19 января православные россияне отмечали праздник Крещения Господня. Обычно в это время стоят суровые «крещенские морозы», но, несмотря на это, предписывается окунаться в «иордань» — прорубь в форме креста на реке или пруду, потому что в этот день, как говорят верующие, вода обладает чудесными свойствами.

В этом году двое активистов авангардистского движения «Синий всадник» попытались пригласить Владимира Ильича Ленина поучаствовать в ритуале. Они подкрались к дверям его мавзолея на Красной площади, облили ее «крещенской» водой и призвали вождя большевизма, как Иисус мертвого Лазаря: «Ленин, встань и уйди!»

Основатель страны Советов из гроба не встал, зато на ноги вскочили полицейские, охраняющие площадь у кремлевской стены, и схватили богохульников... Но богохульников ли? А, может, уже защитников ценностей, которые пытаются святой водой смыть со своей страны пятно безбожного большевизма?

Сегодня Москва пытается делать вид, что она — антипод Европы, выходящей на демонстрации под лозунгом «Я — Шарли». Официальная Россия убеждает мир и своих граждан, что она всегда была и остается оазисом религиозной терпимости, а оскорбление чьих-либо чувств и убеждений ей всегда было отвратительно.

Рамзан Кадыров, назначенный Москвой доверенным лицом по Чечне и претендующий на то, чтобы стать если не преемником Владимира Путина, то удельным правителем всего Северного Кавказа, собрал в Грозном полмиллиона, а, возможно, и миллион людей, на митинг против богохульников из Charlie Hebdo, обещав, что мусульмане России не позволят насмехаться над пророком.

А колумнистка Ульяна Скойбеда несколько дней назад на страницах своей (как ни крути) «Комсомольской правды», молилась и благодарила Господа за то, «что Россия — не Франция». У журналистки, прославившейся своими претензиями к гитлеровцам за то, что они не успели сделать абажуры из предков современных неарийских противников Путина, нашлось много причин для благодарности. Например, за то, что на Кремле не написано: «Я — святотатец, рисую христианского Бога Отца и Бога Сына в момент полового акта и плюю на всех, кому это не нравится». «Господи, Боже мой, спасибо, что России не коснулась эта зараза»; за то, что мы так отличаемся от Европы, где все так далеко зашло, «и от чего Ты, Господи, нашу Россию спас», писала на коленях (а, судя по сомнительному стилю, и на коленке) публицистка «Комсомольской правды» — газеты, которая ежедневно напоминает на первой странице своим читателям, что она награждена орденом Ленина, орденом Октябрьской Революции и (дважды), орденом Красного Знамени.

Изображать из себя святого защитника самых тонких религиозных чувств под красным знаменем и с орденом Ленина на гордо выпяченной груди — это неприлично или комично? Сложно сказать.

Не только кичащаяся своими коммунистическими наградами «Комсомолка», но и все остальные официальные российские СМИ устраивают сейчас сеансы массового гипноза. Они внушают населению, что Россия была и остается образцом уважения к религиозным чувствам и гармоничного сосуществования приверженцев разных религиозных культов. Поэтому она вправе и обязана говорить, что карикатуристы из Charlie Hebdo виноваты сами и заслужили себе такую смерть, какая их встретила. В России же, как убеждает федеральное телевидение, рисовать такие вещи, какие публиковал журнал, абсолютно невозможно.

Ох, и не такие карикатуры на «попов» и бога печатали газеты при «дедушке Ленине» и его последователях. Что там карикатуры! Комсомольцы возвели единственный в мире памятник Иуде, устраивали «общества безбожников». Большевики с полным уважением к чувствам верующих вырезали священников и взрывали храмы. Они посягали на святыни не с карандашом в руках, а с динамитом. То, что не было взорвано, превратилось в склады, фабрики или, как Доминиканский собор во Львове, в музей атеизма, где над религией насмехались по полной программе. Россияне любят рассказывать анекдот о том, как поп, видя перед собой голого мужика с крестиком на шее, выговаривает ему: «Или трусы надень, или крестик сними». Хвастаться уважением к религии в отечестве под орденом Ленина - еще более неуместно, чем носиться с голыми гениталиями и крестом одновременно.

Могло бы казаться, что крики в защиту святынь в стране, где труп того, кто на них покушался и как никто другой в истории уничтожал священников, покоится теперь в мавзолее на главной площади столицы и сам представляет собой предмет культа, — это абсолютное несоответствие, фальшь, скрежет ножа по стеклу. Но ничего подобного. Все это вместе складывается в единое логичное целое. Самарский актер Валерий Гришко сыграл в получившем мировые награды и номинированном на «Оскара» фильме «Левиафан» роль архиерея — подлого негодяя в сутане. Сначала депутат Дмитрий Сивиркин, а потом и целая группа местных актеров написали донос в Министерство культуры, требуя изучить деятельность, взгляды и происхождение человека, который, работая в государственном театре, позволяет себе выступать в роли, «очерняющей» православную церковь. И министерство отправило в Самару комиссию, а та занялась изучением.

Донос возмущенных граждан, комиссия, неизбежное наказание. Те же самые методы и механизмы, при помощи которых большевики уничтожали верующих и священников во имя коммунизма, используются для ведущегося во имя православия крестового похода против критиков церкви. Вектор сменился, вечно живой большевизм остался. Так что у Ленина нет причин вставать и уходить.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.