал ему свой контрольный пакет акций «Менатепа» - холдинговой компании, контролировавшей нефтяную компанию ЮКОС. Перед этим г-н Невзлин бежал в Израиль.
 
После ареста г-на Ходорковского власти обвинили ЮКОС в уклонении от налогов и к 2007 году обанкротили компанию. Российские активы ЮКОСа были проданы его конкурентам – в основном госкомпании Роснефть.

Читайте также: Сможет ли Ходорковский объединить оппозицию?

Однако заграничные активы ЮКОСа остались вне досягаемости российского государства – под контролем двух зарегистрированных в Голландии фондов. Управляющие ими бывшие сотрудники ЮКОСа также участвуют в целом ряде тяжб в Европейском суде по правам человека, а также в голландских судах и в судах других стран, стремясь компенсировать убытки, связанные с насильственной экспроприацией компании и защитить оставшиеся активы от поползновений Роснефти.

Эти множащиеся иски стали для Роснефти настоящим бельмом на глазу. В прошлый четверг нью-йоркский суд обязал бывшую дочернюю компанию ЮКОСа Самаранефтегаз, сейчас принадлежащую Роснефти, передать в США активы, чтобы удовлетворить решению о выплате компании Yukos Capital, управляемой голландским фондом, 186 миллионов долларов, и ограничил передачу активов Самаранефтегаза как акционерам, так и партнерам. Самаранефтегаз отказывается возмещать убытки с 2007 года. Это редкое решение фактически означает попытку блокировать получение Роснефтью дивидендов от этой компании.

НК "ЮКОС"


Эти 186 миллионов долларов - всего лишь небольшая часть общей суммы исков, которая, по словам бывшего финансового директора ЮКОСа Брюса Мизамора (Bruce Misamore), помогающего управлять фондами, доходит до 2,5 миллиарда долларов. Пока получить удалось 485 миллионов долларов. Остальные требования либо рассматриваются судами, либо еще не предъявлены.

Кроме того фонды контролируют 1,2 миллиарда долларов, полученные от продажи бывших заграничных активов ЮКОСа. В конечном счете, эти деньги должны быть разделены между бывшими акционерами, число которых, предположительно, доходит до 55 000 человек.

Однако в этом году управляющие активами менеджеры ЮКОСа рассчитывают на намного больший выигрыш. Они ждут решения Европейского суда по правам человека по иску, относящемуся к банкротству ЮКОСа и потенциально составляющему десятки миллиардов долларов. Некоторые полагают, что речь может пойти о суммах, близких к оценке стоимости компании, дававшейся аналитиками и экономистами на момент ее ликвидации. Она составляет от 40 до 60 миллиардов долларов. Роснефть продолжает отстаивать свою правоту.

Независимо от этого зарегистрированный на Гибралтаре «Менатеп», теперь называющийся GML, ждет решения третейского суда в Гааге по иску против Российской Федерации на сумму в 100 миллиардов долларов. GML обвиняет Россию в нарушении Договора к Энергетической хартии.

Также по теме: Освобождение Ходорковского - это мило, но ничего не меняет


Г-н Невзлин, у которого FT не удалось взять комментарий, заявил российским СМИ, что г-н Ходорковский не имеет отношения к этим претензиям. Это соответствует словам самого бывшего главы ЮКОСа, заверившего г-на Путина, что, выйдя на свободу, он не будет бороться за свои бывшие активы.

В вышедшем в эфир вечером в пятницу интервью независимому телеканалу «Дождь» г-н Невзлин заявил, что г-н Ходорковский дал «жесточайший отпор» его попытке рассказать о финансовых делах компании. «Ему это неинтересно. Таким образом, разговоров о бизнесе и финансах у нас с ним не получилось, - подчеркнул г-н Невзлин. - Стало ясно, что в той части, в которой трасты управляют группой, этим буду продолжать заниматься я».

Российская «Новая газета» также приводит слова г-на Невзлина о том, что процесс передачи ему акций от г-на Ходорковского был необратимым.

Однако в России после выхода г-на Ходорковского на свободу приобрели популярность теории заговора, согласно которым магнат не только борется за свои былые богатства, но и может попытаться договориться с г-ном Путиным об отзыве иска из Гаагского суда в обмен на освобождение своего бывшего делового партнера Платона Лебедева и сотрудника ЮКОСа Алексея Пичугина. Сейчас г-да Лебедев и Пичугин остаются в российских тюрьмах.

Если Гаагский суд примет решение по самому крупному в мировой истории арбитражному делу не в пользу России, это «будет чудовищным ударом по нынешнему кремлевскому режиму и лично по В.Путину - и с точки зрения права, и с точки зрения репутации, и с точки зрения финансов», - пишет в своем блоге бывший советник г-на Путина по экономике Андрей Илларионов. Дата вынесения решения была отложена. «Мы ожидали, что решение будет вынесено в начале этого года, но недавно нам сообщили, что срок назначен до конца первой половины года. Поэтому я ожидаю его в июне», - заявил директор GML Тим Осборн (Tim Osborne), отвечающий за процесс.

Партнеры г-на Ходорковского яростно отрицают, что иск может быть отозван из Гаагского суда. «Группа под руководством Тима Осборна намерена добиться победы в этом процессе и добиться компенсации от Российской Федерации, независимо ни от чего, - заявил г-н Невзлин в интервью «Дождю». - В первую очередь, группа должна выиграть суд. Если суд будет выигран и средства будут начислены, тогда можно о чем-то разговаривать».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.