Лозунг «Россия и Китай — братья навек» появился еще при Сталине и Мао, и сейчас Москва пытается представить китайско-российский союз как панацею против собственной изоляции от Запада, несмотря на всю утопичность этой идеи.

Это правда, что за последние годы торговые и политические контакты между Москвой и Пекином достигли значительного прогресса. Так, согласно российскому информационному агентству ИТАР-ТАСС, в период между 2000 и 2013 годом объем двусторонней торговли вырос более чем в десять раз, с 8 до 89,2 миллионов долларов.

Помимо того, и в особенности после введения санкций Запада в ответ на аннексию Крыма Россией и поддержку ею пророссийских сепаратистов в восточной Украине, Кремль подписал с Пекином ряд соглашений, которыми намеревается показать, что Россия может позволить себе повернуться к Западу спиной, полностью обратив свой взгляд на Восток. Первый по значимости проект в этом направлении предусматривает поставки 38 миллиардов кубометров российского газа в Китай в течение 30 лет.

Однако не все российские политологи и экономисты разделяют этот энтузиазм, отмечая, что данный проект вряд ли сможет быть полностью реализован и, даже если это произойдет, он поставит Россию в полную зависимость от Китая.

Топливо будет транспортироваться по новому газопроводу «Сила Сибири», строительство которого финансируется за счет России и обойдется ей в 55 миллиардов долларов, а учитывая существующую нестабильность на международных рынках углеводородов, трудно предсказать, по какой цене это газ будет продаваться в 2018 году, на который намечено начало поставок.

Еще один важный замысел заключается в том, чтобы в двусторонней торговле заменить доллар на национальные валюты.

«Расчет в национальной валюте между такими партнерами, как Китай и Россия, является весьма перспективным направлением нашего взаимодействия. Он позволяет расширить наши возможности в двусторонней торговле и основательно укрепиться на мировых рынках: финансовом и энергетическом», — заявил Владимир Путин в ноябре прошлого года, после встречи со своим китайским коллегой. Однако последовавшая затем резкая девальвация российского рубля спустила эти планы с небес на землю, по крайней мере, на ближайшее будущее. По сообщению китайского информационного агентства Xinhua (от 21.10.14), падение рубля создает риски для экономики Китая, поскольку резервы Центрального Банка России являются недостаточными для покрытия задолженности страны, да и сами перспективы развития российской экономики не вызывают особого оптимизма.

Кроме того, Россия и Китай не всегда сходятся в своих интересах во внешней политике. Так, Пекином был инициирован проект создания Азиатского банка инфраструктурных инвестиций, который вызывает недоверие у Москвы, хотя сама она нуждается в крупных инвестициях для формирования или обновления своей инфраструктуры.

В цели Пекина входит создание нового «шелкового пути», то есть формирование экономической зоны, включающей в себя Китай, Центральную Азию и Европу. До присоединения Крыма, России не было места в этом проекте, который предусматривал участие нескольких портов полуострова. Поскольку новый проект охватывает такие страны, как Казахстан, Таджикистан и Узбекистан, Москва обеспокоена тем, что маршрут станет конкурентом Таможенного союза, особенно в Центральной Азии. Что касается крымских портов, китайцы, безусловно, смогут найти альтернативы.

Также не следует забывать о том, что заключение сильных альянсов возможно только на равноправной основе, когда между государствами-членами нет значительных различий в экономическом развитии и реальном международном влиянии. В нашем случае: ВВП Китая в пять раз выше, чем ВВП России, а разница в соотношении показателей ежегодного экономического роста и того больше.

«Мы сожгли мосты в отношениях с Западом, но, с другой стороны, приступили к взаимодействию с Китаем в стратегических отраслях. Я бы не хотел, чтобы Россия по отношению к Китаю превратилась в державу, тотально зависимую от финансирования кредитов, от китайской платежной системы и сдающую свои ключевые стратегические позиции китайским компаниям. Так произошло с Африкой, но я не хочу жить в Африке», — рассуждает Владимир Милов, президент Института энергетической политики.

Как известно из истории, Срединная империя никогда не проявляла особенной верности соглашениям о вечной дружбе и сотрудничестве, и «вечная дружба» маоистского Китая и сталинского СССР закончилась вскоре после смерти советского диктатора пограничной конфронтацией между двумя «братскими социалистическими странами». Пекин славится прагматизмом в международных отношениях, который не оставляет места для чувств. Таким образом, Россия является для Китая лишь одним из многочисленных инструментов, которые могут быть использованы в споре с Соединенными Штатами и потому может быть принесена в жертву, если того потребуют высшие интересы Китая.

Если Владимир Путин не найдет способа вывести свою страну из тупика, в который он загнал ее своим внешнеполитическим курсом, и если экономический упадок России продолжится, китайцы могут вспомнить о своих старых географических картах, на которых границы Поднебесной были для них гораздо более благоприятными.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.