О реальности, сложившейся на Западе по отношению к Грузии, после публикации заключения миссии Тальявини, а также о том, насколько будет способствовать это заключение более активному подключению Европы и США в усилении безопасности Грузии; и о том, насколько реально размещение военных баз США на территории Грузии, «Интерпресньюс» беседовал с политологом Арчилом Гегешидзе.

 

- Батоно Арчил, по мнению довольно большого числа политиков и экспертов, после публикации заключения комиссии Тальявини в Европе и Америке в отношении Грузии сложилась новая реальность. На Ваш взгляд, какими признаками характеризуется новая политическая реальность, о которой говорят политики и эксперты?

- Не знаю, насколько сложилась новая реальность, но факт, что заключение сделало сторонам соответственные послания. Теперь остается ждать, какие у них будут результаты. Т.е. какие перемены произойдут в поведении сторон на основании этого заключения. Это касается не только грузинской и российской сторон, но и абхазской и югоосетинской сторон. В этом заключении сделаны довольно критические оценки в отношении Запада. Затрудняюсь сказать, какие перемены могут произойти в поведении сторон. Грузинскую и российскую стороны не очень-то должно устраивать, чтобы, на основе этого документа, имело место последующее развитие событий, т.е. чтобы было назначено проведение расследования в связи с фактами совершения гуманитарной справедливости и военного преступления. Время покажет, отразится ли это на отношении к Грузии со стороны Евросоюза, отдельных европейских государств и США; насколько изменится отношение Германии, Франции и других стран по отношению к России. Время покажет, как это отразится на российско-американской политике «перезагрузки». Как видите, после опубликования заключения миссии возникло очень много вопросительных знаков и безответных вопросов. Вероятность того, что отношение Евросоюза к Грузии изменится, приблизительно, равноценна. Поэтому, я все же не буду предполагать, что ажиотаж, связанный с заключением комиссии Тальявини, будет соответствовать тем ожиданиям, на которые так рассчитывает грузинская пресса. Возможно, мы придаем чрезмерно большое значение, так как другие заинтересованные стороны вообще делают все возможное для того, чтобы не был дан ход выводам, зафиксированным в этом документе.

 

- В заключении комиссии Тальявини выражена серьезная критика как в адрес Евросоюза, так и США с той точки зрения, что перед войной по отношению к конфликтам в Грузии они проявили пассивность. Обязывает ли заключение миссии Тальявини Евросоюз более активно задуматься над безопасностью Грузии?

- На мой взгляд, не столько высказанные критические замечания по отношению к Евросоюзу и США, как сам тот факт, что в августе прошлого года была война, будет главным отрезвляющим моментом для Европы и Америки. Они захотели предпринять какие-то шаги для предотвращения войны, но сделать больше они или не могут, или не хотят. На основании этого документа мы должны ждать от Запада и Америки более активного подключения в вопросе безопасности Грузии. Заключение комиссии Тальявини мы не должны рассматривать как учебное пособие для определения политики в Вашингтоне и Брюсселе, или в столицах других стран. Заключение можно будет применить в том или ином конкретном случае, в том или ином конкретном вопросе или для того, чтобы какой-нибудь из сторон напомнить об их невыполненных обязательствах. Вообще-то, я не думаю, что заключение миссии сыграет значительную роль в глобальной политике, в отношениях Запада и России.

 

- С тех пор, как огласке был предан предстоящий визит правительственной делегации США, в грузинской прессе было выражено предположение о том, что в Грузии появятся американские военные базы. Насколько, на Ваш взгляд, такая перспектива реальна?

- То, что для усиления степени нашей безопасности со стороны США какие-то шаги делаются, в этом я не сомневаюсь, но в обозримом будущем я не предполагаю, что усиление степени безопасности произойдет именно за счет размещения в Грузии американских военных баз. Как минимум, администрация Обамы в первый срок своего президентства точно ничего не сделает для того, чтобы разместить американские базы на Кавказе, так для нее жизненно важно сотрудничество с Россией по таким вопросам, какими являются нераспространение массового оружия, иранская и афганская тема, терроризм и др. Для США первостепенно в этих вопросах сотрудничество с Россией и урегулирование имеющихся проблем общими усилиями. На этом фоне Вашингтон не предпримет никаких  лишних, раздражающих Москву, шагов. Это касается, в первую очередь, постсоветского пространства и Грузии, по отношению к которой Кремль особенно чувствителен. Что касается американской делегации министерства обороны США, которая приезжает в Тбилиси, то это отнюдь не означает, что здесь будут идти серьезные суждения именно о размещении американских баз. Я думаю, разговор будет на темы, которые уже начаты в рамках стратегического партнерства. Насколько мне известно, США, с точки зрения сотрудничества в военной сфере, в контексте переосмысления военной доктрины, предлагают Грузии определенное совершенствование принятия решений и организацию тренингов в деле институционального строительства, а не размещение военных баз.

 

- На Ваш взгляд, в какой степени началу диалога с абхазцами и осетинами мог бы способствовать тот факт, если бы Саакашвили как разжигатель войны был бы осужден грузинским правосудием. В грузинских СМИ в пользу этого мнения выступают Нино Бурджанадзе, «республиканец» Паата Цагарейшвили и др.?

- Такое мнение очень отдалено от реальности. Считаю невероятным, чтобы грузинское правосудие осудило Саакашвили. Для этого необходимо, чтобы парламент лишил его президентского иммунитета, но сегодняшнее парламентское большинство принадлежит Саакашвили, и каким образом это может произойти, непонятно. Пока что я не вижу влияния заключения миссии Тальявини на отношения стран Запада к Грузии. В этом смысле оно не касается ни активности, ни пассивности, а, наоборот, в Грузию из США приезжает делегация высокого ранга, хотя двусторонние контакты с грузинскими властями определенно ограничены. Это было заметно и до заключения миссии Тальявини. Поэтому влияния этого документа я пока не вижу. Возможно, со временем и появится, но я сомневаюсь, чтобы отношения Запада и Грузии охладеют, так как заключение миссии Тальявини и обвинения, в первую очередь, очень тяжелы для России, на этом фоне ошибки, допущенные грузинскими властями, со временем станут все более незначительными и потеряют свою актуальность.

 

Перевод: Иосиф Бакашвили

Перепечатка информации агентства «Интерпресньюс».