100-я статья Конституции Латвии  гарантирует: »каждый имеет право  на свободу слова, которая включает  в себя право получать, сохранять и распространять информацию, выражать свои взгляды». Одновременно 116-я статья устанавливает, в каких случаях 100-я статья ограничивается: «Права лиц, определенные в 96-й, 97-й, 98-й, 100-й, 102-й, 103-й, 106-й и 108-й статьях, можно ограничить в предусмотренных законом случаях в целях  защиты прав других лиц, демократического строя государства, безопасности, благополучия и нравственности общества».
 
Таким образом, в Латвии право  на свободу слова нельзя использовать, чтобы нарушать права других людей и чтобы нарушать нравственность. Право на свободу слова не должно нарушать право других людей на частную собственность и свободу религиозной совести. Право на свободу слова не вменяет другим в обязанность впускать на свою частную собственность любого бесстыдника, осквернителя или кретина. В демократическом обществе церкви, мечети, синагоги - это частная территория, которая является собственностью исповедующих соответствующие религии, и она не предусмотрена как место, где можно выражать любые взгляды и осуществлять любые действия. В Латвии это обеспечивает 99-я статья Конституции: «Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религиозных убеждений».
 
У каждого есть право на свободу слова, но это право не вменяет другим в обязанность  выслушивать тех, кто ведет себя недостойно, оскорбительно и не считается с чувствами и взглядами других. Каждый имеет право заткнуть уши, не слушать и построить стену, здание, чтобы отделить себя от назойливости других. Если я провожу свою личную границу и определяю, что за этой границей не хочу принимать никого другого, разве у других есть право нарушать проведенную мною границу и входить в мой дом, чтобы издеваться над тем, что для меня свято? Разве у других есть право входить в мое личное помещение, чтобы оскорблять и унижать мои эстетические или религиозные чувства? Разве право на свободу слова и выражения включает право осквернять любое алтарное изображение в любом храме?
 
Это длинное вступление было необходимо, чтобы понять, как воспринимать поведение  трех молодых женщин (Надежды Толоконниковой, Марии Алехиной и Екатерины Самуцевич), которые для съемок видеоклипа своей рок-группы использовали закрытую часть алтаря московского православного храма Христа Спасителя. Я умышленно не упоминаю название группы. Его можно перевести двояко. Если бы это был детсадовский ансамбль, то перевод мог бы звучать - избалованный котенок. Если речь о взрослых женщинах и рок-группе, цель которой шокировать общество, то и Оскфордский словарь, и словарь Ричарда Спенсера Slang and Euphemisms: Dictionary of oath, curses, insults, sexual slang and metaphor, racial slurs, drug talk, homosexual lingo and related matters говорят, как надо переводить первое слово названия группы на латышский язык… В тексте в латвийской газете неприлично публиковать слово, которое обозначает женские половые органы, в такой же мере неприлично публиковать его английский (или русский) аналог.
 
Теперь представим, что бы произошло, если бы в центральную мечеть Кабула ворвалась эта же троица, перевернула бы стол с Кораном и, оттолкнув в сторону имама, начала бы свою панк-молитву Аллаху. Самое большое, чего удалось бы добиться прогрессивному человечеству после такого инцидента, - передачи растерзанных тел этих женщин для погребения. Хорошо. Кабул - это другой мир. Что произошло бы, если бы такую же свистопляску для своего клипа рок-группа надумала бы снять в самой большой синагоге Иерусалима или в Аглоне во время богослужения в честь вознесения Девы Марии? Разве латвийское общество вместе с прогрессивным человечеством во главе с Мадонной приветствовало бы такое смелое проявление свободы слова и демократии? Если для нас неприемлемо, чтобы нечто подобное повторилось в святых для нас местах, то почему мы - прогрессивный мир Запада - поддерживаем такие выходки, если они происходят в Москве и направлены против Русской православной церкви? Не зашли ли лидеры Запада в своем желании оттолкнуть от власти Владимира Путина слишком далеко, если стали поддерживать любого негодяя, раз он хотя бы для видимости покритиковал Путина? 
 
У этой истории есть еще одна мораль. Не велика смелость выбирать для осквернения храмы только тех религий, от верующих которых нельзя получить по зубам. Что делать тем верующим, которые не хотят осквернителей своих храмов забрасывать камнями? Терпеть, что их веру оскверняют, и наблюдать, как другие религии, приверженцы  которых бьют любого обидчика, унижают не так часто? Может быть, призвать на помощь государственную власть и таким образом показать, что при помощи государственной власти религия, которая осквернителей своих храмов не хочет раздирать на куски, может быть защищена? 
 
Сигнал Русской православной церкви недвусмыслен. Мы ударим в ответ любого, кто впредь будет осквернять нашу религию. Другой вопрос, насколько красиво, элегантно, в соответствии с правом и юридически корректно российское государство и Русская православная церковь делают первый шаг, чтобы правовым образом обозначить красную линию на право человека молиться в неоскверненном храме. Нет сомнений, что те, кто осознанно оскорбляет чувства верующих в их собственном храме, заслуживают наказания. Важен вопрос о соразмерности наказания. В последние 25 лет в той же России против зданий и кладбищ различных религий совершались нехорошие действия, на фоне которых инцидент в Храме Христа Спасителя выглядит незначительной игрушкой. Большая часть таких инцидентов на протяжении лет оставалась без внимания российской власти, которая фактически не искала виновных и не добивалась их привлечения к ответственности. Если инцидент в Храме Христа Спасителя установит новый стандарт наказаний  за религиозную нетерпимость в России, то логично ожидать, что за любое аналогичное нарушение российские суды будут присуждать такое же суровое наказание, а за более тяжкие нарушения - еще более суровое наказание. Если такая практика в дальнейшем не последует, то это станет убедительным доказательством того, что участницы панк-молитвы в Храме Христа Спасителя наказаны за оскорбление Путина, а защита религии использована, как прикрытие.

Перевод: Лариса Дереча

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.