Запад ведет себя так, как будто проблемы ему создает Владимир Путин. Но это не так, дело в России. Российский президент, как и все россияне, придерживается давно устоявшегося традиционного мировоззрения. И его уход из власти ничего не изменил бы. Любой вероятный его преемник на этом посту пойдет сходным курсом, разве что мачизма будет поменьше.

Эта проблема не нова. Она появилась еще 200 лет назад, в конце эпохи Наполеона, когда проявилась, как мы сегодня говорим, разница в ценностях. В 19 веке в России продолжал сохраняться авторитарный режим, тогда как Европа двинулась в сторону либеральной демократии.

Однако Россия оставалась супердержавой, весьма значимой для европейской системы безопасности. Как защитить Европу перед лицом могущественного государства, на которое мир смотрит как на чужака? Это было проблемой в то время, остается проблемой и теперь.

Государства Европы основывают систему безопасности на балансе сил, Россия — на глубине стратегии своей политики. Такое воззрение опирается на географическую составляющую. Ведь территория страны — это огромный почти повсеместно ровный регион Евразии, по которому без труда проходили армии.

Исторически Россия отодвигала границы своего государства все дальше и дальше от своей центральной части. Она не останавливалась, даже когда достигала территорий, которые местное население могло легко оборонять в силу труднодоступности самой местности. Единственное, что ее останавливало, — такое же решительно настроенное на противодействие государство. Там, где Запад видел империализм, для Москвы было укрепление своей обороноспособности.

Со временем противостояние Германии на западе, Британии, а затем и США на юге, а Китаю и Японии на востоке подтолкнуло Россию определить зону своей безопасности — север центральной Евразии, пространство бывшего СССР.

Москва полагает, что государства, попадающие в зону ее интересов, стоят не перед выбором между независимостью и попаданием под влияние России, а перед выбором попадания под влияние России или влияния врага России. Такого рода сценарий противостояния, как считает Кремль, разыгрывается на Украине.

Кроме того, из-за тревоги по поводу своей безопасности Россия противостоит тому, чтобы в Европе доминировала одна держава, и от расширения Евросоюза ей становится не по себе. Причину легко понять. Россия на сегодняшний день может быть ровней Великобритании, Франции или Германии, но не объединенной Европе: ни по численности населения, ни по его благосостоянию, ни по мощи. По тем же параметрам Россию превосходят и американцы. Вбивая клин между странами Европы и между США и Европой, Россия, возможно, пытается упредить возникновение серьезной угрозы для себя.

Страхи России усиливаются из-за чувства уязвимости. Ее экономика стагнирует, развития в сфере высоких технологий нет, а внешние силы — Китай, Запад и радикальные исламисты — бросают ей вызов на всем постсоветском пространстве. Возникает соблазн действовать жестко, чтобы замаскировать опасения, в том числе бравируя возможностями своего ядерного вооружения.

Более чем 20 лет Запад надеялся, что Россия втянется в возглавляемый им мировой порядок, и вновь возникшая проблема с Россией его потрясла. Но эта угроза ограниченна. Ведь там наблюдается не подъем кардинально новых сил, а попытка восстановления своей мощи государством, идущим к упадку.

С ним можно справиться. Один из способов — оживить проект Европейского Союза. Другими словами решительно бороться с силами, направленными на противодействие его воплощению: дефицитом демократии, проблемами иммиграции и неравенства.

Бесспорно, что ввод сил НАТО в страны Балтии и тщательно проработанный план на случай гибридной войны необходимы. Тем не менее, Запад должен избегать чересчур милитаристского подхода при ответе на угрозы, которые по большому счету надо рассматривать как политические.

Одновременно следует эффективнее помогать Украине в восстановлении экономики и дееспособной государственной власти. Она послужит преградой для российского наступления на нормы Евросоюза и его единство.

И все же политика сдерживания не сработает в нашем высоко глобализованном и многополярном мире так, как это бывало во времена холодной войны. Запад не сможет ограничивать одну из самых больших экономик в мире. И будет геополитическим преступлением чрезмерно ослаблять державу, крайне важную для паритета сил, который, мы надеемся, поможет обуздать нынешние буйные силы, особенно в Азии.

Суровая истина состоит в том, что Украина не сможет перестроиться без России. Она просто слишком зависима от России экономически. И у Москвы — слишком много средств влияния внутри Украины. Политика сдерживания должна уравновешиваться компромиссами. Найти верный баланс сил — вот вызов на сегодняшний день.

Томас Грэм — бывший старший директор по России в Совете национальной безопасности США.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.