Прапорщик Николай Миколенко выиграл суд против властей Эстонии в Европейском суде по правам человека. В Интернете завязалась оживленная — и очень русская — дискуссия насчет того, прав он или не прав с моральной точки зрения. Но, по-моему, гораздо интереснее выяснить: сколько еще раз, и по какой причине маленькая страна, выпускающая необъяснимо огромное для себя количество юристов, попадает в такие несуразные юридические истории.

Причем, скорее всего, будет в ближайшем будущем попадать в них все чаще и чаще. Единственный раз, когда хотя бы судебная система страны сумела остановить излишнюю прыть прокуратуры и прочих карательных органов — это оправдание четверки, обвиненной в организации беспорядков в апреле 2007 года. В случае обвинительного приговора это дело также непременно попало бы в Европейский суд.

Юридический факультет Тартуского университета плотно заселяет рабочие места как в государственном аппарате, так и в частных юридических конторах, своими питомцами. Университет по определению должен давать не только узкоспециальные знания, но и широкий взгляд на мир. Но создается впечатление, что профессиональный отбор юристов происходит по какой-то абсурдной, перевернутой с ног на голову системе. Продвинутые выпускники с хорошим культурным багажом идут в частную практику, а люди с кругозором стряпчих средней руки, сумевшие лишь вызубрить параграфы, идут на должности, от которых зависит судьба не отдельного частного клиента, а государства.

Некоторые депутаты Рийгикогу с юридическим образованием просто изумляют своей активностью, представляющей потенциальную опасность для государства. К примеру, сейчас в парламенте вновь обсуждается скандальный законопроект, отвергнутый президентом — так называемый пакет "бронзовых ночей". После его одобрения карательные органы получат прекрасную возможность посадить человека на нары за высказывание своих политических взглядов, которые гипотетически могут привести к массовым беспорядкам. Относительно экономической политики, которая может привести к таким эксцессам с гораздо большей вероятностью, в законопроекте ничего не говорится.

При применении этого "пакета" у Эстонии однозначно есть большие шансы на повторение процессов "а-ля Миколенко". Наиболее активно продавливают этот законопроект молодые депутаты-юристы Кен-Марти Вахер и Урмас Рейнсалу. Был такой лозунг времен восстановления независимости: "Останемся эстонцами, но станем и европейцами". С первой частью все в порядке, а вот со второй — даже после вступления в Евросоюз — большие проблемы. Многие юристы от политики теоретически как бы знают, что универсальные права человека в Европе считаются приоритетными по сравнению с национальным законодательством, но смириться с этим у них, видимо, до сих пор не получается.

Дело не в том, прав или не прав Миколенко, так сказать, "по жизни", а в том, что он оказался еще более упертым, чем знаменитый своей упертостью Департамент гражданства и миграции. Большинство людей просто не хотят связываться с государственной машиной. Самой ей не больно. Чиновник, виновный в том, что Эстонии придется опять платить — как материально, так и морально — за какую-нибудь благоглупость, наказан не будет. По крайней мере, я не помню таких случаев.

Наказан будет все тот же налогоплательщик, который оплатит эту благоглупость из своего кармана. Причем платить будет в основном простой человек, который не может нанять тех же юристов (но работающих, увы, не на государство) для выстраивания схем ухода от налогов. Представители МВД Эстонии никак решение Европейского суда по делу Миколенко не комментируют. Да и то правда, комментарий здесь может быть только один: опять граблями по лбу.

Но самое печальное в этой теме — перспективы. Поток исков к эстонскому государству в Европейский суд по правам человека растет. Причем на эстонское государство жалуются не только отставные военные, но и просто пенсионеры, которым отказывают в честно заработанной на территории Эстонии пенсии. Ждут рассмотрения в Страсбурге иски и пострадавших в событиях апреля 2007 года, и вынужденных квартиросъемщиков, оставшихся без крыши над головой после возвращения собственников. "Граблей в ожидании" накопилось предостаточно.