В заголовках СМИ доминирует новость о ядерной сделке с Ираном, однако именно сделка по Украине грозит нарушить мир в Европе.

Когда Украина в 2014 году сделала свой выбор в пользу евроатлантической интеграции, Запад получил огромный стратегический и политический подарок. Но начавшаяся затем война России против Украины помогла Кремлю выставить напоказ раздробленность и пассивность Европейского Союза, а также воспользоваться к своей выгоде нерешительностью администрации Обамы.

Подписанное 12 февраля перемирие на оккупированных территориях восточной Украины — это больше, чем прекращение огня. Политические положения Минска-2, как называется это соглашение, позволяют России и ее ставленникам на востоке Украины решать вопросы украинской демократии. В результате перемирия две контролируемые Кремлем «народные республики», которые были созданы на Украине при поддержке Москвы, получили полномочия для участия в переговорах по изменению украинской конституции и законодательства. Если эти условия будут выполнены так, как и предполагается, они заблокируют европейский курс Украины. Эти условия также позволят России и сепаратистским «республикам» держать свои войска на востоке Украины, и размещать свои силы вдоль украинской стороны границы с Россией. Они смогут делать это без ограничений по времени, технически не нарушая перемирие.

Однако истинные цели Кремля лежат за пределами Украины. Президент Владимир Путин добивается согласия Европы на установление российской сферы влияния прямо напротив Евросоюза и Организации Североатлантического договора в рамках всесторонних усилий по демонтажу статус-кво, сложившегося после холодной войны. Дипломаты Путина добиваются участия России (как он говорит, «на равноправной основе») в принятии решений по вопросам европейской безопасности и по экономическим делам. Это позволит Москве осуществлять диверсии против европейской политики изнутри, еще больше запугивая и без того демилитаризованную Европу, и внося раскол в европейское общество. Кроме того, Москва надеется отрезать Европу от США.

Россия считает Украину лабораторией по реализации своей новой модели принятия решений, касающихся европейской безопасности. Москва хочет работать на двусторонней основе с Германией, а может, и с другими европейскими игроками, находящимися в упряжке Берлина, обходя или упреждая ЕС и НАТО, а также отталкивая на обочину США. «Нормандская четверка», сформированная для урегулирования конфликта на Украине (и названная так по месту проведения первого саммита в 2014 году), является главным инструментом для проведения такого эксперимента. Тон в этом квартете задают Россия и Германия. Франция играет вторую скрипку после Германии, а Украина является заложницей консенсуса, вырабатываемого тремя этими державами на выгодных для России условиях.

Таким образом, Путин разработал проект перемирия, который придает управляемым из Москвы «народным республикам» на востоке конституционный статус в составе Украины. Канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Франсуа Олланд в конечном итоге поддержали его, пусть не от имени ЕС, но с молчаливого одобрения большинства стран-членов Евросоюза.

Большая часть этих стран предпочитают не задумываться всерьез об общих последствиях российской войны на Украине, рассматривая ее как внутренний конфликт, который можно урегулировать с Россией в ущерб Киеву. Эта группа имеет перевес над теми странами, которые правильно оценивают российскую войну на Украине, называя ее составной частью стратегии по отмене международного порядка, возникшего после 1991 года.

ЕС и США ждут от Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе мониторинга военной ситуации на востоке Украины. Миссия ОБСЕ предназначена для проверки выполнения условий прекращения огня, которые постоянно нарушаются российскими войсками. Разведка НАТО и США видит это, и говорит об этом во весь голос. Однако ОБСЕ является заложницей российского права вето. Из-за этого полномочия ОБСЕ ослаблены, а работа неэффективна, что подтверждают другие наблюдательные миссии этой организации, осуществляющие мониторинг более старых «замороженных конфликтов» на территориях Грузии и Молдавии, которые после 1992 года были захвачены и удерживаются силой управляемыми из Москвы сепаратистами.

Похоже, что на Украине созданы условия для замороженного конфликта в 10 раз крупнее. Россия может и дальше отрывать куски украинской территории, всякий раз вынуждая Украину идти на политические уступки в рамках перемирия, чтобы остановить такие захваты. Такая логика существует с тех пор, как в сентябре начались переговоры о прекращении огня.

Чтобы остановить этот деструктивный процесс, Украине нужна более эффективная западная поддержка. США должны занять приличествующее им место на переговорах по Украине, вернувшись к женевскому формату (США, ЕС, Россия, Украина), из которого администрация Обамы вышла год назад. Также важно, чтобы Украина получила оборонительное вооружение, включая противотанковые ракеты, позволяющие остановить захваты ее территории. Конгресс принял закон о предоставлении такой помощи, и Обама подписал его. Но с тех пор никто ничего не делает. Известно, что Канада, Польша и прочие страны готовы поставлять на Украину оборонительное оружие, но они ждут, когда эти усилия возглавят США. Только посредством конкретного руководства Вашингтона можно спасти будущее Украины и всего евроатлантического сообщества.

Владимир Сокор — старший научный сотрудник вашингтонского Джеймстаунского фонда (Jamestown Foundation).