Российская феминистская панк-группа Pussy Riot обрела международную известность летом 2012 года, когда трех ее участниц подвергли уголовному преследованию за протестное выступление в главном московском храме. Сегодня они снова в новостях. «Бунтарок» Надежду Толоконникову и Марию Алехину освободили в конце декабря в рамках федеральной амнистии примерно за три месяца до окончания двухлетнего лагерного срока, который они получили за «преступное хулиганство». (Третью девушку Екатерину Самуцевич освободили условно-досрочно в октябре 2012 года.) С их освобождением неоднозначное и весьма скандальное судебное дело получило свое завершение. Но вряд ли это станет концом совершенно исключительной личной и политической саги этих девушек, потому что она обрела свою собственную жизнь и может раскрасить яркими красками бесцветный ландшафт российской политики, поблекший при Владимире Путине.

Группа Pussy Riot со своим провокационным названием и не менее провокационной тактикой вызывает разную реакцию у людей, которым не по душе авторитарный режим Путина. Многие россияне из лагеря оппозиции посчитали оскорбительным антипутинский «панк-молебен» в храме Христа Спасителя (хотя уголовное преследование девушек им кажется чрезмерной и абсурдной реакцией). На Западе за Pussy Riot вступились многочисленные представители шоу-бизнеса и активисты. Девушки получили грант мира Леннона-Оно за 2012 год от Йоко Оно и стали финалистками сахаровской премии Европарламента за свободу мысли. Но некоторые консервативные комментаторы из Америки и Европы отнеслись к ним гораздо менее благосклонно, усмотрев в действиях группы непристойный выпад против религии. В своей недавней статье на сайте Reason.com Зенон Эванс (Zenon Evans) предостерегает, что Pussy Riot не содействует делу свободы в России, а скорее дискредитирует его. Он указывает на их «троцкистские» и антикапиталистические убеждения и декларации, а также на то, что они принимали участие в радикальном художественном коллективе «Война», который в ходе своих протестов занимался вандализмом и развратом на публике.

Нет сомнений в том, что в биографии этих женщин есть некоторые непривлекательные моменты. Запомнилась странная акция «Войны» в 2008 году, когда 18-летняя Толоконникова с несколькими активистами в знак протеста против предстоящего избрания путинского местоблюстителя Дмитрия Медведева обнаженной занималась в Биологическом музее сексом (возможно, симулируя его). При этом они вывесили знамя с надписью, высмеивающей Медведева. (Посетители и сотрудники не видели эту «оргию», хотя ее фотографии и видео были позже выложены в интернете.)

Безусловно, сам по себе «панк-молебен» с его грубыми выражениями и наглыми плясками на ступенях алтаря был непочтительной и непристойной акцией. Но вопреки некоторым утверждениям, службу никто не прерывал, храм был в это время почти пуст, а работники церкви, которые позднее заявляли, что их глубоко травмировало представление девушек, даже не стали вызывать полицию, а просто выпроводили обидчиц наружу. Их арестовали только спустя две недели, когда об этом событии заговорили средства массовой информации.

Читайте также: Pussy Riot на свободе, российские культурные войны должны закончиться

Кадр из фильма "Pussy Riot: Панк-молитва" (Pussy Riot—A Punk Prayer )


Кроме того, совершенно ясно, что выступление Pussy Riot было направлено не против религии, а против нечестивого союза между послушной церковью и репрессивным государством. Их протест стал ответом на угоднические заявления руководителей Русской православной церкви и особенно ее предстоятеля патриарха Кирилла, который восхваляет Путина, почти буквально называя его божьим даром для России, и критикует антикремлевских демонстрантов как смутьянов с «пустячными» требованиями. В своем молебне женщины не только обратились к Богородице с просьбой прогнать Путина, но и вынесли язвительный приговор церковному руководству — «Глава КГБ - их главный святой», а также призвали патриарха верить в Бога, а не в Путина.

На самом деле, во время судебного процесса над Pussy Riot у них было много сторонников из числа набожных православных христиан, включая тех, кто ходил в церковь и при коммунизме, рискуя подвергнуться общественному порицанию, а то и настоящим преследованиям. Среди них была покойная политзаключенная советской эпохи Наталья Горбаневская, которая сказала во время интервью в августе 2012 года, что «любой приговор Pussy Riot будет несправедливым». Блогер и активист Алексей Навальный, который вначале довольно резко отозвался о протесте в храме (в своем первом посте на эту тему он назвал Pussy Riot «чокнутыми» и охочими до публичности «идиотками»), позднее осудил вынесенный женщинам приговор, назвав его мстительным и нехристианским, и даже пришел в зал суда в знак солидарности. В своей записи от 17 августа 2012 года по поводу приговора Навальный назвал судей «дьяволами в судейских мантиях» и похвалил девушек за их храбрость: «Наверное, будет невежливо говорить так о феминистках, но я увидел, что они мужественно встретили этот несправедливый и незаконный приговор».

Поведение женщин во время суда (а им тогда пришлось сидеть в непроветриваемых клетках из стекла и металла в жаркие летние дни) привело к тому, что многие скептики перешли на их сторону. Изучающая философию Толоконникова получила громкие похвальные отзывы за свое последнее слово, в котором она подчеркнула, что группа выступала против репрессивного режима. «Мы свободнее, чем все эти люди, которые сидят напротив нас на стороне обвинения, потому что мы можем говорить все, что хотим, и мы говорим все, что хотим. А те люди, которые сидят там, они говорят лишь то, что допускает политическая цензура», — заявила она суду. «Я, Катя и Маша сидим в тюрьме, в клетке, но я не считаю, что мы потерпели поражение. Как и диссиденты не были проигравшими, мучаясь в психбольницах и тюрьмах, они выносили приговор режиму».

Время, проведенное женщинами в исправительной колонии, воодушевило их на новое дело: борьбу за права заключенных. Сегодняшние колонии совершенно не похожи на ГУЛАГи сталинской эпохи, где лишения и непосильный труд часто означали смертный приговор. Однако дурное обращение с заключенными до сих пор является нормой. В сентябре прошлого года Толоконникова объявила девятидневную голодовку в знак протеста против условий в колонии, которые она описала в своем душераздирающем открытом письме. Заключенные, включая больных женщин, написала она, вынуждены работать по 16 часов в день в мастерской, где они шьют униформу. Того, кто не выполняет норму, бьют в наказание, выставляют на холод, лишают еды и «гигиенических льгот» (то есть, возможности ходить в туалет и мыться). Наказанием за ее собственное выступление стал перевод Толоконниковой в сибирскую колонию, за тысячи километров от дома, где условия были еще суровее.

Также по теме: Pussy Riot и архипелаг российских тюрем

Надежда Толоконникова в одиночной камере в колонии


В то время сторонников Pussy Riot беспокоило то, что власти найдут способ оставить женщин за решеткой даже после того, как они отбудут свой срок. Но благодаря сочинской Олимпиаде и отчаянным попыткам Путина получить позитивные отклики их освободили досрочно в рамках амнистии, которая обычно объявляется в России перед новогодними праздниками. На сей раз амнистию объявили женщинам с маленькими детьми, которые отбывали наказание за ненасильственные преступления. Кое-кто высказывает предположение о том, что это было устроено специально, чтобы освободить участниц Pussy Riot. (Толоконникова замужем за членом «Войны» Петром Верзиловым, и у нее дочка четырех лет; у Алехиной - пятилетний сын от гражданского мужа.)

Благодаря своему поведению после освобождения этот дуэт продолжает зарабатывать высокие оценки. (Самуцевич старается быть незаметной — наверное, из-за того, что срок условно-досрочного освобождения у нее закончится лишь в марте, и теоретически ее могут отправить обратно в колонию, если она нарушит правила.) Во время первой пресс-конференции в Москве 23 декабря они вели себя с достоинством и выглядели изящно в модной одежде и с макияжем. Это был резкий контраст с их прежним обликом разгневанных женщин в футболках с изображением руки, сжатой в кулак. То, что сразу после освобождения эти женщины отправились не к своим детям, а на совместную встречу с целью выработки общей стратегии, вызвало полемику и неоднозначные отклики в российских социальных сетях. Но на пресс-конференции Толоконникова умело спустила этот вопрос на тормозах, заявив, что они никогда не хотели «прятаться за своими детьми» в поисках милосердия. Женщины также отметили, что если бы из колонии вышли мужчины, вопрос о детях не стоял бы так остро.

Женщины говорят, что сегодня они бы не стали исполнять «панк-молебен», однако при этом отмечают, что не раскаиваются в содеянном. «Нас часто называли провокаторами, и это слово обрело супернегативный оттенок. Мы - провокаторы, но не нужно думать, что это плохо», — заявила Алехина. Толоконникова сказала журналистам, что она выбрала «искусство действия» в качестве политической отдушины, потому что в России «традиционная политическая активность оппозиции обречена на замалчивание».

Но главное внимание они уделили проблемам заключенных. Женщины объявили о создании новой правозащитной организации «Зона права», которая будет отстаивать права заключенных и помогать им. Проект будет финансироваться из добровольных частных пожертвований и за счет сбора средств. К нему присоединился Навальный, заявивший в ноябре в «Твиттере»: «Толоконникова сделала для привлечения внимания к вопросу прав заключенных больше, чем целая куча акивистов-правозащитников за несколько лет». Об этом же сказали и некоторые другие известные активисты. Женщины также дали ясно понять, что не намерены эксплуатировать «бренд» Pussy Riot и выступать, подчеркнув при этом: «В данный момент мы не Pussy Riot». Но они все равно хотят, чтобы Путина прогнали — Богородица или кто-то другой, пользующийся земными, а не небесными силами.

Российский комментатор Борис Фаликов на страницах либерального издания Gazeta.ru отметил, что после пресс-конференции Толоконниковой и Алехиной «доброжелатели начали говорить, что девочки, наконец-то, повзрослели и начали заниматься настоящим делом». Вместе с тем, Фаликов заявил, что относиться к скандальной истории этих женщин как к ошибке молодости неправильно, так как это фундаментальное заблуждение. Их новая политическая активность - это логичное, но более презентабельное продолжение «искусства действия».

Читайте также: Сто дней до свободы

Фаликов, являющийся ученым и специалистом по истории религии, отвергает мнение о том, что протест в храме был  мелкой проделкой,не представляющей никакой ценности. Он утверждает (как и я в своих статьях на эту тему в конце 2012 года), что «панк-молебен» помог пролить яркий свет на пагубную связь государства и церкви в постсоветской России, которая угрожает свободе и разлагает религию.

Мария Алехина и Надежда Толоконникова во время встречи после освобождения из колонии


Выпады Pussy Riot против капитализма и «фаллической власти» в юные и бесшабашные годы действительно несли в себе предосудительный налет левацкого радикализма в западном стиле. Тем не менее, это больше похоже на полет незрелой риторики, нежели на настоящую идеологическую позицию. В 2012 году Толоконникова дала интервью немецкому журналу Spiegel, в котором она снова выступила с невнятных антикапиталистических позиций, но в то же время подчеркнула свои прозападные взгляды. Женщина объяснила, что она вместе с подругами-активистками критикует «недостатки потребительского общества», но при этом не стремится к его разрушению. Это, безусловно, свидетельствует о путанице в мыслях. Но верно и то, что главное внимание она уделяет не экономике, а свободе и тем вызовам, которые свобода бросает авторитарному государству. Так или иначе, эти радикальные феминистки не выказывают никакой враждебности к капиталистам и к мужчинам. Они с теплотой и энтузиазмом говорили о находившемся в заключении магнате Михаиле Ходорковском, который во время суда над ними направил женщинам письмо поддержки (и вышел на свободу немного раньше них). Они также называли примером и образцом для себя консервативных мужчин, таких, как покойный писатель Александр Солженицын и советский диссидент Владимир Буковский.

Критики Pussy Riot отмечают, что эта группа не снискала большой поддержки среди россиян после своей протестной акции в храме. Согласно данным опроса 2012 года, лишь 10 процентов респондентов заявили, что они не заслуживают наказания (хотя 30 процентов посчитали слишком суровым вынесенный им приговор). Трудно с точностью сказать, что означают эти цифры: даже многие открытые сторонники Pussy Riot, такие, как Навальный, говорят о том, что за такое выступление их следовало оштрафовать или ненадолго посадить в камеру. Тот факт, что 40 процентов россиян не согласны с суровым обращением государства с этими женщинами, несмотря на постоянное обливание их грязью в государственных СМИ, можно считать чем-то вроде победы.

Сейчас, когда бунтарки из Pussy Riot поправили свой имидж и начали бороться за права заключенных и обвиняемых, они могут завоевать больше симпатий. Сегодня, когда в России действует коррумпированная и деспотичная правоохранительная и судебная система, очень многие опасаются несправедливого ареста и тюремного заключения. Фаликов замечает, что их активность способна расширить борьбу за гражданские права во всем российском обществе.

Обладая известностью и славой, умея обходиться со средствами массовой информации, обретя имидж женщин, которые «мужественно» перенесли жестокие преследования, а также выступая на стороне самых слабых и незащищенных, эти женщины еще могут стать крупными лидерами в российском движении за свободу и феминизм. Pussy Riot умерли; да здравствуют Pussy Riot.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.