Накануне 70-й годовщины победы над фашизмом, которая масштабно отмечается в России, из здешнего московского проката неожиданно был снят голливудский фильм «Номер 44» по роману англичанина Тома Роба Смита «Малыш 44». Произошло это весьма необычным образом: компания-прокатчик сама отозвала картину из кинотеатров за день до премьеры.

Снятие этой картины с проката стало одной из наиболее обсуждаемых тем в Рунете. Объяснение этого шага, с которым выступил министр культуры Владимир Мединский, было следующим: в картине якобы было допущено искажение исторических фактов, содержались своеобразные трактовки событий до, во время и после Великой Отечественной войны, нелепо и недостоверно выставлялись характеры советских граждан той исторической эпохи. «Прокат подобного рода фильмов в преддверии 70-летия победы недопустим», — таким был вердикт Минкульта.

Большинство российских критиков с таким категорическим выводом не согласилось. В целом, картина была воспринята критикой позитивно, как своего рода антиутопия, хотя и не обращенная в будущее, а опрокинутая в прошлое.

Действие развивается в 1953-м — последний год жизни Сталина, куда перенесена история серийного убийцы Чикатило.

Однако фильм «Номер 44» не о сталинском СССР, а о современной России, где органы госбезопасности тоже стали играть главенствующую роль. И вполне возможно, фильм запретили только потому, что он разоблачает органы ГБ.

Вероятно, снятие с проката фильма «Номер 44» не вызвало бы такого резонанса, если бы не цепочка других событий, произошедших в России в последние полгода. Травле подвергся фильм Андрея Звягинцева «Левиафан», получивший «Золотой глобус» и еще полдесятка престижных международных премий. Он подвергся остракизму за то, что в нем в самом неприглядном свете показана масштабная коррупция российского чиновничества, его спайка с представителями Российской Православной Церкви, которая в последние годы стала ведущим духовным наставником россиян, действующим в унисон с исполнительной властью страны.

От «Тангейзера» до эротических «пчелок»


Вскоре после этого был снят с постановки спектакль «Тангейзер» Новосибирского театра оперы и балета и был уволен директор театра Борис Мездрич — также по приказу министра Мединского. Мездричу инкриминировали отказ снять постановку оперы — за то, что та оскорбляла чувства верующих, а он не захотел уладить конфликт.

Опера «Тангейзер», в которой фигурирует Иисус Христос, нередко весьма неоднозначно воспринималась публикой разных стран. Новую трактовку с «отвязными» танцами в 2010 году предложил Королевский оперный театр Лондона, что вызвало критику англичан. Постановка «Тангейзера» в декорациях концлагеря возмутила жителей Дюссельдорфа.

Однако в отличие от этих стран в России постановка оперы была не только запрещена, но и был уволен главный директор театра, причем уволен не за сам спектакль, а за скандал, вызванный оскорбительным для православных христиан «нечестием».

Сделано это было особо изощренным способом. Инициатива исходила от действующей в Новосибирске группы так называемых православных активистов с потрясающим названием — «Православный бойцовский клуб», которая отслеживает культурные мероприятия города.

Таким образом в России, в отличие от Лондона или Дюссельдорфа, возмущение оперой выражают не простые граждане, а религиозные активисты. И это становится частью ортодоксально-консервативной волны, которая постепенно захватывает всю страну. Все чаще и чаще православные активисты в стране, где церковь формально отделена от государства, требуют на уровне закона и даже конституции ввести статью об оскорблении чувств верующих.

Однако такое оскорбление чувств верующих — весьма эфемерная вещь, — замечает театральный критик Даниил Дондурей.

И тем не менее, законом об оскорблении чувств верующих наша государственная система занимается уже больше полугода.

Далеко не все священнослужители, кстати, поддерживают эту опасную кампанию. Как уверяет либерально настроенный дьякон Андрей Кураев, если следовать этим путем, то и Библию можно запретить за пропаганду атеизма. «Многие верующие наверняка были бы оскорблены некоторыми высказывания из Библии, но беда в том, что они не открывают Библию», — говорит он.

Под консервативную волну попадают и постановки иного рода, не связанные с образом Всевышнего. Недавно Следственный комитет России возбудил уголовное дело в связи с видео выступления танцшколы «Кредо», размещенном в социальных сетях. На видео молодые девушки, которым по 15-17 лет, исполняют довольно откровенный танец «пчелок» в модном стиле тверк.

Как пояснили следователи, они увидели «недопустимую халатность» в действиях должностных лиц — руководства школы-студии, администрации Дома культуры, где выступали воспитанницы танцевальной студии, а также в действиях чиновников, допустивших, чтобы подобные номера попадали на сцену. Сама школа «Кредо» была закрыта.

Многие родители молодых девушек, посмотревшие это видео, были недовольны тем, что юные создания так откровенно вращают бедрами и трясут попками. Однако эта история, помимо нравственного подтекста, приобрела еще и политическое звучание. Некоторые СМИ усмотрели в костюмах «пчелок» девушек цвета георгиевской ленты, что в подобной ситуации можно было при желании расценить и как глумление над символом победы над фашизмом (?!).

Следственный комитет расследует правомерность исполнения эротических танцев — у него что, другой более серьезной работы нет?
Цепочка разнообразных запретов вызвала в России горячие дискуссии, участники которых приходят к выводу о том, что страна вновь оказалась под колпаком цензоров. Возвращаются ли приснопамятные времена, когда государство своим недремлющим оком следило за культурой, контролировало ее?

Свободолюбивые сибиряки


Но консервативная волна, захлестнувшая Россию, вызывает двоякую опасность не только для граждан, но и для нынешних властей. С одной стороны, она порождает протест со стороны либерально настроенной части общества, прежде всего, в крупных городах.

В Новосибирске, где был запрещен «Тангейзер», прошли многочисленные митинги, участники которых потребовали отставки министра культуры Владимира Мединского из-за того, что тот уволил директора театра оперы и балета Мездрича. Но для властей ситуация осложняется не только этими протестами.

Региональные выборы осенью этого года в законодательное собрание Новосибирской области и горсовета Новосибирска могут стать одной из самых сложных кампаний этого года для правящей партии — «Единой России». По прогнозам, партии власти будет трудно сохранить контроль прежде всего над городским парламентом. Надо ли говорить о том, что открытое вмешательство федеральных властей в дела региона и города вызывает отторжение жителей Новосибирска, которые и до этого, мягко говоря, не слишком активно поддерживали «Единую Россию».

Ведь в этом крупнейшем городе Сибири действуют не только православные активисты, но и значительная группа свободолюбивых граждан, которые давно уже потеряли всякое уважение к «партии жуликов и воров», как окрестил «Единую Россия» известный оппозиционер Алексей Навальный. И не случайно, что именно в этой области объединенные силы оппозиции бывшего премьера Михаила Касьянова и Навального готовы дать на выборах в местные законодательные органы этой осенью главный бой.

Нужен ли Путин?


Но в широком распространении консервативной идеологии есть и еще одна, возможно даже более серьезная угроза для российских властей.

«До 2012 года консерватизм был формой политического существования активного пропутинского меньшинства, ставшего мейнстримом в 2012 году как реакция на угрозу со стороны либералов (а угроза хребтом чувствовалась в период правления Медведева, позволявшего себе иногда и критику в адрес Путина), — говорит руководитель аналитического департамента Центра политических технологий Татьяна Становая.- Шоком стали протесты конца 2011 года. Мощным допингом — возвращение Крыма».

Политолог напоминает, что в России нет официальной государственной идеологии.

Однако есть реальность, когда увольняют профессоров за непатриотическую позицию, арестовывают за контакты с иностранцами, преследуют за неправильную трактовку исторических событий, снимают директора театра за богохульство и закрывают художественную постановку классики, приходят с обысками за политнекорректный твит или запись в блоге. Появился институт морального осуждения, который приравнивается по силе к закону и подменяет юридическое регулирование общественных и экономических отношений. Этот институт базируется на страхе перед властью, а государственное принуждение с помощью законов заменяется добровольным подчинением, что делает лояльность практически неограниченной.


Однако идеология становится самостоятельным, неуправляемым, стихийным фактором.

Значительная часть граждан начинает выдвигать еще более радикальные требования, становятся еще большими консерваторами, чем сама власть. Волна ультрапатриотической истерики на фоне событий на юго-востоке Украины, участия российских военных в боевых действиях в соседней стране становится опасной для властей. Она может стать стихией, с которой Кремль будет не в состоянии справиться. Так Путин собственными руками создает самую главную угрозу своему политическому будущему и будущему страны.

О той же опасности говорят и другие эксперты. Как считает политолог Светлана Самойлова, «Кремль» заинтересован в самостоятельном регулировании границ консервативной волны с тем, чтобы будучи направленной против либералов, она не затронула лоялистов.

Появление полуофициальной консервативной идеологии создает почву для активизации множества неуправляемых радикальных носителей.

Можно ожидать, что российские власти столкнутся с джином, которого они сами же и выпустили из бутылки уже на региональных выборах этого года. Будут ли они в состоянии противостоять этой новой для себя опасности? Ответ на этот вопрос мы услышим раньше, чем это кажется иным доморощенным идеологам…