Когда силы Вермахта взяли Ленинград в блокаду, Тане Савичевой было одиннадцать лет. В семье она была младшей из пяти братьев и сестер. Когда ей было шесть лет, умер ее отец. Когда началась блокада, одного из братьев не было в Ленинграде, а одну из сестер удалось эвакуировать.

В своем дневнике Таня описывала свои страдания: 28 декабря 1941 года умерла сестра Женя — умерла прямо во время работы на оружейной фабрике. 25 января 1942 года умерла бабушка, 17 марта — брат Лёка, 13 апреля — дядя Вася, 10 мая — дядя Леша, а 13 мая в 7:30 утра — мама. «Умерли все. Осталась одна Таня». В августе ее вместе с другими детьми эвакуировали, но девочка была уже тяжело больна и умерла 1 июля 1944 года. После войны ее тоненький дневник был одним из доказательств вины нацистов в ходе Нюрнбергского процесса.

Почти 900 дней — с 8 сентября 1941-го по 27 января 1944 года — продлилась блокада Ленинграда. К югу от города располагались силы Вермахта, а севернее, на бывшей границе с Карелией — финская армия. О том, что блокада второго по величине города СССР имела целью не его капитуляцию, а физическое уничтожение его жителей, еще 8 сентября отметил в своем дневнике начальник германского генерального штаба Франц Гальдер: «Фюрер твердо решил стереть с лица Земли Москву и Ленинград, чтобы там не осталось живых людей, которых нам пришлось бы кормить зимой».

Едва только было принято решение о нападении на Советский Союз, чиновники и военные принялись разрабатывать планы по снабжению Вермахта. Ответственным за эту работу был назначен министр продовольствия и сельского хозяйства Герберт Бакке, возглавивший правительственную рабочую группу по реализации соответствующего четырехлетнего плана. Согласно этому плану обеспечение солдат Восточного фронта должно было осуществляться максимально за счет ресурсов завоеванной страны. При этом сознательно учитывалось, что миллионам мирных жителей придется умереть от голода.

Читайте также: Жестокие бои на подступах к Ленинграду

«Определенным народам придется понести существенные потери»

В послании командования германских ВМС в адрес командования Группы армий «Север» было, в частности, написано: «С нашей стороны нет интереса в том, чтобы хотя бы часть населения этого города осталась жива в ходе нашей борьбы за существование». В ноябре 1941 года Герман Геринг, бывший среди прочего ответственным за реализацию упомянутого четырехлетнего плана, объявил: «В этом году в России умрут от голода от 20 до 30 миллионов человек. И это, возможно, хорошо, потому что определенным народам придется понести существенные потери».

Жители Ленинграда в очереди за водой


Историки до сих пор не могут прийти к единому мнению о том, была ли блокада Ленинграда следствием этого «голодного плана» или же Гитлер на примере Ленинграда предполагал продемонстрировать всем, как он в будущем расправится с важнейшими городами Советского Союза и, в первую очередь, с Москвой. Пример оказался ужасающим: в городе за годы блокады умерло около одного миллиона жителей. Сопоставимые потери понесли и вооруженные силы, защищавшие город.

Около трети всех жертв погибли в первую блокадную зиму. Единственным маршрутом по обеспечению города продовольствием стало Ладожское озеро. Однако продуктов, доставлявшихся в город по «Дороге жизни», было недостаточно для трех миллионов жителей, к которым добавлялись многочисленные беженцы, точное количество которых установить невозможно. Кроме того, немецкие ВВС целенаправленно бомбили продовольственные склады в окрестностях города. Советское же руководство слишком поздно спохватилось и приняло меры по подготовке Ленинграда к блокаде.

Хотя производство боеприпасов на ленинградских фабриках шло полным ходом, дневной рацион жителей города пришлось сократить в несколько раз. Так, в ноябре 1941 года рабочие фабрик получали по 250 граммов хлеба в день, а остальные жители — еще вдвое меньше. С наступлением морозов город начал вымирать. Тела жертв часто так и оставались лежать в промерзших квартирах, потому что у оставшихся в живых просто не было сил, чтобы хоронить своих близких.

«Я брожу по помойкам»

В городе полностью исчезли все домашние животные и крысы; из кожи, столярного клея и опилок жители варили супы. По городу они передвигались на детских санках — в надежде найти хоть что-то на пропитание или на обогрев. «Я брожу по полям и городским помойкам и собираю всякие коренья и грязные листья. Но часто мне не удается найти даже этого», писал один из жителей. Когда такие искатели умирали, они оставались просто лежать на улицах.

Также по теме: Ленинградские немцы во время войны

16-летняя Лена Мухина в конце декабря написала в дневнике: «Кошачьего мяса хватит еще на два раза... Было бы здорово найти еще одну кошку — нам бы ее хватило надолго. Вот уж никогда бы не подумала, что кошачье мясо такое вкусное...» Голод заставлял людей переходить всякие моральные границы. Далее Лена писала: «Ака (домработница — прим. ред.) — просто лишний едок. Я сама не знаю, как у меня рука поднимается писать такое, но сердце мое стало как будто каменным. Я уже ничего не боюсь. Если она умрет, то мне все равно. Но если она все же умрет, то пусть умрет после 1-го числа — тогда нам достанутся ее продовольственные карточки. Как я только могу быть такой бессердечной?!» По данным советских спецслужб, в городе было зарегистрировано более тысячи случаев каннибализма.

В 1942 году Красной армии удалось несколько ослабить блокаду города, благодаря чему его снабжение немного улучшилось. Очень кстати пришлось решение Гитлера перенести большую наступательную кампанию на юг, в направлении Поволжья, из-за чего Группа армий «Север» потеряла несколько дивизий. К тому же после поражений сил Вермахта под Сталинградом и на Курской дуге положение на северном отрезке фронта продолжало считаться «стабильным», и поэтому Группа армий «Север» продолжала терять силы в пользу армий на других фронтах. И когда в начале 1944 года Красная армия начала большое контрнаступление, в ходе которого ей удалось прорвать блокаду, обеим немецким армиям было уже нечего противопоставить ей.

«Ликвидированы 625 контрреволюционных группы»

«Это было преступление со стороны немцев — одно из многих других. Но даже в те времена именно с этим преступлением мало что могло сравниться», пишет историк Кристиан Хартманн (Christian Hartmann), один из лучших знатоков «Восточной войны». Но и сталинский режим, если можно так выразиться, не сидел, сложа руки. Так, советская спецслужба НКВД рапортовала, что с июня по сентябрь 1942 года были арестованы 9574 человека и «ликвидированы 625 контрреволюционных групп».

Британская журналистка Анна Рид (Anna Reid) в своей книге «Блокада Ленинграда, 1941-1944» сравнивает бесчинства партийных функционеров и спецслужб с ГУЛаГом. После снятия блокады в 1944 году Сталин сначала сделал из судьбы Ленинграда и его жителей своего рода «героический эпос». Но после окончания войны гордость и репутация выживших блокадников стали ему мешать, и диктатор велел закрыть открытый в 1944 году «Музей героической обороны Ленинграда» и переплавить экспонаты — оружие и трофеи. А в конце 1940-х годов ведущие представители городского руководства пали жертвами «чистки», вошедшей в историю как Ленинградское дело.

Что ж, город на Неве всегда был своеобразным «зеркалом» российской истории.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.