Девятого мая 2015 года в Москве прошел масштабный военный парад, которым Россия отметила победу над нацистской Германией. А недавно подобную акцию провел Китай — в Пекине 3 сентября состоялся парад, которым страна отметила победу над Японией.

Оба государства воспользовались парадами для презентации новой военной техники, а также превратили их в послание собственному населению и другим странам. В чем же военные парады в Москве и Пекине были похожи, а чем, напротив, отличались?

Победа над Германией и Японией


На самом деле первой примечательной чертой парада в Пекине является то, что он вообще прошел. В России (вернее, в бывшем Советском Союзе) так называемые парады победы имеют продолжительную традицию, которая уходит корнями к 1945 году. А вот в Китае подобное дефиле вооруженных сил прежде проходило лишь по случаю провозглашения Китайской Народной Республики — на годовщину 1 октября 1949 года, поэтому парады всегда проходили в годы, оканчивающиеся на девятку (в последний раз — в 2009 году).

Так что в этом году это первый в истории КНР парад, который является не чисто политической (и, конечно, крайне идеологически воспринимаемой) акцией. Но празднование победы над Японией, с которой Китай связывает исключительно продолжительная и кровавая история конфликтов, прошло в атмосфере, которая в контексте Восточной Азии очень отдаленно напоминает напряженность между Россией и Западом в евроатлантическом пространстве.

Если основной причиной напряженности в отношениях Запада и России является конфликт на Украине, связанный с напористой внешней политикой Москвы, то в Азии речь идет о несколько более сложной динамике, поскольку свое «место под солнцем» отстаивает как Пекин, так и Токио. Оборонная политика Японии под началом премьера Абэ принципиально меняется (по сути можно говорить о ремилитаризации страны), что, однако, в Азии постоянно вызывает противоречивую реакцию, так как японцы так и не избавились от репутации «агрессивного народа». Напротив, у немцев это получилось практически идеально, и при этом роль страны, которая вызывает опасения в Европе, перешла к России, что, понятно, в определенной степени является последствием холодной войны.

Но в последнее время можно наблюдать определенную тенденцию к «примирению» Японии с другими странами Азии (включая военное сотрудничество) — правда, как раз за исключением Китая, потому что его нынешние амбиции больше связаны с серьезными опасениями, а не застарелой обидой в отношении Японии. Поэтому именно в этом ключе нужно воспринимать и «парадную» речь президента Китая Си Цзиньпина и комментарии к параду, когда не раз говорилось, что эта акция — празднование победы над Японией.

Речи об истории, современности и мире

Кстати, речи президентов Владимира Путина в Москве и Си Цзиньпина в Пекине тоже заслуживают хотя бы краткого упоминания. Глава Российской Федерации сначала большое внимание уделил истории, то есть Второй мировой войне (в России ее, как правило, называют Великой Отечественной войной), а потом раскритиковал некоторые тенденции на современной международной арене. И хотя ни одной конкретной страны не было названо, всем, несомненно, было понятно, что он критикует Запад и его внешнюю политику, прежде всего, ту его часть, которая сегодня воспринимает Кремль как угрозу своим интересам. В этом отношении речь китайского президента значительно отличалась.

Разумеется, он тоже значительную часть выступления отвел истории и китайской победе в конфликте, который официально называется Китайской народной войной сопротивления против японской агрессии (а Вторую мировую войну в КНР называют «Мировой антифашистской войной»). Когда же Си Цзиньпин в речи перешел к современности, он сделал акцент, прежде всего, на теме мира. Слово «мир» звучало почти в каждом предложении, что, скорее всего, можно интерпретировать как стремление к некоему «умиротворению» соседей Китая, обеспокоенных его военным прогрессом. И хотя явно не прозвучало никаких предостережений в отношении амбиций Токио, этот акцент на китайском стремлении к миру очень контрастировал с напоминанием о японской агрессии в прошлом. И это, по всей видимости, было главным посланием речи.

Внимание привлекло и заявление о том, что Китай в рамках «стремления к миру» сократит свои вооруженные силы на 300 тысяч человек. Однако для экспертов это не стало большим сюрпризом, потому что этого шага фактически ожидали в рамках китайской военной реформы, которая отдает предпочтение не количеству, а качеству. Заявленное сокращение, конечно, коснется, прежде всего, сухопутных сил, потому что авиация и флот — это те составляющие, которые нуждаются пусть не в слишком многочисленных, но в очень хорошо обученных кадрах.

Два подхода к историческим праздникам


Обе державы также выбрали несколько различающиеся подходы к тому, что было официальным посланием двух парадов, то есть к праздникам в честь победы во Второй мировой войне. В Москве парад по Красной площади прошли семь подразделений военнослужащих в форме и с оружием времен войны, а по пекинской Площади Небесного спокойствия прошли 11 подразделений пехоты, которые хоть и напоминали славные части и битвы времен войны с Японией, но все были одеты в современную форму и имели современное оружие.

За российским парадом, разумеется, наблюдали ветераны, а в Китае они приняли непосредственное участие в дефиле на площади, по которой проехали два моторизированных батальона ветеранов (их средний возраст составлял 90 лет, а самому старшему было 102 года), а вместе с ними и потомки павших. Напротив, в России на параде были историческая тяжелая техника. Общее в этих двух акциях — это то, что можно описать как определенную попытку «национального примирения».

Ведь на Красной площади впервые маршировали и казаки, противоречивая история которых (в том числе участие многих из них в боях с большевиками во время Гражданской войны в России, а затем помощь немцам во Вторую мировую войну) прежде делала их участие проблематичным. В случае Китая стоит упомянуть, что в параде приняли участие не только ветераны сил Коммунистической партии Китая, но и те, кто принадлежал к националистическому Гоминьдану. Что касается цифр, то в российском параде приняли участие 16 тысяч человек (из них 100 были военнослужащими иностранных армий), не менее 200 единиц сухопутной военной техники и более 140 самолетов и вертолетов.

В параде в Пекине участие приняло 12 тысяч солдат (включая и экипажи танков и самолетов), почти тысяча военнослужащих из-за рубежа (из 70 стран), почти 500 единиц бронетехники и 200 самолетов и вертолетов. Пешая часть в России продемонстрировала практически все составляющие вооруженных сил (с упором на курсантов), а в Китае пешая часть ограничилась упомянутыми 11 «геройскими» подразделениями.

Презентация новой военной техники


Но обратимся к тому, что, конечно, было для многих зрителей главной причиной посмотреть парады. Речь о новой военной технике, которую представили две страны. В этом отношении можно выделить несколько принципиальных различий. Россияне однозначно сделали основной акцент на бронетехнику и представили шесть совершенно новых машин, которые сегодня проходят испытания и поступят на вооружение через несколько лет. Это танк Т-14 «Армата», тяжелая боевая машина пехоты Т-15 «Армата», боевая машина на средней гусеничной платформе «Курганец-25» (два варианта), бронетранспортер «Бумеранг» и самоходная гаубица «Коалиция-СВ». Кроме них, по Красной площади проехало несколько других типов, но, за исключением противотанковой модификации автомобиля ГАЗ «Тигр-М», все это были уже хорошо известные машины. В воздухе над Москвой не появилось ни одной новинки, что стало явным разочарованием для тех, кто ожидал выступления самолетов пятого поколения Су-50 ПАК ФА.

Китайцы выбрали другой подход и представили лишь то оружие, которое уже состоит на вооружении (хотя некоторые виды пока в ограниченном количестве), но подчеркнули, что 84% представленной техники на публике появляется впервые. Это заявление чисто формально, может, и правдиво, но для знатоков и фанатов военной техники настоящих новинок было на самом деле мало, потому что большая часть техники уже давно известна из неофициальных источников.

Более того, это горделивое официальное заявление довольно серьезно девальвируется тем фактом, что больше половины представленной техники нельзя считать чисто китайской, потому что это копии (лицензионные и нелицензионные) и модификации различных зарубежных образцов. В ряде направлений военной техники еще по-прежнему нельзя говорить о том, что КНР полностью избавилась от зависимости от зарубежных источников, и что она создала самобытную и оригинальную конструкторскую школу.

Вызывающий опасения арсенал китайских ракет


Но в чем Китай действительно добился успехов, так это в той области, которая стала самой значимой составляющей парада — в сфере баллистических ракет, которыми в КНР вооружен так называемый Второй артиллерийский корпус. После уже известной ракеты малой дальности DF-15B появилась новая той же категории DF-16, максимальная дальность которой колеблется в районе 800-1000 км, а этого хватило бы для нападения на Окинаву.

Общественность впервые увидела ракету DF-21D, о которой вот уже несколько лет говорят как об «ассиметричной серебряной пуле», которая справится с главным триумфом US Navy — авианосцами. Противокорабельное баллистическое оружие DF-21D, максимальная дальность которого, по оценкам разных источников, колеблется между 1500 и 2100 км, имеет маневрирующую боеголовку с точным наведением, которая позволяет поражать движущуюся цель.

Специалисты по-прежнему не могут прийти к единому мнению о том, может ли эта ракета действительно действовать согласно задуманному принципу, или речь скорее идет о психологическом оружии, которое призвано отпугивать американцев как «типично китайская» военная хитрость. Но в любом случае у экспертов и фанатов есть новый повод для дискуссий, потому что помимо премьеры ракеты DF-21D появилась совершенно новая ракета средней дальности DF-26, которая якобы может пролететь 3 тысячи километров (а, возможно, и 4 тысячи), а этого достаточно для удара по острову Гуам. Более того, она способна поражать корабли. Также была представлена межконтинентальная ракета DF-31A, а также огромная ракета той же категории DF-5B, модернизированная версия устаревшей ракеты DF-5, которая теперь способна нести несколько самостоятельных боеголовок. Также внимания заслуживает стратегическая ракета DF-10 с плоской траекторией полета, сверхзвуковая противокорабельная ракета YJ-12 и три трипа беспилотников. В авиационной части парада внимание привлек стратегический бомбардировщик H-6K Mars, истребитель J-15 Flying Shark, боевые вертолеты WZ-10 и WZ-19 и несколько разведывательных самолетов, разработанных на базе типа Y-8 и Y-9.

Международный контекст двух парадов


Однако было бы большой ошибкой уделить внимание только военным вопросам и оставить в стороне то, что парады в Москве и Пекине означают в широком политическом контексте. Вообще, масштабные акции подобного типа в западных демократических странах проводятся довольно редко (а в некоторых странах их вообще не бывает), но чаще это происходит в тех странах, которые с точки зрения демократии не являются идеальными образцами. Именно поэтому нужно оценить широкий политический контекст, в котором состоялись оба парада.

Кстати, с этим связано и зарубежное участие, потому что в Москву большая часть западных стран отправила делегации на низком уровне (если вообще отправила). Из высокопоставленных представителей членов ЕС и НАТО в РФ в итоге приехал только чешский президент Милош Земан и словацкий премьер-министр Роберт Фицо. И довольно похожая ситуация сложилась в Китае, куда западные страны отправили преимущественно своих послов или министров. Присутствовало очень много глав государств и правительств стран Азии, Африки и Латинской Америки, а единственным высокопоставленным западным политиком снова стал Милош Земан (чем пропаганда Кремля воспользовалась, что парадоксально, намного больше, чем китайская).

К чести чешского президента, однако, нужно добавить, что на обоих парадах он демонстративно игнорировал диктаторов из стран третьего мира и сосредоточился на встречах с президентами России и Китая, с которыми провел переговоры о взаимной торговле и сотрудничестве в борьбе с исламским терроризмом.

Но в любом случае нужно подчеркнуть, что военные парады — это не только демонстрация силы, которую в них, как правило, только и видят, и которая, разумеется, адресована и собственному народу, в котором хотят укрепить гордость и лояльность. Нередко парады также становятся инструментом для отвлечения внимания от слабых сторон и проблем, которые можно оптимально прикрыть «игрой мышц». Учитывая экономическую ситуацию в России, можно сказать, что московский парад преследовал и эту цель. Столь же значимой эта мотивация была и в случае Пекина.

Альянс китайского президента и войск


Китай сегодня сталкивается с все более серьезными экономическими проблемами, которые затрагивают рынок акций и недвижимости, банковский сектор, экспорт и инвестиции. Официальные данные часто вызывают сомнения, и растет число прогнозов, согласно которым Китай ожидает кризис, способный привести страну к краху. «Бряцание оружием» вокруг спорных островов в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях можно трактовать как стремление скрыть эти трудности и создать у соседей и у собственных граждан впечатление силы. В эту схему может прекрасно вписаться и недавний военный парад. Более того, нужно упомянуть еще один фактор, который в случае путинской России (пока) не играет большой роли. Речь идет о структуре власти в Китае, вернее китайского истеблишмента. По мнению многих специалистов, этот парад можно понимать как демонстрацию прочной позиции президента Си Цзиньпина и его тесного союза с командованием вооруженных сил, политическую мощь которых в КНР не стоит недооценивать.

В конце концов, именно позиция китайского генералитета стала решающей в марте 2012 года, когда в Пекине была совершена попытка переворота нео-маоистов против прагматического крыла Коммунистической партии Китая, которое возглавлял бывший тогда президентом Ху Цзиньтао. Но армия встала однозначно на сторону существующего руководства, и попытка путча была подавлена, а затем власть была спокойно передана в руки нынешнего президента, который, по сути, своим постом обязан армии. Вероятно, в том числе, поэтому говорят, что из всех китайских лидеров самые тесные отношения с генералитетом именно у президента Си Цзиньпина, который с готовностью исполняет требования вооруженных сил. Вопросом, разумеется, остается, выживет ли этот союз и в условиях экономического кризиса, который может привести к сокращению военного бюджета. Также можно спорить о том, что подействует на соседей Китая больше: речь, переполненная словами о мире, или китайский арсенал нового оружия. Ясно, однако, то, что военные парады в Москве и Пекине стали событиями, оказывающими большое влияние на динамику на международной арене.