Великие пьесы, как правило, становятся материалом для всевозможного жлобства, выдвижения разнообразных версий и трактовок на сцене и вне сцены. Отбрасывая все второстепенные и неадекватные версии, король Лир сдал королевство раньше времени и тем самым подверг всех жестоким испытаниям.
 
Михаил Саакашвили сейчас для своих соратников и окружения предстает не иначе, как король Лир. Все, что ему осталось, это резиденция, построенная в стиле супермаркета в Юго-Восточной Азии и расположенная в сакральном месте – в Авлабаре (район в Тбилиси, населенный преимущественно армянами). Младогрузины просто не поняли эпоху, принялись модернизировать страну, тогда как давно наступила эпоха постмодернизма. В Грузии выяснилось, что модерн модерну - рознь, и даже адепты тотального реформирования так и не поняли ни целей, ни задач данного политического курса.
 
Понятно, что потребительские настроения оказались слишком глубоки в грузинских социумах, и в условиях существования столь обширной арены для получения "дифференцированной ренты", как Россия, выстраивать в Грузии некое подобие модели модерна оказалосьдовольно сложным делом. Но все-таки у Саакашвили и его команды был шанс (и не один!) для продолжения данного курса и достижения определенных целей.

 
Поворотным моментом устранения М.Саакашвили с актуальной политической арены стала весьма эффективная информационно-разведывательная операция, проведенная российскими спецслужбами (или одной спецслужбой) по поводу войны в Южной Осетии. Грузинское руководство кто-то убедил, что, в случае военной операции грузинской армии, российские вооруженные силы не вмешаются в эти события.
 
В грузинской разведслужбе слишком большую роль стали играть совершенно некомпетентные авантюристы, по сути превратившие специальную деятельность в примитивные виды карточной игры. Сразу после провала этой крупной авантюры выяснилось, что всевозможная креатура Грузии в России - не более, чем участники спектакля, разыгранного российскими спецслужбами.
 
Наивно было полагать, что Москва оставит без внимания столь важное направление, как Южный Кавказ, от которого столь сильно зависит безопасность России. Затем «русская игра» воспользовалась чрезмерным профицитом демократии Западного сообщества, которое далее не могло терпеть М.Саакашвили на грузинском престоле. Это утратило смысл для Запада, и если американцы считали, что возможен безболезненный приход на посты президента и премьер-министра людей из команды М.Саакашвили, то европейцы хотели бы радикальной смены команды.
 
Так или иначе, возможно, сам М.Саакашвили предпочел сценарий, который приходится сейчас наблюдать. Но в таком случае, это другая пьеса и другой персонаж - сэр Джон Фальстаф.
 
Политических сценариев много, как и много классических пьес. Но в данном случае, совершенно очевидно, что Западное сообщество по обе стороны океана приняло то, что имеет на сегодняшний день, понимая, что лучше удержать Грузию под контролем, чем столкнуться с хаосом после неимоверно значительных финансовых вливаний. Нынешнее положение в Грузии не слишком противоречит стратегическим интересам США и НАТО, а также Европейского Союза.
 
Преодоление столь острой конфронтации между Грузией и Россией и, одновременно, сохранение в прежнем «статусе» транзитного коридора, как ничто другое, удовлетворяет интересы Евроатлантического сообщества. Грузинскому обществу позволили расслабиться и сбросить младо-грузинское иго, впоследствии наступит отрезвление, и начнется работа по формированию «нового - старого» курса внешней политики.
 
Мне приходилось беседовать со Звиадом Гамсахурдиа (первый президент независимой Грузии) трижды: до его избрания президентом, во время его президентства и после отстранения от власти. Пусть оценки по поводу его «интеллектуальной неуравновешенности» останутся на совести грузинских политиков и экспертов, однако, З.Гамсахурдиа вполне адекватно представлял себе место и роль Грузии в международных отношениях, этапы становления государства и значение тех или иных внешнеполитическим направлений. Этот человек, который был не совсем готов к роли и задачам главы государства, прекрасно понимал, что антироссийский вектор - это всего лишь элемент «управляемой игры», но не фундаментальная политика, что место Грузии в Западном сообществе в реальности мало чем будет отличаться от места и значения других стран Восточной Европы, что Турция была и остается опасным соседом, и сейчас нужно приложить все усилия, чтобы избежать конфронтации и споров с ней. На вопрос, «не предпочтет ли Грузия нейтральный статус», последовал ответ: «Это было бы очень разумно, но зачем же торопиться с подобными заявлениями?» Первый и всенародно избранный президент Грузии был неглупым человеком. По крайней мере, он понимал фундаментальные интересы своей страны и сыграл роль короля Лира.
 
В современном мире небольшому государству невозможно обрести нейтральный статус, и даже классические нейтралы в Европе практически не могут быть таковыми. Понятие многовекторность также весьма сомнительно, и все зависит от того, какой смысл в это вкладывается. Небольшое государство, расположенное в сложных геополитических условиях, должно уметь выполнять различные стратегические функции. В этом и заключается политика безопасности. Это присуще и суждено не каждому государству, которое декларирует нечто подобное как официальную позицию. Для осуществления такой политики необходимы определенное сочетание интересов элит и общества.
 
«За Курой шумит базар, за базаром - Авлабар».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.