Власть в стране проявляется различными способами. Иногда она имеет материальное выражение, которое можно наблюдать в уровне экономического развития и военной мощи. Другие проявления не являются материальными и связаны с параллельным, но от этого не менее важным миром. В этом другом мире можно добиться того, чтобы вас воспринимали как человека могущественного, хотя это и не соответствует действительности. Или наоборот, можно также свидетельствовать, хотя и невольно, о своей слабости. Вопрос достаточно серьезный, поскольку от восприятия зависят конкретные решения.

Всякий раз, когда Путин говорит о величии России и конфронтации с Западом, это, по крайней мере, приводит к двум одновременным результатам: с одной стороны, несмотря на не лучшее состояние российской экономики, его рейтинг среди населения бьет все рекорды. С другой стороны, на Западе складывается ощущение того, что экспансия Москвы и угроза для многих, которая из нее вытекает, являются реальными рисками. Это вызвано тем, что Путин сумел завоевать доверие и создать ощущение мощи, в чем Обама далеко не преуспел.

И это особенно примечательно тем, что в настоящее время даже и близко не обладает теми материально-техническими возможностями, которые были в свое время у Советского Союза. Аналитические центры, подобные Stratfor, уже давно пишут, и особенно сейчас, о том, насколько не соответствует действительности та мощь, которую пытается демонстрировать Москва. Они указывают на то, что Путин пытается создать представление того, что Россия обладает той же мощью, которую имел СССР несколько десятилетий назад, хотя в действительности ее экономическая и военная мощь значительно ниже, и она не может быть соперником США. И все же, до настоящего момента Путину удавалось мастерски достигать своих целей, по крайней мере, на краткосрочную перспективу. Это и предотвращение американского вмешательства в Сирию, традиционно входящую в сферу влияния Москвы, и присоединение Крыма, и укрепление отношений с Пекином, и поддержание тлеющей напряженности на Украине с целью сохранения своего влияния на эту страну.

С другой стороны, по мнению военных и аналитиков, как в США, так и в других странах, Вашингтон постоянно посылает сигналы о своей неготовности использовать силу, поскольку не в состоянии оплатить политические и экономические издержки, которые это повлечет за собой. Соответственно, он утрачивает свои возможности сдерживания. Хотя это ощущение начало складываться несколько лет назад, однако наиболее наглядно оно проявилось в 2013 году, когда были отменены удары по Сирии. Начиная с 2012 года, Обама обозначил своего рода «красную линию» -то есть использование Асадом химического оружия против гражданского населения-, после которой Вашингтон вмешивается в конфликт для «защиты мирного населения». Некоторые утверждали, что само обозначение этой «красной линии» стало большой ошибкой. Но все дело в том, что и угроза была преувеличена. Асада, как и многие другие, не поверил в предупреждение Обамы. Впоследствии применение химического оружия сирийской армией было неоднократно документально подтверждено ООН, а также разведслужбой США. Обаме ничего не оставалось, кроме как выполнить свою угрозу. Все уже было готово для удара по Асаду, причем это мог быть даже ограниченный удар.

Тогда в дело вмешалась Россия и предложила привлекательную альтернативу, от которой Обама не смог отказаться: Асад уничтожает свое химическое оружие под контролем международных организаций. Это позволяло хозяину Белого дома заявить, что его угроза достигла цели, и одновременно освобождало от необходимости участвовать в конфликте, в который он явно не хотел ввязываться. И все же, его отказ от нанесения ударов был воспринят как очередной сигнал о нежелании применить силу. Прошли годы, Асад по-прежнему у власти и продолжает совершать преступления против мирных жителей, хотя уже и без применения химического оружия, а Вашингтону все же пришлось ввязаться в гражданскую войну в Сирии с той лишь разницей, что теперь он воюет с ИГИЛ, злейшим врагом Асадом. Таким образом, сами того не желая, США укрепляют позиции сирийского президента.

Совсем недавно, стремясь избежать того, чтобы сирийский президент воспользовался результатами американских ударов во ИГИЛ, Вашингтон разработал новую стратегию, заключавшуюся в том, чтобы одновременно бороться с Асадом и ИГИЛ с помощью отрядов умеренной оппозиции, подготовленных американскими военными инструкторами. Но эта стратегия была не только плохо разработана, но и в очередной раз отражала неготовность Обамы вмешиваться в конфликт сверх минимально необходимых уровней.

Путин тщательно проанализировал все события. По его мнению, США могут обладать самой большой военной мощью в мире, но быть не в состоянии ее использовать. Бывший министр обороны США Роберт Гейтс в одном из интервью телеканалу CNN несколько месяцев тому назад заявил следующее: «... в мире растет ощущение того, что США отказываются от тех глобальных обязательств, которые они принимали на себя в течение многих десятилетий... Думаю, что Россия и Китай, а также другие страны видят этот вакуум и готовятся извлечь из этого выгоду».

Последствия российской военной операции в Сирии


Наращивание действий российских военных в Сирии в течение последних дней имеют значение не только в рамках гражданской войны в этой стране, но также и для международной обстановки в целом. Вот лишь некоторые из них:

1. Если говорить о текущем моменте, то российская боевая авиация, обладающая огромной мощью, действует напрямую в воздушном пространстве, в котором еще несколько недель тому назад, помимо армии Асалда, действовали лишь самолеты коалиции во главе с Вашингтоном. Помимо воздушных ударов, предполагается, что Россия постепенно будет направлять туда «бойцов, не состоящих в рядах российских Вооруженных Сил» (нечто подобное наблюдается на Востоке Украины, где воюют российские граждане). По всей вероятности, правительственные войска, при поддержке российских военных, проведут два крупных наступления с тем, чтобы восстановить контроль над территорией страны.

2. В свою очередь, это повлечет за собой следующее:

а) отряды ополченцев, поддерживаемые Вашингтоном и/или его союзниками, подвергаются прямым ударам российских военных; согласно оценкам, по меньшей мере 90% российских авиаударов были нанесены именно по отрядам умеренной оппозиции, а не по объектам ИГИЛ;

б) авиаудары США и возглавляемой ими коалиции по позициям ИГИЛ теперь должны согласовываться с российскими военными, чтобы избежать инцидентов, столкновений и ошибок. Это означает, что Вашингтон уже не сможет свободно действовать в воздушном пространстве Сирии, как раньше;

в) все указывает на то, что в наибольшей степени пострадают согласованные действия США и Турции. Анкара стремилась к тому, чтобы установить свой контроль над частью сирийской территории, свободной от ИГИЛ (и, соответственно, свободной от Асада) и ввести там бесполетную зону. Сейчас это выглядит немыслимым, поскольку кому придет в голову вводить бесполетную зону там, где летают российские боевые самолеты?

г) кроме, того, есть важное политическое последствие: ряд стран Евросоюза предпочитают сейчас договориться с Москвой (как они это делают на Украине) и по этой причине готовы принять такое решение по Сирии, которое будет учитывать интересы Москвы.

3. Однако Сирией все не заканчивается. Ирак, где США также воюют с ИГИЛ, официально обратился за военной помощью к России в борьбе с «Исламским государством». Российские власти заявили, что рассматривают данную просьбу. В этой связи иракская военная делегация уже направилась в Москву. Если это воплотится в действительность, то Россия вытеснит США из этой страны. То есть, в данном случае речь уже не будет идти о защите Россией традиционной зоны своего влияния, то есть, Сирии, а о том, что эта зона влияния расширяется на Ирак, откуда в перспективе может быть вытеснен Вашингтон, который лишится возможности влиять на события еще в одной стране.

4. Ощущаемый эффект: соперничество двух военных держав

Итак, результатом предыдущих действий стало всеобщее ощущение того, что две сверхдержавы со «схожей военной мощью» борются за власть и влияние не только на Среднем Востоке, но и на всей планете. В ходе этого противостояния все указывает на то, что одна из двух сверхдержав гораздо более склонна к использованию силы, чем другая. Но суть вопроса заключается в том, что в настоящее время эти две сверхдержавы не обладают «схожей военной мощью». Однако, несмотря на это, в противостоянии как будто одерживает верх менее сильная из них.

И все же я не могу завершить данную статью без следующего замечания. Если демонстрируемая Россией мощь не будет приведена в соответствие с реальной мощью, основанной на здоровой и окрепшей экономике, Москва далее не сможет демонстрировать миру свою военную силу. А пока что у Путина все идет по плану, и Россия достигает все больших геополитических результатов, вызывающих удивление и шок у ее противников.

А вы как думаете?