Когда президент Российской Федерации Владимир Путин произносил свою речь на заседании Генеральной ассамблеи ООН в Нью-Йорке, он начал с ботинка. Это не был тот известный ботинок, которым аргументировал свои заявления в 1960 году его предшественник Никита Хрущев. Это был «ботинок» в речи, которую президент Путин якобы готовил целый месяц «совершенно самостоятельно». Он начал с фактической ошибки, когда перенес подписание Устава ООН в 1945 году из Сан-Франциско в советскую Ялту. По мнению некоторых российских политологов, эта оговорка по Фрейду демонстрирует тайное желание оратора: Путин с большим удовольствием вернул бы мировой порядок во времена ялтинской конференции, когда главы стран-победительниц делили мир.

Еще один психологический механизм, проекция, выразился в той части речи, где российский президент обвинил США в экспорте цветных революций, развязывании войн на Украине и в странах Ближнего Востока и попугал независимые страны мира судьбой протекторатов, управляемых извне Соединенными Штатами. Посредством механизма проекции мы объясняем поведение других людей с помощью собственных подсознательных мотивов. Президент России даже оторвал глаза от бумаги, чтобы патетически спросить Запад о кризисе на Ближнем Востоке: «Вы хоть понимаете, что натворили?» Свою долю ответственности Путин никогда не признавал. А ведь именно Советский Союз, а затем Россия активно поддерживали режим Асада, террор которого является причиной кровавой гражданской войны в Сирии и бегства миллионов сирийцев с родины.

Обвинение Запада вместо политической доктрины


Президента России Путина после российской аннексии Крыма волновало не то, что на Донбассе умирают тысячи людей и простым россиянам становится нечего есть, а то, что главы ключевых стран Запада перестали его признавать: принимать в своем кругу как равного себе, интересоваться его мнением и демонстрировать подобающее уважение и дружелюбие.

Владимир Путин убежден, что большая геополитика основана на личных отношениях нескольких избранных и власть имущих, поэтому бойкот Запада его глубоко уязвлял как государственника и как человека. Диалогов по-немецки с Ангелой Меркель, ночных телефонных переговоров с Дэвидом Кэмероном и разговоров с Бараком Обамой на тему судьбы мира Путину ничто не заменит. Для политика с выраженным ощущением неполноценности и желанием доказать всем обратное самым тяжким наказанием является не то, что с ним никто не конкурирует, а то, что с ним никто не говорит. Речь Владимира Путина в ООН была полна упреков и обвинений в отношении Соединенных Штатов и являлась попыткой повернуть Запад к себе лицом. По-хорошему. Пока.

Владимир Путин никогда не признает ошибок — напротив, под давлением извне он становится более жестким. Он отказывается подстраиваться под Запад, соблюдать международные соглашения, уважать суверенитет независимых государств и ценности демократии и прав человека: это было бы позорной слабостью для великого народа, который, по мнению простых россиян, победил во Второй мировой войне и избавил человечество от фашизма. Путинская внешняя политика полна мании величия и иррациональна: достаточно вспомнить заявление о том, что «для России Крым имеет огромное цивилизационное и сакральное значение — такое же, как Храмовая гора в Иерусалиме для тех, кто исповедует ислам и иудаизм».

Антироссийские санкции продлеваются


Цель российской внешней политики — заставить Запад играть по российским правилам, воспринимать Путина таким, каков он есть, принимать его безоговорочно, позволить ему делать в «сфере российских интересов» все, что он хочет, в том числе безнаказанно оккупировать территорию другого государства. «Мы все разные, и к этому нужно относиться с уважением», — объяснял Владимир Путин в ООН.

Проблема в том, что со времени российского вторжения в Грузию в 2008 году никто не знает, какое государство попадет в сферу российских интересов. Зеленые человечки могут появиться где угодно и когда угодно. Чехия тоже может стать сферой российских интересов. Как сказал Барак Обама в ООН, «мы должны помнить об аннексии и агрессии на Донбассе. Это может случиться где угодно, и это и есть причина санкций». Как в своей речи в ООН, так и при личной встрече с Владимиром Путиным американский президент оказал значительное давление на Россию, чтобы Москва соблюдала международные соглашения и минские договоренности. Барак Обама по-прежнему последовательно разделяет проблематику Украины и Сирии и утверждает, что без вывода войск из Донбасса санкции отменены не будут. Но, по словам Обамы, санкции не означают желания США вернуться во времена холодной войны, как твердит официальная российская пропаганда. «Мы не хотим изолировать Россию. Мы хотим сотрудничать с сильной Россией», — сказал Обама.

Путинский «сирийский туз»

В завершение своего выступления в ООН российский президент вытащил из рукава ожидаемый «сирийский туз» — предложение включить Россию в антитеррористическую коалицию для борьбы с Исламским государством. Это жест, связанный с нарастающим российским военным присутствием в Сирии, на первый взгляд выглядит очень бескорыстным и великодушным, хотя реальной целью является расширение сферы российского влияния на Ближнем Востоке, продление агонии «легитимного» диктатора Башара Асада и возвращение Путина в клуб сильных мира сего. Принять это предложение означало бы реабилитировать Россию и взять ее на борт общего корабля. Что мог бы повлечь за собой отказ подать Путину руку, прагматичный политик типа Барака Обамы предпочитает не говорить вслух.

Перед президентом США встал трудный выбор. Предложение о союзничестве в борьбе со злом, пусть пока лишь виртуальном, не так просто отвергнуть, не потеряв лицо и политические симпатии. Путин это хорошо понимал и одним рывком вернулся в большую геополитическую игру с Западом как равноправный партнер. Он сделал это в последний момент, когда из-за Крыма и поддержки донбасских сепаратистов Россия оказалась в международной изоляции, проект Новороссии (контроля над большей частью территории Украины) провалился, а российская экономика начала обваливаться под тяжестью санкций. Добиться личной встречи с Бараком Обамой и вырвать у Запада второй шанс на выживание в большой международной политике было шедевральным успехом.

Российский президент, как в боксе или дзюдо, неустанно лавирует и ищет слабые места противника. Он почуял, что сейчас Запад беспокоит война в Сирии, расширение ИГИЛ и кризисс беженцами в Европе. Он постарался переместить центр международного внимания с украинского военного конфликта на Сирию, превратиться из нарушителя границ и агрессора в союзника и «объединителя», как его сразу после речи в ООН окрестило российское государственное телевидение. Но в последовавшем многочасовом телевизионном марафоне на тему «Владимир Путин как спаситель цивилизованного мира» не было задано ни одного вопроса о том, что российское военное участие в сирийской гражданской войне может означать для самой России. Хороший тактик Путин — плохой стратег. Некоторые эксперты предупреждают, что Сирия может превратиться для России во второй Афганистан.

Новая так называемая «антигитлеровская» платформа должна, по мнению Путина, объединить в борьбе с ИГИЛ как можно больше стран: коалицию, возглавляемую США и поддерживаемую Саудовской Аравией и другими суннитскими странами, и только формирующееся объединение под эгидой России при поддержке правительства в Дамаске и преимущественно шиитского Ирана и Ирака.

«Почем коалиция — антигитлеровская?» — спросили журналисты после встречи Путина с Обамой. «Потому что Исламское государство — как нацисты», — объяснил Владимир Путин. Он также отдает приказ российской пропагандистской машине, что центры мирового фашизма официально переносятся из Вашингтона и Киева в регион, контролируемый ИГИЛ. Барак Обама в одночасье превратился из самого большого соперника и политического оппонента в союзника российского президента.

Кстати, ослабление антиамериканской пропаганды в России происходит уже сейчас. Борется ли Путин с ИГИЛ только напоказ? Сотрудничает ли Обама с Россией лишь виртуально?

После встречи с Обамой российский президент излучал удовлетворенность. С эйфорической улыбкой он выступил перед журналистами. Задача была выполнена: наступила реабилитация, по крайней мере символическая. Со времени аннексии Крыма весной 2014 года это были первые двусторонние рабочие переговоры с президентом Соединенных Штатов. Путин дал сигнал всему миру, что на переговорах о будущем Сирии между Россией и США был «сломан лед». Пока что лидеры договорились только о сотрудничестве военных сил, чтобы между ними не было военных столкновений.

Более глубокое сотрудничество пока невозможно, потому что удержание путинского протеже Башара Асада у власти и возвращение к довоенной ситуации для Обамы неприемлемы. По его словам, Башар Асад — диктатор, который убил десятки тысяч своих сограждан. Обама видит единственный вариант — выстроить новое сирийское государство сначала, без Асада. Если Башар Асад будет у власти, сопротивление сирийцев не ослабнет, война в Сирии не закончится, и беженцы будут продолжать ехать в Европу.

Президент Земан как предвестник Путина


Ценности и устремления президента Милоша Земана не пересекаются с западными ценностями так же, как и путинские. Напротив, сходство образа мыслей двух президентов поражает. И хотя в день «Д», когда в ООН выступали президенты США, Китая и России, президент Милош Земан был у статуи Свободы, ел торт, курил сигарету с земляками и отпраздновал свой 71-й день рождения в русском ресторане, именно он дал Пуутину дружеский совет о том, как вернуть Америку за стол переговоров с Россией. Это случилось месяц назад при личной встрече двух лидеров в Пекине во время помпезного празднования победы Китая во Второй мировой войне над Японией. Не имея на то политического мандата, глава чешского государства предложил президенту России участвовать в международной борьбе с ИГИЛ. Тогда ни президент Путин, ни присутствовавший министр иностранных дел РФ Лавров на это предложение, сделанное Земаном перед телекамерами, ничего не сказали — даже глазом не моргнули. И неудивительно. Нам не известно, знал ли в тот момент Земан, что Россия уже тайно отправляет в Сирию военную помощь, в том числе сухопутные войска. Важно не время, а невероятное совпадение мнений двух президентов: уже несколько раз случалось так, что чешский президент вслух произносил смелые предложения России, которые пока Владимиру Владимировичу могут только сниться — например, финляндизация Украины или вхождение России в ЕС.


Теперь же чешский президент опять победоносно встречается с Путиным в Нью-Йорке. На Генеральной ассамблее ООН он выражает поддержку новой антитеррористической коалиции с Россией, которая будет уничтожать базы ИГИЛ и спасать Европу от наплыва сирийских беженцев. Земан подает сигнал чешским журналистам и «пражскому кабачку»: «Смотрите-ка — все так, как я и говорил».

Трудный выбор президента Обамы


Согласно одному кулуарному источнику, встречу Обамы с Путиным пролоббировала немецкий канцлер Ангела Меркель. Американский президент, по ее мнению, занял в отношении России «слишком жесткую» позицию. Напротив, ряд консервативных политиков считает эту встречу проявлением слабости американского президента и уступкой агрессору. За встречу с президентом РФ Барак Обаму осудил республиканский сенатор Джон Маккейн. По его мнению, это на руку России, подрывает американскую политику и легитимизирует путинские дестабилизирующие действия.

Решение Барака Обамы встретиться с Владимиром Путиным было трудным, но единственным возможным. Встретившись с российским президентом, он подтвердил свои слова о поиске компромиссов и политических решениях. Он спас себя от критики части мировой общественности за то, что отверг поданную ему руку российского президента. В своей речи в ООН Барак Обама объяснил, что сотрудничество с Россией является, прежде всего, «настоящей дипломатией». Он также отметил, что и впредь будет делать все для того, чтобы Украина могла свободно решать свою судьбу и контролировать свою территорию. Он снова подал сигнал о том, что второй Мюнхен на Украине невозможен, потому что западный мир основан, в отличие от путинской России, не на грубой силе и авторитарном правлении, а на ценностях прав человека и работающих демократических институтах.