Мне довольно часто приходится выступать в российских и международных СМИ. Тема, как правило, одна и та же: космос, его исследование и освоение в России и прочих космических державах. В своих выступлениях провожу несколько главных мыслей.

Первая — без постоянного покорения принципиально новых высот космическая деятельность обречена на стагнацию и вырождение.

Вторая — Россия делает главную ставку на максимальное исчерпание старого советского задела, предпочитая проявлять не смелость и инновационность в исследовании и освоении космоса, как это делают, например, США, а идти в этой области «надежными» и «проверенными» путями, уже проторенными либо Советским Союзом (околоземное пространство), либо Америкой (Луна).

Третья — России ничего не мешает интенсивно развивать космическую отрасль, кроме отсутствия реального интереса высшей государственной власти к космонавтике (за исключением, может быть спутников, имеющих прикладное значение), а также безволия и некомпетентности руководства этой отрасли.

Ну, и четвертая — пока Россия не сможет предложить другим передовым космическим державам (США, Европе и Японии) что-либо интересное с технологической точки зрения, ей не стоит рассчитывать на то, что эти страны станут с ней сотрудничать, особенно в условиях приближения к временам «холодной войны».

Естественно, что мысли эти вызывают у руководителей российской космонавтики неприятие. У России ведь все отлично! Не верите? Смотрите: американцы и прочие астронавты могут добраться до МКС только на российских «Союзах», американские ракеты летают на российских двигателях, Россия мировой лидер по числу космических запусков. В общем, ура, товарищи!

Это — логика под названием «завтра никогда не наступит». Потому что если заглянуть в завтрашний день, то там можно увидеть четыре новых пилотируемых корабля, которые создаются в Америке, разработку двигателей для замены РД-180, проектирование техники для полета к Марсу и на Марс, а также новые ракеты-носители США, Европы, Китая и Японии, которые по эффективности и надежности не хуже «Протонов», а по количеству запусков приближаются к ним.

Как «Буран» в космос раньше «шаттла» полетел...

Озвучивать тезис: «В российской космонавтике все, как надо, а неудачи бывают у всех» с недавних пор поручено руководителю одного из подразделений Роскосмоса, отвечающему за связи с СМИ. Впрочем, себя он предпочитает скромно именовать «официальным представителем» этого ведомства.

Первый раз я с ним встретился на одной радиопередаче. Там я узнал от него, что масса грузового корабля «Прогресс» составляет... 2 тонны (для справки: его масса превышает 7 тонн), и что «Буран» полетел в космос... раньше «шаттла» (здесь, думаю, и комментировать нечего). Временами, когда я его слушал, мне казалось, что у меня начались слуховые галлюцинации.

Но в той же передаче принимал участие и летчик-космонавт Александр Лазуткин, и судя по выражению его лица, слова «официального представителя» вызывали у него точно такую же реакцию. Можно ли представить себе человека, входящего в руководство математического института и пытающегося рассуждать о высшей математике, но не знающего, сколько будет дважды два? Представить нельзя, а вот встретить, по крайней мере, в России, можно.

Позже я узнал, что этот «официальный представитель» до своего прихода в Роскосмос никогда никакого отношения к космонавтике не имел. Закончил журфак (как и главный куратор российской космонавтики и военно-промышленного комплекса, в целом, Дмитрий Рогозин), после работал на руководящих должностях в дирекции общественных связей телекомпании ОРТ, затем — в «Роснано» вместе с Анатолием Чубайсом. Следующей ступенью его «докосмической» карьеры была работа на АвтоВАЗе, откуда он и пришел в космонавтику вместе с бывшим главой этого автопредприятия и нынешним главой госкорпорации «Роскосмос» Игорем Комаровым.

Взгляд со стороны

Однако, наиболее яркой демонстрацией того, ради чего этот «официальный представитель» работает в Роскосмосе, стало его участие в дискуссии на федеральном телеканале, который курирует Министерство обороны РФ. Поскольку в этой же дискуссии участвовал и я, то, чтобы не быть заподозренным в субъективности, дам слово известному эксперту в области космонавтики, кандидату технических наук Вадиму Лукашевичу, который был среди зрителей на этой передаче.

«Поразило то, что официальный представитель Роскосмоса занимался откровенной демагогией, опускаясь до подтасовок, передергивания, и не брезгуя откровенной ложью, — сказал Лукашевич в интервью „Голосу Америки“. — Лилась сплошная галиматья типа у „Ангары“ отличные перспективы на рынке мировых пусковых услуг, Америка предложила России сотрудничество в полетах на Луну, Америка „завязана“ на Россию по системам жизнеобеспечения, американцы летают на МКС на российских двигателях, ну и прочая, прочая, прочая...».

А теперь по пунктам

Какие отличные перспективы есть у «Ангары», если стоимость запуска полезной нагрузки на ней выше не только, чем у американского «Фалькона-9», но и у «Протона»? Что касается предложения, которое якобы Америка сделала России по лунному сотрудничеству, то я попросил прокомментировать это заявление одного из ведущих американских космических экспертов, бывшего директора Института космической политики Джона Логсдона, а также Роберта Джекобса, заместителя ассоциированного администратора НАСА.

«Не в курсе», — таков был ответ первого.

Джекобс был немного более пространен: «Да, представители Роскосмоса и НАСА говорят о том, что делать в космосе после завершения полета МКС. Но точно так же мы разговариваем и с прочими нашим международными партнерами. Наши усилия сконцентрированы на интегрированной программе НАСА, которая нацелена за пределы лунной орбиты, на Марс. Мы готовы помочь прочим международным партнерам и частным компаниям реализовать их планы по исследованию Луны, но это не наша главная цель».

Вы услышали в словах Джекобса ПРЕДЛОЖЕНИЕ о сотрудничестве, тем более, что Луна не является целью космической программы США? Зная НАСА, а так же то, что это ведомство жестко следует в кильватере американской внешней политики, могу сказать — это не более, чем ни к чему не обязывающие беседы между людьми, объединенными общими интересами.

Что же касается того, что «системы жизнеобеспечения на МКС целиком „завязаны“ на российский сегмент», то профессор Леонид Горшков, один из конструкторов «Мира» и российского сегмента МКС, прокомментировал это одним словом: «Бред».

Как Америка дышит российским воздухом

Врать напрямую необязательно, хотя «официальный представитель» и это хорошо умеет делать, за что однажды был пойман за руку федеральным телеканалом «Россия-24» (См. ГА: «Роскосмос и „Прогресс“: лапша, сваренная в бульоне лжи»). Тогда он уверял, что обреченный «Прогресс», запущенный в апреле этого года, на самом деле вовсе не обречен, а «находится на той орбите, на которую мы и рассчитывали (?!)», что «некоторые проблемы устраняются, решаются» и что «просто нужно подождать». И это в то время, когда НАСА и прочие организации, занимающиеся космической деятельностью в разных странах мира, вынесли однозначный вердикт — у «Прогресса» нет шансов. Так и оказалось.

Но цель, которая достигается прямой ложью, может быть достигнута и откровенным словоблудием. Вот пример: в ходе дискуссии ведущий сказал, что американцы летают к МКС... на российских двигателях. Понятно, что он по незнанию просто спроецировал ситуацию с РД-180, выносящих в космос «Атласы-5», на МКС.

Я, естественно, возразил. «Официальный представитель» тут же пришел на помощь ведущему: «Как?! Разве на „Союзах“, доставляющих американцев на МКС, стоят не российские двигатели?!». Действительно, российские. Но таким же образом можно утверждать, что Америка дышит российским воздухом. Ведь он является частью общей земной атмосферы, а, следовательно, наполняет легкие и жителей Нового Света. Вот так — чистая «правда», никакого вранья.

Что такое пиар по-российски

Порой PR-стремление возвысить собственные успехи за счет принижения достижений других может в своей алогичности принимать комические формы. Это я в очередной раз наблюдал в исполнении «официального представителя». Как известно, астронавты «Аполлона» доставили на Землю 382 кг образцов лунного грунта и камней.

Однако, по мнению «официального представителя», в этом нет ничего особенного, ибо ему «наши (в смысле — российские) ученые сказали, что достаточно было и тех нескольких сот граммов, которые привезли с Луны советские станции». Но если для изучения естественного спутника Земли достаточно 330 граммов (столько привезли на Землю станции типа «Луна»), то зачем же тогда лететь на Луну российским космонавтам — проект, который этот представитель «Роскосмоса» так усиленно пиарит?

В общем, слушая все, что говорил «официальный представитель», трудно было не согласиться с расхожим в России определением пиар, как «полной разводки».

Некоторые читатели, возможно, зададут вопрос: «Стоило ли уделять его словам целую статью? В конце концов, он всего лишь выполнял задачу, поставленную его руководством — говорить, что в российской космонавтике, несмотря на „некоторые трудности“, все „путем“, все прекрасно. Решать куда, когда и на чем лететь будет все равно не он».

Стоило. Всем приходилось видеть медицинскую карту. На вид — невзрачная подшивка листов — и все, но в ней содержится история болезни человека. Вот так же и в этом «официальном представителе» отразилась «история болезни» российской космонавтики: непрофессионализм, демагогия, передергивание фактов, а порой и откровенное вранье, чтобы скрыть правду о продолжающейся стагнации космической отрасли РФ. Стагнации, которая прикрыта «самыми надежными» кораблями и носителями типа «Союз», «самыми лучшими» двигателями РД-180, имеющей «прекрасные перспективы» на мировом рынке «Ангарой» и желанием повторить американский «Аполлон» на «принципиальном новом техническом уровне».

А напоследок мне хотелось бы обратиться к «Роскосмосу» слегка перефразированными словами ведущего «России-24», которые он произнес, когда поймал на лжи этого «официального представителя»: «Господа из космического ведомства, вы век не перепутали? Вам кажется, что сейчас начало 1990-х годов, когда США и их западные союзники были заинтересованы в советских космических технологиях, чтобы построить орбитальную станцию? Для их будущих проектов эти технологии уже не нужны, а других у вас нет. И если вы не уважаете российскую аудиторию, то подумайте о том, какое впечатление агитки в духе „российское — значит отличное“ и „Америке без России в космосе — никуда“, льющиеся, к тому же, из эфира федерального телеканала, могут произвести на западные космические державы, дальнейшего сотрудничества, с которыми вы так хотите».

Думаете, это будет способствовать возникновению у них ответного желания? Сомневаюсь.

Юрий Караш родился в Ленинграде. Эксперт по вопросам космической и авиационной политики, а также международных отношений. В СССР получил степень кандидата исторических наук, а в США — магистра внешней политики и доктора философии. Автор трех книг, две из которых были опубликованы в СССР/России, а одна — в США. В 1989 году вошел в число финалистов творческого конкурса, проведенного «Союзом журналистов СССР» в рамках проекта «Космос — детям», на право стать первым советским журналистом, полетевшим в космос. Профессиональный пилот. Член-корреспондент Российской академии космонавтики имени Циолковского. Регулярно выступает в центральных российских и западных СМИ по авиационно-космической и общеполитической тематике.